Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 33 из 76

Донг принимал участие в войне "Молочных братьев" с "Тенями самураев". Провел несколько успешных операций, был обвинен в передаче информации противнику, приговорен к смерти через "Чертов скальпель" - нейродыбу последнего поколения, комплекс специального пыточного оборудования, вызывающего запредельную боль из глубин сознания. Но он сумел оправдаться. Снова карабкался ввысь. Снова набивал шишки, падал. Снова поднимался. И однажды оказался на Марсе.

У "Молочных братьев" исконно крепкие позиции во внешних поселениях. Марс хоть и считался тогда дырой, местом не слишком обильным на денежные урожаи, но оставлять его без присмотра негоже. Постепенно этот Клан начал приобретать там влияние. Позиции были крепкие скорее в социально-политическом, чем в экономическом плане. Донг сумел поставить все на свои места. Марс стал источником солидных прибылей. А Донг стал одним из семерых "герцогов" - высших руководителей Клана.

Донг подминал под себя компании, внедрял своих людей в Главную Администрацию, использовал ученых и оборудование института "Биореконструкция" для производства кристаллов для волновых наркотиков, для создания запреттехнологий. Так появился потрясший мировой бизнесбанк данных вирус "Желтый червяк". Так появился волновой генератор "Шорох прибоя". По его поводу оперативники по всей Земле долго ломали голову, не в силах понять, откуда все идет. А шло с Марса.

Постепенно Донг начал зарываться. И десять лет назад полиция и спецслужбы решили хорошенько тряхнуть марсианский филиал "Молочных братьев". Тогда и началась большая заварушка. Донг из нее, ко всеобщему удивлению, вышел победителем и настоял на своем статус-кво, хотя, конечно, пришлось и пойти на компромиссы, потесниться.

В последнее время он все больше начал играть в свои игры. Красивые слова о роли преданности в жизни человека, вдалбливаемые ему в "Обители чести", он теперь вспоминал лишь с иронией. Какая там преданность, если он уверенно вел дело к расколу своего родного Клана. Время от времени расколы случались. Преступные Империи, как и все Империи в истории, рушились, делились на отдельные государства. Но подобного не было уже несколько десятков лет. Полтора года назад Донг, входивший в Малый Совет "Молочных братьев", решил раздробить Организацию, на верность которой неоднократно присягал. Происходило то, о чем предупреждали старые "герцоги", опытным глазом много лет наблюдавшие деятельность Донга и имевшие некоторое представление о том, что за змею пригрел на своей груди Клан.

С одной стороны, ситуация не казалась трагичной. Какой такой раскол? Кто затеял? Донг? Один из пяти "герцогов"? Ну и что? "Чертов скальпель" ему в задницу! Или, если сумеет разжалобить, - ЭМ-очередь. Или объемный взрыв. Много ли на свете таких людей, до которых не доберутся ниндзя-убийцы Клана? Мало.

Донг и не надеялся выиграть горячую войну с родной организацией. Он рассчитывал на другое. И четыре месяца назад явился на Малый Совет в Майами. Сам.

Малый Совет не отдал его в руки палачам - на долгую забаву. ЭМ-очереди, удавки и яд пощадили раскольника. Малый Совет встал на его сторону. Происходило что-то неслыханное. Донг был истинным пауком, он плел паутину так, что опутал четырех "герцогов". Несомненно, все хотели его смерти. Но так получалось, что смерть его была кругом невыгодна и грозила большими неприятностями. Донг побеждал.

Доходили слухи, что он предложил "герцогам" что-то сногсшибательное. Что? Эх, если б знать.

Впрочем, Донг перегнул палку. Кое-что не учел. Кое-кому слишком сильно наступил на мозоль. Пусть он получил одобрение Малого Совета, но это еще не означало схватить за бороду Господа. В нише посылочного аппарата в моем номере отеля лежал информпакет.

- Смотри, нам посылка, - сказал я.

- Подожди, - Шестернев провел над посылкой похожим на карандаш детектором взрывчатых веществ. - Чисто.

- Конечно, чисто, иначе я бы ее не вынул, оставил бы лежать. Привыкай ощущать опасность и надеяться только на себя. Приборы - всего лишь костыли... Посмотрим, от кого письмо.

Я просунул его в щелку книжки переносного компа.

"Ваш индивидуальный код?" - поползло по экрану.

Я ввел индивидуальный код по нашей легенде - сотрудника социологического Комитета Александра Артемьева.

"Код неверный", - последовал ответ.

Тогда я ввел свой личный код - Александра Аргунова.

"Доступ открыт".

- Ничего себе, - покачал головой Шестернев. - Наши истинные данные не знает на Марсе никто, даже начальник полиции.





- Отправитель знает. Ну, что там? "Аргунову согласно договренности".

- Обнадеживающее начало, - хмыкнул я. После просмотра блока информации я только покачал головой.

- Да-а.

Щедрый подарок. Настолько щедрый, что его трудно оценить. В информпакете была раскладка по организации Донга. Почти полная. Структура. Подпольные лаборатории. Связи с коррумпированными чиновниками. Такой информацией мог обладать кто-то, достаточно близкий к верхушке организации.

- Кто ж прислал-то? - спросил Шестернев.

- Индеец. Он обещал помощь.

- Он сдает нам Донга с потрохами. Отчаянный шаг.

Изредка Кланы пользуются в борьбе между собой услугами полиции, но это считается последним делом. Неординарные обстоятельства должны были его подтолкнуть на этот шаг.

- Надеется, что мы покончим с Донгом, - предположил я.

- Или хотя бы выведем его из игры.

- Мы оправдаем его надежды?

- Оправдаем, - кивнул я. - Нам нужен скальп Донга. Притом скальп говорящий.

- Омерзительное сравнение.

- Зато обнадеживающее.

***

- Как продвигается работа? - спросил Парфентьев, заполнивший своим массивным расслабленным телом кресло. Сегодня он не был настроен на откровенность. Видимо, у него было время поразмыслить над нашей беседой. Он понял, что наговорил и наобещал лишнего. И вообще решил подумать о своем будущем, а не о счастье всего человечества.

- Семимильными шагами, - сообщил я, вызвав усмешку недоверия, Ничего, посмотрим, как изменится выражение лица начальника полиции через несколько минут.

- И к чему вы пришли? - Парфентьев вызывающе зевнул.

- Коррупция. Бандитизм. Расцвет всех форм организованной преступности. И все в такой дыре, как Марс. Можете служить примером другим.