Страница 145 из 194
- У меня будет меньше, - согласился Дижон.
- Ну и я не полезу, - промолвил, смирившись, Корденаль.
И лишь один Раймонд, вспыхнув, расстроенно проговорил:
- Это нечестно! Идея принадлежит мне, я собрал вас всех, а она...
- Успокойся! - положил свою тяжелую руку ему на плечо Иштван. - Никто не сможет упрекнуть сеньору в отсутствии смелости. Я так просто был бы рад служить под ее началом...
Сандра насмешливо смотрела на Раймонда, который под ее взглядом стал таять, как восковая свеча возле камина.
- А ты? - спросила она его прямо.
Раймонд покраснел еще больше и пролепетал нечто невразумительное.
- Значит - и ты тоже, - утвердительно кивнула она головой. - Итак, а теперь посвятите меня в свой план...
2
Конный разъезд из пяти сельджуков показался между деревьями: оглядываясь, они медленно продвигались вперед, вступив на запретную полосу, которую покрывала своей тенью гора Синай. Затаившийся в расщелине Бизоль рассмотрел соломенную шевелюру Роже, прикрытую листьями кипариса, и приготовился. Едва копыта лошадей пересекли линию, соединяющую оба укрытия, как он потянул за веревку и гигантская сеть опустилась на головы сельджуков. Кони всхрапнули, заметались, всадники пытались вытащить мечи, но запутались в ячейках и попадали на землю; кроме того, Бизоль протащил несколько метров всю сеть за собой, не давая им подняться. Потом он подхватил свою дубинку и поспешил в самую кучу, щедро раздаривая удары. Оглушив турок, он перетащил их вместе с Роже в ближайший овраг, где уже "загорали" с десяток пленников, связанные одной веревкой.
- Принимайте в компанию, - сказал им Бизоль, вытирая со лба пот. Трудился он с раннего утра, поскольку ясно даже младенцу, что лучший клев идет на рассвете. Затем он и Роже заняли исходные позиции. Место для "рыбалки" было выбрано очень удачное: отсюда шла единственная прямая дорога к Син-аль-Набру, а до крепости Фавор было достаточно далеко, и сельджуки, отправляясь на разведку или за пропитанием в ближайшие селения, не слишком заботились о безопасности. За три последующих часа Бизоль и Роже выловили еще два десятка колючих ершей, попалась даже зубастая щука в лице начальника конной сотни, который чуть не прокусил сеть и не уплыл обратно.
- Достаточно, что ли? - спросил Роже, которому надоело каждый раз взбираться на ветку кипариса и сидеть там, подобно попугаю.
- Полезай, полезай! - напутствовал его Бизоль. - Я чую - к нам плывет жирный налим...
И он оказался прав. Но на сей раз к ним приплыл целый косяк рыб. Налима в малиновых шароварах и остроконечной шапке, украшенной серебряными звездами, окружало человек тридцать охранников. Ехали они плотной группой, с обнаженными кривыми саблями и выставленными пиками. Роже из ветвей сделал Бизолю предостерегающий знак.
- Как же! - проворчал Сент-Омер. - Стану я их упускать...
Когда отряд въехал в отбрасываемую горой тень, Бизоль рванул веревку и сеть взвилась в воздух. Она покрыла конников, заметавшихся в ее плену, режущих острыми клинками ячейки. Поднявшийся гвалт спугнул птиц с деревьев, а Роже кубарем слетел на землю. Вдвоем с Бизолем они стали успокаивать сельджуков, обегая по краям сети, чтобы самим не запутаться в ячейках. Несколько человек сумели перерезать веревки; подхватив налима в шароварах, они потащили его за собой, стараясь выбраться на твердую почву. Все лошади валялись на земле со спутанными копытами.
- Отрежь им путь! - крикнул Бизоль, орудуя дубинкой налево и направо. Метнувшийся к беглецам Роже, встал на их пути, не давая вытащить налима из сетки. Острыми уколами меча он загонял пленников обратно, а Бизоль в это время изо всех сил дернул за свой конец сети, потащив ее со всем уловом на себя. И снова сельджуки забарахтались на земле, пытаясь подняться.
- Не трепыхайтесь! - увещевал их Бизоль, опять взявшийся за свою дубинку. Через некоторое время, все было кончено. Рыцари уселись неподалеку, подсчитывая пленных и отдыхая.
- Пожалуй, хватит! - сказал, наконец, Бизоль. - Сколько их?
- Тридцать один, - ответил Роже, щурясь на солнце, как довольный кот. Да в овраге тридцать семь. Еще бы двух - и будет ровно семьдесят.
- Да, число должно быть ровное, - глубокомысленно согласился Бизоль. Тогда остаемся еще...
И они стали перетаскивать новую добычу в овраг. Но целого числа никак не получалось. Поначалу к пленникам прибавилось еще шестеро воинов, потом одиннадцать, затем - трое, а когда общее число дошло до девяносто семи, то друзья поняли, что так можно добраться и до тысячи и провести здесь не один день. Кроме того, из оврага все чаще начинали раздаваться голоса очнувшихся пленников.
- Проклятые мусульмане никак не хотят уложиться в стройную цифру! недовольно проворчал Бизоль. - Экий несмышленый народ, будь они неладны!
- Ну давай дождемся еще троих? - предложил азартный Роже.
- Хватит. Надо кого-то и Санджару оставить. На рассаду, - отозвался Бизоль, распутывая сеть. - Выводи их из оврага...
Рыбалка закончилась. Всех связанных пленников построили в колонну, набросили на них сеть, Бизоль ухватился за нее одной рукой и потащил, за собой, а Роже, шедший позади, подгонял отстающих пинками. Так они и подошли, спустя два часа, к крепости Фавор, еще издали приветствуемые громкими криками столпившихся возле ее стен рыцарей. Из цитадели, над которой развевалось белое знамя с восьмиконечным красным крестом, также махали руками и бурно выражали свой восторг. Пленных сдали коменданту Гонзаго; среди них оказался личный звездочет и предсказатель принца Санджара, известный на всем Востоке Туокай - тот самый "налим" в малиновых шароварах, пользовавшийся особым расположением самого правителя сельджуков Мухаммеда. Поговаривали, что без советов Туокая, ни Мухаммед, ни его сын Санджар не могут прожить и дня. Ходили и другие слухи: хитрый Туокай как-то предсказал, что могущественный правитель умрет лишь тогда, когда случится смерть предсказателя; вот почему его берегли, как зеницу ока, практически не разрешая покидать Мевр. Но на сей раз Санджар умолил отца отпустить звездочета с собой. И... просчитался. Туокай попался в сети Бизоля.