Страница 11 из 11
она глядела на него умилительно своими голубыми, небесными глазами, воздушная, прекрасная. Он мысленно загляделся и залюбовался ею.
Дьячок, увидев постороннего человека, опрометью бросился читать вполголоса свой псалтирь. Печальный погребальный говор дико согласовался с страстными мечтами Шульца. Свечи тускло теплились вокруг катафалка.
Картина была самая странная...
Родственник проснулся и подошел к Шульцу с беспокойным видом отчаянного наследника.
- - Вы очень любили покойницу? - спросил он боязливо...
- Да, я любил покойницу, я люблю покойницу, - отвечал Шульц, очнувшись. - Я люблю покойницу, только не эту покойницу... Да простит бог вашу покойницу!
Родственник глядел на него с удивлением.
- Знаете что? Она... вот эта княгиня... княгиня она, что ли? Знаете, что она хотела со мной сделать?.. Она из груди моей хотела вынуть мое же сердце... какова-а?... О, да она прехитрая! Хотела опять притвориться и украсть его потихоньку. Да нет, я это притворство знаю; я знаю этих светских людей. Вы думаете, что она вас любит?
Неправда, притворяется, все притворяется. Скажите мне правду: вы думаете, что она умерла? Неправда! Лритворяется, притворяется! Все это притворство! И герб, и гроб, и катафалк, и вы сами... - все это притворство, все притворство!.. Прочь отсюда!
Шульц засмеялся и убежал.
Как испугался студент, когда увидел на рассвете товарища своего, изнуренного страданием и сильным бредом. Шульц ощупью дотащился до своей кровати и упал.
Члены его тряслись от лихорадки; несвязные видения душили его. То вдруг казалось ему, что злая Маргарита наклонялась над ним и грозила ему сжатым кулаком; то видел он вдали тень седого старика с красным платком около шеи, который мигал ему и, как фантасмагорическое явление, то отдалялся, то подходил близко и таинственно к себе манил. Вдруг показалось ему, что он перед какимто огромным амфитеатром, на который собралась вся вселенная. И вот от имени всех Генриетта с улыбкой любви на устах, с потупленным взором подает ему венок лавровый - ив эту минуту амфитеатр рушится, а вместо зрителей толпятся черепа в калошах, которые мигают и шепчутся между собой... И вдруг все превращается в странный неясный хаос, среди которого Мюллер с своими сапожниками, княгиня с своим раутом и весь Петербург кружатся в каком-то адском, неистовом танце...
Так прошел целый день. Мучение час от часу становилось сильнее. Студента в комнате давно уже не было: он убежал за доктором. К вечеру явился доктор с студентом, бегавшим за ним целый день.
Доктор был человек веселый. Он взял Шульца за руку:
- Что, брат-приятель? Видно, плоха шутка, придется прогуляться в Елисейские! Жаль, что вы прежде не пришли, - сказал он, обратившись к студенту.
- Да я был у вас с самого утра, - отвечал студент.
- Да что же, брат, делать? На вашу братью не напасешься. У меня и поважнее вас, да ждут. Впрочем, тут делать нечего, - продолжал он протяжно, понюхивая табак. - Inflammatio cerebralis [Воспаление мозга (лат.)] в высшей степени. Если б часа за два кровь открыть, то молодца можно было бы поставить на ноги. А теперь - шабаш! К утру он умрет.
И точно, к утру конвульсии Шульца стали мало-помалу утихать, дыхание его сделалось реже. Студент держал его на своих руках. Наконец он сделался спокоен, голова его покатилась на грудь... Все было кончено; студент перекрестился и закрыл страдальцу глаза.
В эту минуту кто-то постучался в дверях.
- Кто там? - закричал студент.
В дверях просунулась фигура Мюллера с узелком в руках: он принес новые, блестящие калоши, взамен первых, о которых он подумать не смел. Узел выпал у него из рук.
- Боже мой! Что это такое? - закричал он.
- Судьба! - глухо промолвил студент.
Мюллер подошел к постели, упал на колени и поцеловал руку усопшего.
В комнате было долгое, глубокое, таинственное молчание.
Наконец Мюллер встал, отошел с студентом в сторону и спросил у него с участием:
- Что, вы тоже музыкант?
- Нет! Я хотел посвятить себя литературе, да...
- Да что же?
Молодой человек печально покачал головой и показал на покойника.
- Что ж вы хотите делать?..
- Я схороню его...
- А потом?
- А потом... уеду к матушке в Оренбург.
ИСТОРИЯ ДВУХ КАЛОШ
Впервые напечатано: "Отечественные записки", 1839, т. I, No 1.
Впоследствии Соллогуб написал пародию на собственный рассказ.!
(См.: "Новая история двух калош" - "Литературная газета", 1845, No 1).
Стр. 43. Козлова М. Ф. - двоюродная сестра писателя, дочь известного переводчика и театрала Ф. Ф. Кокошкина.
Стр. 44. ...надворному советнику... - чин VII класса; по "Табели о рангах" российские чины делились на четырнадцать классов, XIV класс низший.
Стр. 46. С Малой Морской... к Синему мосту... в Коломну. - Малая Морская - ныне ул. Гоголя, Синий мост - мост через реку Мойку, Коломна окраинный район Петербурга.
Стр. 47, Перигурдин - старинный быстрый танец.
Стр. 49. ...о великом Бетховене... - Образ Бетховена введен в повесть, видимо, под влиянием В. Ф. Одоевского, большого почитателя и одного из первых пропагандистов творчества композитора в России, автора романтической новеллы "Последний квартет Бетховена" (1830).
Они учились вместе у Фан-Эндена. - Фан-ден-Энден - боннский органист (ум. 1782).
Стр. 53. ...для аспазийского ее салона... - Аспазия - жена прославленного афинского политического деятеля Перикла, отличавшаяся умом и изысканной красотой, в ее доме собирались поэты и философы.
Стр. 54. ...варияции Герца или концерт Калкбреннера. - Герц А. (1803 1888) - французский пианист и композитор, Калкбреннер Ф.-В.-М. (1788 1849) - немецкий пианист и композитор, в основном живший в Париже. Музыка обоих отличалась технической усложненностью и малой содержательностью, не случайно Ф. Лист назвал Герца и Калкбреннера "рояльными акробатами" (ср. реакцию героя).
Стр. 61. ...аплодирует прыжкам Турньера... - имеется в виду кто-то из династии цирковых артистов, ее основатель Жак Турньер (ум. 1829). был содержателем первого стационарного цирка в России (1827).
Стр. 63. Экоссез - бальный танец.
Стр. 64. Англез - бальный танец.
Стр. 76. Fur wenige (Для немногих) - изначально название поэтических сборников В. А. Жуковского, выходивших очень малым тиражом, в переносном смысле - "для посвященных".
Стр. 85. ...прогуляться в Елисейские! - Елисейские поля - в греческой мифологии - загробный мир, место пребывания безгрешных душ; здесь иронически: умереть.