Страница 38 из 40
Жюль сообщил боссу, что они направляются на Землю. Он точно не знал, как быстро мог двигаться корабль Гарста, но полагал, что полет может продлиться дней семь-десять. И, конечно, он сразу передаст по субкому, выдержала ли Хелена действие нитробарба. Шеф поблагодарил его за его доброту и заботу, и собеседники прервали связь. После чего Жюль проделал не-эбходимые приготовления для выхода корабля в подпространство.
Иветта была тоже поражена, узнав о титуле Пайаса.
- Почему же вы не сказали нам об этом сразу? - спросила у него Иветта.
- Это представлялось неуместным в той ситуации, - ответил Пайас, пожав плечами.
Хелена уже несколько часов пребывала на грани жизни и смерти. Вскоре после их выхода в подпространство девушка покрылась обильной испариной, одежда прилипла к ней подобно второй коже. В какой-то момент температура ее тела дошла до сорока градусов по Цельсию, так что друзья ее начали приходить в отчаяние.
Через несколько часов она впала в стадию галлюцинаций. Она визжала, кричала что-то невнятное, можно было разобрать лишь отдельные слова. Она металась так, что потребовалась вся деплейнианская сила Жюля, чтобы удержать ее и не позволить нанести себе травму. Согда припадки миновали, Хелену начал бить озноб. Они завернули ее в два одеяла, оказавшихся на корабле и Жюль снова крепко сжал ее в объятиях, на этот раз чтобы передать ей тепло своего тела. Наконец приступ озноба прекратился, и Жюль отпустил Хелену. Ее ресницы начали подрагивать. Один глаз на секунду приоткрылся. Жюль позвал сестру.
Хелена открыла глаза. Она смотрела вокруг, ничего не понимая. Иветта уменьшила освещение в кабине, чтобы свет не был таким ослепительным.
- Как вы себя чувствуете? - склонился над ней Жюль.
Какое-то время Хелена смотрела на него не узнавая. Потом стала что-то вспоминать: битву в космопорте, допрос - до того момента, как Гарст ввел ей нитробарб... Наконец она поняла, что спаслась, что ее друзья с ней и что они все в невесомости Но, кроме этого, понять ничего не могла.
- Очень кружится голова, я ничего не соображаю, - ответила она. - Так хорошо видеть вас снова. - Когда в поле ее зрения попал Пай-ас, девушка встревожилась. - Кто это? - спросила она.
Осторожно, шаг за шагом Жюль и Иветта рассказали ей о событиях, происходивших после ее захвата в космопорте. Осторожность требовалась не в отношении Хелены, а в отношении Пайаса. Даже при условии полнейшей его лояльности они не могли открыто говорить о том, что ему не надлежало знать: секреты оставались секретами.
Пока Жюль посылал Шефу новый вызов по субкому, чтобы сообщить ему о состоянии дочери, Иветта отослала Пайаса из кабины и спросила Хелену:
- Итак, что вы теперь думаете, о практичен кой работе?
Хелена грустно улыбнулась.
- Вы были правы. Думаю, я получила урок на всю оставшуюся жизнь. Есть свои преимущетва в сидении в безопасности и предоставлении зам возможности брать на себя весь риск.
- Каждый должен делать то, на что он больше всего способен, - заметила Иветта.
Их полет длился целых восемь дней. За это время им ничего не оставалось, как ближе познакомиться друг с другом. Хелена была представлена маркизу Пайасу, хотя Жюль и Иветта воздержались от упоминания полного имени Хелены. Ни один из трех агентов СИБ не мог иного говорить о себе, но если Пайаса в какой-го мере и задевала их скрытность, он не подавал вида. Ко времени прилета на Землю даже Жюль вынужден был признать, что его первоначальное впечатление от ньюфорестианина оказалось ошибочным и что тот был действительно хорошим парнем.
Когда они приземлились на космодроме Мыса Канаверал, их встретила карета "скорой помощи", которая увезла Хелену в госпиталь, несмотря на ее уверения, что она чувствует себя почти здоровой. Жюль, Иветта и Пайас, покинули корабль, направились в отель. Как только Неф убедился в том, что корабль пуст, он приказал конфисковать его. Записи Гарста были переданы в аналитический отдел для изучения.
Для Жюля и Иветты два дня прошли без всяких событий. Они начали уже думать, не забыли ли про них, когда получили распоряжение прибыть вечером в номер Посла на верхнем этаже их отеля для весьма секретного совещания. Великий герцог Зандер фон Вильменхорст сам открыл им двери и провел в номер. На софе лежала герцогиня Хелена; она хотела было подняться, когда они вошли, но сибсы настояли, чтобы она осталась лежать. Она была бледна, хотя небольшой румянец начинал уже проступать на ее щеках.
- Прежде всего, - начал Шеф после обмена приветствиями, - я бы хотел выразить мою личную благодарность вам обоим за все то, что вы сделали. Вы вернули мне дочь живой; не знаю, кто еще мог бы так хорошо справиться с работой в столь тяжелых обстоятельствах.
- У нас была кое-какая помощь, - заметила Иветта.
- Да, я намерен поговорить о вашем друге маркизе немного позже. А сейчас, пожалуйста, примите признательность, отца за счастливое возвращение его дочери.
- Как ваш босс, - продолжал Шеф деловым тоном, - я хотел бы выразить мое удовлетворение той работой, которую вы проделали, пусть даже она только дала направление, в котором еще предстоит работать и работать. Заговор огромен; он может оказаться даже крупнее сети Баньона.
Д'Аламберы обменялись взглядами. Заговор, разработанный Баньоном, охватывал более трех четвертей Империи, проник на самые высокие уровни самой Службы Имперской Безопасности и готовился более пятидесяти лет. Могло ли быть что-нибудь грандиознее?
- Как много записей Гарста вы просмотрели? - продолжал Шеф.
- Не много, - признался Жюль. - Большая их часть была на лентах, а у нас на корабле не было соответствующей аппаратуры. К тому же в присутствии Пайаса мы не могли работать в открытую.
- Похвально, - кивнул Шеф. - Но я изучил все, что вы привезли и, откровенно говоря, меня это пугает. Особенно одна лента.
- Как вы помните, сначала нам стало известно о глубоко законспирированном заговоре, когда ваш кузен Луи узнал от доктора Рустина об остальных изготовленных им роботах. Информация, полученная вами на Меллисанде, подтвердила это и добавила еще одну загадку - Леди А. Похоже, она - очень важное лицо в этом заговоре. Она объявилась у Гарста, к сожалению, в день прибытия Хелены. Нам повезло, что Гарст вел записи большей части разговоров, которые происходили у него в кабинете, в частности этот. Разрешите, я включу ленту.