Страница 114 из 251
И вот теперь, в воскресную ночь, она стояла под тяжелыми хлопьями снега, поддерживая полубессознательную тушу Роба Джентри, и умоляла:
— За нами гонятся. Помогите же нам! Марвин сделал жест рукой, и тут же Луис, Лерой и еще какой-то парень, которого Натали не узнала, спрыгнули с крыльца и исчезли во тьме.
— Кто за вами гонится, малышка?
— Я не знаю. Какие-то люди.
— Такие же умалишенные, как тот белый монстр старухи?
— Да.
— Это она управляет ими?
— Возможно. Не знаю. Но Роб ранен. За нами гонятся. Впустите нас. Пожалуйста.
Марвин посмотрел на нее своими прекрасными холодными синими глазами, отошел в сторону и пропустил их. Джентри пришлось отнести в подвал и там положить на матрац. Натали требовала, чтобы вызвали врача или «скорую помощь», но Марвин лишь качал головой.
— Ага, малышка. У нас уже есть два трупа, о которых мы ничего не сообщаем, пока не найдем ту мадам Вуду. Нам не нужны неприятности из-за твоего раненого дружка. Мы позовем Джексона.
Джексон, сводный брат Джорджа, когда-то служил врачом во Вьетнаме и успел закончить даже два с половиной курса медицинской школы. Он появился с синим рюкзаком, забитым бинтами, шприцами и таблетками.
— Два ребра сломаны, — тихо сообщил он, осмотрев Джентри. — Имеется также глубокая резаная рана... Еще бы на полдюйма ниже и на полтора глубже — и он бы уже скончался от проникающего ранения. Еще кто-то здорово прокусил ему руку. Возможно сотрясение мозга. 06 остальном без рентгена судить трудно. Посмотрите, пожалуйста, чтобы нам никто не мешал, тогда я смогу заняться им. — И он принялся накладывать швы, промывать и перебинтовывать глубокие порезы и царапины, затем наложил плотную повязку на сломанные ребра и ввел Джентри противостолбнячную сыворотку. Наконец, он сломал какую-то ампулу под носом шерифа и почти мгновенно привел его в чувство. — Сколько пальцев? — Джексон показал три пальца.
— Три, — ответил Джентри. — Какого черта, где я? Они побеседовали несколько минут, врач-недоучка удостоверился, что сотрясение мозга не слишком серьезное, после чего сделал Джентри еще один укол и позволил тому спокойно погрузиться в сон.
— С ним будет все в порядке. Я загляну к вам завтра.
— Почему ты ушел из медицинской школы? — Натали покраснела, стыдясь собственного любопытства. Джексон пожал плечами.
— Слишком много фуфла. Решил вернуться сюда. Прошу вас будить его каждые пару часов.
В отгороженном занавесками углу, где Марвин разрешил им спать, Натали будила Джентри каждые полтора часа. Последний раз это было в 4:38, и он, очнувшись окончательно, нежно прикоснулся к ее волосам.
Около дюжины парней сидели вокруг стола, болтали ногами, водрузившись на стойку, или стояли прислонившись к стенам и шкафам. Джентри проспал до двух часов дня и проснулся голодным как волк. На четыре был назначен военный совет, а шериф все еще ел какую-то китайскую дрянь, которую по его просьбе принес один из членов банды. За исключением Кары, молчаливой подруги Марвина, Натали была единственной женщиной в помещении.
— У нас по соседству какая-то пачка странных придурков, — сообщил Лерой.
— Что за придурки? — осведомился Джентри с полным ртом, набитым консервами «My Шу».
Лерой бросил взгляд на Марвина. Тот разрешающе кивнул, и тогда Лерой ответил:
— Странные белые легавые. Свиньи. Как ты, старик.
— В форме? — спросил Джентри. Он расположился у стойки — из-за перевязанной грудной клетки он казался еще толще, чем был на самом деле.
— Нет. В обычной одежде. Аккуратненькие сукины дети. Черные брюки, ветровки, ботинки с узкими носами. Просочились повсюду. Ха!..
— Где они?
— Повсюду, старик, — ухмыльнулся Марвин. — Пара фургонов без опознавательных знаков с обеих концов Брингхерст-стрит. Уже два дня как между Квин-Лейн и Грин-стрит маячит грузовик с локатором. Двенадцать ублюдков в четырех немаркированных машинах мотаются между церковью и нами. И целые толпы их сгрудились на вторых этажах дома на Квин-Лейн и Джермантаун-стрит.
— Сколько же всего? — спросил Джентри.
— Думаю, человек сорок. Может, пятьдесят.
— Работают командами по восемь часов?
— Да. Ублюдки считают, что их никто не замечает, и спокойно сидят себе у прачечной. Все белые. Так и шныряют туда-сюда. А один вообще ничего не делает, только бегает для них за пончиками.
— Филадельфийская полиция? Высокий худой парень по имени Кельвин рассмеялся.
— Черт, да нет же, старик! Местные свиньи носят банлоновые костюмы, белые носки и ортопедическую обувь... когда выходят на дело.
— Кроме того, их слишком много, — добавил Марвин. — Даже если сложить всю полицию нравов, отделы убийств, наркотиков и инспекторов по несовершеннолетним, все равно пятьдесят человек не получится. Или это федеральный отдел по борьбе с наркобизнесом, или еще что-нибудь.
— Или ФБР, — добавил Джентри и с отсутствующим видом потер левый висок. Натали заметила, что лицо его чуть заметно исказилось от боли.
— Да. — Марвин погрузился в размышления, и на мгновение взгляд его стал рассеянным. — Возможно. Хотя я этого не понимаю. Зачем их так много? Я думал, может, они ловят убийц Зига, Мухаммеда и остальных, но им, похоже, плевать на то, что кто-то замочил нескольких негров. Если только все это не ради той старой суки и ее белого ублюдка. Да, малышка?
— Очень может быть, — кивнула Натали. — Только все гораздо сложнее...
— То есть?
Джентри, стараясь не шевелить верхней частью тела, подошел к столу и положил на его поверхность свою перебинтованную руку.
— Есть такие подонки... которые обладают Способностью. Они мысленно приказывают: убей! Человек, обычный, спокойный, становится по их велению маньяком, убийцей. А те, кто ими руководит, садистски радуются. Это их омолаживает, понимаешь? Еще есть мужчина, который, вероятно, прячется где-то здесь, в городе. Способностью обладают и несколько представителей власти. И между ними идет нечто вроде войны, — объяснил Джентри негромко.
— Старик, мне нравится, как ты говоришь, — фыркнул Лерой и передразнил неторопливую тихую речь Джентри, подчеркивая южный акцент.
— Твой говор тоже ничего, — добродушно проворковал шериф.
Лерой полупривстал, и лицо его исказилось от ярости.
— Что ты сказал?
— Он сказал, чтобы ты заткнулся, Лерой, — спокойно заметил Марвин. — И сделай-ка это побыстрее. — Он снова перевел взгляд на Джентри. — О'кей, мистер шериф, скажи-ка мне вот что... этот мужчина, который прячется здесь, он белый?
— Да.
— И ублюдки, которые его преследуют, тоже белые?
— Да.
— И все остальные, кто в этом может быть замешан, тоже белые?
— Ага.
— И все они такие же низкие твари, как эта Фуллер со своим ублюдком?
— Да.
Марвин вздохнул.
— Интересно получается. — Он сунул руку в оторванный карман своей рабочей куртки, достал оттуда «ругер» Джентри и со стуком положил его на стол. — Здоровый кусок железа ты таскаешь с собой, мистер шериф. Никогда не собирался зарядить его?
— Запасные патроны у меня в чемодане, — не прикасаясь к пистолету, ответил Джентри.
— А где твой чемодан, старик? Если он был в расплющенном «Форде», то его сперли.
— Марвин ходил за моей сумкой, — пояснила Натали. — Она исчезла. Вместе с останками твоей взятой напрокат машины. И с автобусом.
— Автобусом? — Брови у Джентри поползли вверх, так что все лицо его покрылось морщинами. — Автобус исчез? Через сколько времени после нашего появления вы ходили туда?
— Через шесть часов, — ответил Лерой.
— Так что придется нам поверить на слово малышке, что за вами гнался большой нехороший автобус, — проронил Марвин. — Она говорит, что вы стреляли в него и попали. Может, он уполз умирать в кусты, мистер шериф?
— Шесть часов, — повторил Джентри и прислонился к холодильнику. — Что-нибудь есть в новостях? Об этом уже должно быть известно всем.
— Ничего, — ответила Натали. — Телевидение безмолвствует. В «Филадельфийском обозревателе» нет даже крохотной заметки.