Страница 32 из 69
- Убивают! Срочно... - снова звонила женщина, но уже другая . По мобильнику.
Пришлось ехать во второй раз. К этому времени разборка на переходном
мосту уже закончилась. Свидетели попрятались. Ни одной припаркованной иномарки. Гнетущие признаки недавно совершенного тут преступления...
"И прихожу то слишком рано, то слишком поздно прихожу..." - писал
поэт. Правда, по другому поводу...
Кровь обнаружили сразу. Недалеко от лестницы, ведущей на переходной мост со стороны площади. Мазки вели со ступеней. Кто-то раненный покинул поле сражения отсюда, со стороны площади. Внизу виднелись отметины протекторов. Там стояли машины...
Стараясь не оставить следов оперативная группа поднялась наверх.
Несколько стреляных гильз бросились сразу в глаза. Они были разбросаны на смерзшемся снегу настила вокруг большого кровавого пятна.
Другой участник разборки был серьезно ранен именно здесь.
В него стреляли почти в упор. Картина случившегося поддавалась расшифровке. Раненый упал на колени - на обледеневшем покрытии остались отпечатки окровавленных ладоней. Потом ему помогли подняться. Судя по формам капель, он не мог двигаться самостоятельно. Сообщники унесли его на руках ко второй лестнице - по другую сторону путей, к маневровому парку. Где-то там стояла машина...
Кинолог с собакой рванул вниз. За ним потопали оперативники. Внизу ждала их привычная страшная жатва. Не исключено, что братки ещё издалека заметили круговерть огня над кабинами приближавшихся к станции милицейских "газонов".
Труп оставили, забросали снегом ...
- Привет! Слышал уже что у нас?
Домодедовский дежурный заговорил с коллегой на вокзале в Москве как об уже решенном, про труп умолчал, чтобы не пугать:
- Подсылай свою оперативную группу...
- Сейчас?
Майор-дежурный любил прикинуться фраером. Так было веселее. Перебросил леденец во рту.
- Конечно!
- Это запросто...
- Сможешь?!
Домодедовец ожидал всего, кроме согласия. Подумав, он заподозрил, что отказ последует в завуалированной форме.
- У тебя как с транспортом?
Но он и тут ошибся.
- Нормально. Машина тут. - Вот и хорошо. - Домодедовец успокоился. Давай...
Майор спросил небрежно:
- А че там ?
- Разборка. На мосту над путями...
- Постой... - Майор вроде бы даже подосадовал. - "На мосту над путями..." Мы ведь мосты не обслуживаем!..
- Ты не понял! Переходной мост над железной дорогой! Над Главными путями!
- Я все понял! В черте города мы обслуживаем только рельсы и шпалы... Майор принялся компостировать мозги. - У вас ведь город, по-моему...
- Полвека с лишним!
- Ну вот! Есть бумага о разограничении территории. Начальство подписало.
Домодедовский дежурный задумался. Москвич, похоже, говорил дело. Про бумагу о разграничении территории обслуживания он действительно слышал краем уха. На всякий случай спросил:
- У тебя нет её под рукой?
- Надо поискать. А чего там на мосту? Чего-нибудь серьезное?
Домодедовец быстро попрощался.
- Пока точно не знаю. Мое дело поставить в известность...
Майор перекатил конфетку во рту. Он уже знал от кого надо ждать самую точную информацию...
Заместитель Игумнова Цуканов и перемогавшийся в ожидании назначения подполковник по прозвищу "Штирлиц" пригнали на привокзальную площадь в Домодедово довольно быстро - по почти пустому в этот глухой час ночи скоростняку.
У станции Цуканов сразу заметил сотрудников домодедовской милиции в штатском, они перекрыли подход к пешеходному мосту. Тут же поблизости толпились нивесть откуда-то появившиеся в такое позднее время зеваки.
Для начала Цуканов сразу освободился от своего спутника, которому откровенно не доверял. Штирлиц прямым ходом отправлялся к монтерам пути. Работяги могли многое рассказать о событиях этой ночи, если бы захотели.
- Перепишите всех, кто работал в ночную смену...
Предварительный инструктаж подполковника он произвел ещё в дороге, теперь только напомнил:
- И не забудьте насчет милицейских патрулей... - В качестве чужого
подполковник был для всех только на "вы".
- Я понял, - Штирлиц - типичный внешне сотрудник Комитета Глубокого Бурения - поджарый, вроде неловкий, с мелкими чертами лица и отличной пластикой собранного мускулистого тела, поправил воротник куртки. Внимательно взглянул на Цуканова. - Что-нибудь еще?
Он постоянно напрашивался на поручения.
Это настораживало.
Не меньше чем тянувшийся за Штирлицем скандальный шлейф - слухи о принадлежность к таинственным спецслужбам, обрывки недвусмысленных разговоров.
"Кто его знает, чем они там занимались у себя? Если засекали мобильник Джохара Дудаева - черт с ним... А если закладывали гексаген или подрывали собственные блокпосты под видом вахабитов?!"
- Я буду там... - Цуканов кивнул на мост.
- Там вроде оцепление...
Зам только махнул рукой,
- Закончите с монтерами - возвращайтесь сюда...
"Выканье" давалось Цуканову с трудом. Нормальные люди все были друг с другом на "ты". Если, конечно, человека не собирались арестовывать. Тогда закон обязывал соблюдение ненужного этикета...
- И здесь ждите...
У ближайшей милицейской цепочки Цуканова действительно притормозили. Правда, тут же разобрались. Не понадобилось даже милицейского удостоверения. Свернутая газета, грубоватое запанибратство выдавало своего. Кроме того сразу нашелся и знакомый мент - не раз приезжавший на вокзал за билетами. ..
- Что тут было? - Они поздоровались.
- Разборка...
Цуканов накоротке выспросил подробности:
- Есть убитые?
- Один. Прямо в сердце засадили. Огнестрельное...
- А оружие?
- Не нашли. Но есть гильзы.
- Отечественные?
- Да. Я думаю, стреляли из "макарова"...
- Ладно. Еще поговорим. Я здесь... - Цуканов отошел.
Настроение у него сразу ухудшилось. Похищенный у Качана пистолет мог быть пущен в дело. Причем немедленно. И прямо тут, недалеко от места, где был похищен...
"До пенсии не дадут доработать..."
Все должно было разъясниться очень быстро .
Каждая пуля, каждая стрелянная гильза несли на себе следы оружия, из которого выпущены. Их сравнивали с другими, с мест нераскрытых преступлений, проверяли по соответствующим картотекам. Светился ли данный пистолет раннее, когда , где - эксперты должны были это узнать уже к утру.