Шанс выжить - ноль

Комната была заставлена диванами и кушетками, на которых громоздились многочисленные подушки и покрывала.

Она уселась в одно из многочисленных кресел, предложив сесть и мне.

- Прошу вас, садитесь, мистер Хаммер. Можно предложить вам выпить? Или полицейский никогда не пьет во время работы?

- Иногда.

Я не доверял диванам и поэтому присел на оттоманку.

- Верно. Такое никогда не показывают по телевизору. А теперь скажите, это именно вы нашли мою пудреницу?

- Да, мадам. - Я рассчитывал, что эта интонация наиболее соответствует ситуации.

Еще раз нервная улыбка проскользнула по ее лицу.

- Вы знаете, я даже не могла поверить, что потеряла ее, и так рада, что она нашлась. Вы должны получить вознаграждение, вы ведь знаете об этом?

- Я буду вам очень благодарен, если вы переведете эти деньги полицейской спортивной лиге.

- О, я однажды устраивала для них бенефис. Конечно, если вам так угодно, то я непременно это сделаю. А моя пудреница, она у вас?

- Нет, но вы можете получить ее в отделе находок после того, как подтвердите ее полную идентификацию. С этим не будет никаких трудностей.

Она сделала непроизвольное движение плечами, прикоснулась руками к лицу, поправила волосы и снова улыбнулась.

- Даже не знаю, откуда у меня такое нетерпение. Я уже обходилась без нее достаточно долго, и, конечно, подождать один день ничего не составляет. Я думаю, что все это от эмоций. Я ни разу не сталкивалась с полицией, за исключением того случая, когда мне был нужен пропуск в мой клуб. И это было очень давно, несколько лет назад. Теперь уж они этим, наверное, и не занимаются?

- Да, не занимаются. О, мадам, я, пожалуй, воспользуюсь вашим предложением немного выпить. Покажите мне, где все это размещается.

- Как раз позади вас. - Она указала мне рукой. - Я выпью чуть-чуть виски, чтобы поддержать компанию.

Я поднялся, чтобы приготовить выпивку, а когда стаканы были наполнены, увидел, что она пересела с кресла на диван, словно предлагая мне заняться любовью. Мне было неприятно ее разочаровывать, но я протянул ей виски и снова занял место на оттоманке, потягивая свое виски. Она молча чокнулась со мной, сделала глоток и кивнула с одобрением. Немного помолчав, она сказала:

- Знаете... когда я узнала, что вы не принесли мою пудреницу и практически отказались от вознаграждения, я подумала, что вы, наверное, хотите со мной о чем-то поговорить?

- Не каждый из нас имеет подобный шанс - увидеть так близко известную актрису, как говорится живьем...

- Вы очень приятный и милый человек, но вы лжете, - улыбнулась она, снова сделала глоток и, наклонившись вперед, поставила стакан на пол между ног.

Пытаясь вести деловую беседу, я сказал:

- Ну ладно. Я надеюсь, что вы сумеете вспомнить, когда и где вы потеряли пудреницу?

- О да, могу. В первое время я не думала об этом, но когда стала задумываться, то вспомнила довольно отчетливо.

Я сделал еще глоток и подождал, стараясь не глядеть на ее фигуру.

- Я отправилась в театр, чтобы поймать Роз Мюррей на открытии ее новой программы. Во время перерыва я отправилась в туалет и обнаружила, что пудреницы нет на месте. Я никогда не думала, что ее украли, но я всегда забываю вещи где попало, и я подумала, что оставила ее дома. Я была уверена в этом и тогда, когда обнаружила, что пропали два билета по пятьдесят долларов и еще какая-то мелочь.

- А как же вы добрались до театра?

- Джози прямо внизу посадил меня в такси и оплатил проезд.

- И вы не пытались позже проверить, где она все-таки могла затеряться?

- О, конечно. Я искала ее кругом. - Она сделала широкий жест рукой. Я всегда держу немного денег в ящике стола, и они все еще там, так что я даже не считала их. Я подумала, что забыла ее в каком-то другом месте.

Я поставил стакан.

- Еще один вопрос. Не запомнилось ли вам, что в какой-то момент вы тогда, в театре, оказались в толпе людей? Я имею в виду тесноту, заторы в проходах и тому подобное.

- Тесноту?

- Да, я имею в виду, что, когда вы были окружены людьми, кто-то мог забраться в вашу сумочку.

Она задумалась на мгновение, потом подняла свой стакан. Это было очень неудачное движение. Ее глаза поверх стакана встретились с моими, и я снова увидел, как она быстро провела языком по губам. Это было точно такое же нервное движение, как и в начале нашего разговора.

- Нет... ничего определенного... но возможно, что в этот момент, когда мы входили, там был один человек... он пересек нам дорогу и извинился за это. Было такое впечатление, что он узнал кого-то, кто находится где-то рядом с нами.

- Не могли бы вы описать его?

Она закрыла глаза. Ее губы были сжаты. Так продолжалось добрых пять секунд. Потом лицо ее расслабилось, она открыла глаза и кивнула:

- Он был среднего роста... ниже вас. Ему было далеко за сорок, ближе к пятидесяти. Не очень хорошо одет... и у него были странные волосы.

- В каком смысле "странные"?

- Да, да... он должен был быть седым, но он, видимо, красил волосы, а седина проступала замысловатым рисунком со всех сторон.

Я чувствовал, что все отразилось на моем лице. Виски стало абсолютно кислым у меня во рту, и это странное ощущение заставило меня откинуться назад. Она только что описала мне портрет Липпи Салливена.

- Что... что-нибудь не так?

Я попытался скрыть свое состояние и покачал головой...

- Нет, все идет как раз как надо. - Я поставил свой стакан и поднялся. - Благодарю за выпивку.

Хейди Андерс подняла руку, и я вновь оказался в глубине подушек.

- Я очень ценю ваше посещение. Мне только хотелось бы...

- Что?

- Не могли бы вы сами принести мне эту пудреницу. Полицейские участки всегда пугают меня.

- Тогда вы должны дать мне страховой полис, расписку в том, что вы поручаете мне это сделать, и завтра утром вы получите свою пудреницу.

Первый раз неподдельная улыбка появилась на ее лице.

- Вы сделаете это? - Она не стала дожидаться ответа и бросилась со всех ног в соседнюю комнату и меньше чем через три минуты вернулась с бумагами, которые я просил.

Потом она проводила меня до дверей и держала мое пальто, пока я старался влезть в него. Когда я повернулся, лицо ее было совсем близко от моего.