Страница 2 из 2
Папа ушел счастливым. Однако, какой нервный нынче родитель пошел. Вот еще один приближается. Я заранее становлюсь в позу боксера. "Вы Сидоров? Только что из Канады. Специально прилетели, чтобы справится об успехах Бориса. Да вы правы, мало у нас родители уделяют внимания детям. Все раз'езжаем по заграницам. Где я был? Нигде. Это я так, в общем смысле говорю. А о детях, о своем будущем подумать некогда. Уже присмотрели колледж в Штатах? И правильно. В Штатах оно и верней, не чета нашим задрипанным университетам. Швейцарские часики? Ну что вы, спасибо. Конечно, у него бывают недоработки, но я и так собирался выводить пять в году."
Папа уходит счастливым.
Звонок на урок. Какой неприятный и отвратительный звук. Похоронный марш звучит веселее и оптимистичнее.
Второй урок, как обычно, начинается с разбирательства.
"Сидоров, вы опять с Козловым издевались над Вайсблатом. В чем дело? Мне надо каждый день вызывать ваших родителей в школу? Понимаю. Вы всего лишь испытывали на прочность его новый кожанный портфель. Тогда почему вместе с портфелем из окна выпал и сам Вайсблат? Как, как! Отцепить не успели.
Сева, и после этого ты даешь Сидорову списывать? Я понимаю, что в душе он добрый и... Ах вот оно, в чем дело! Он расплачивается валютой. Какие вы все стали меркантильными. Мы такими не были. Мы ходили в походы, пели песни у костра и собирали металлолом бескорыстно.
Сидоров, а почему от тебя снова пахнет сигаретами? Я обещал твоему отцу, что на моих уроках ты курить не будешь. Ты и не курил?! А откуда же запах? Запах перешел к тебе от Ходкиной. А зачем ты целуешься с девочками, которые курят? Разве мало вокруг хороших некурящих девочек? Вот, например, Тоня Лукина. Я спрашиваю тебя, почему ты не целуешься с Лукиной. И отличница, и тихая, и скромная, да еще ходит в кружок "Умелые руки". Что ты сказал? Что же ей еще остается, раз у ней рожа такая...
Антонина, не верь ему! У тебя очень симпатичное... кругленькое лицо. Кстати, очень прошу тебя, прекрати жечь меня каждый урок взглядом - ты наделаешь в моем пиджаке дырок. И еще, пожалуйста, перестань пихать в мой дипломат записки, чтобы я пришел к тебе домой и обьяснил с глазу на глаз, что такое котангенс. Котангенс мы будем проходить только в следующем году. И вообще, котангенс - это очень сложная дисциплина, и вам еще рано о нем думать.
Но продолжим урок. А! Вот как раз и Кузякин об'явился с мелом. Что! Во всей школе не нашлось паршивого куска мела! Дожили! Ну извини, Петя. Ты, вероятно, устал, бедняжка. Запыхался два урока искать несчастный кусок мела! Да-да, ты прав. Администарция просто обнаглела. Экономят на детях. А что там за крики были во дворе? Кричал учитель физкультуры. Дети повесили его на спортивном канате! А потом завернули в маты, привязали штангу и целых полчаса пытались утопить в пруду! И что, не утонул? Я всегда утверждал, что наши учителя не тонут.
Но продолжим урок. Сидоров! Ну зачем, зачем ты опять бьешь учебником по голове Вайсблата? Он сам попросил тебя об этом! Он передумал быть академиком и хочет стать кутилой и прожигателем жизни, как ты!
Дети, глядя на вас хочется плакать, хочется выть и биться головой об стену. Вы - враги цивилизации и прогресса! Вы передовой отряд мировой реакции и оплот мракобесия! Я больше не могу тратить на вас свои лучшие годы, завтра же ухожу в предприниматели.
Итак, последний раз спрашиваю, кто напишет сегодня на доске теорему этого идиота Пифагора...