Страница 25 из 45
-- База, прошу разрешение на посадку. Под нами странные конструкции неизвестного происхождения.
-- Десятая, посадку разрешаю. Будьте осторожны при выходе на поверхность, постарайтесь поддерживать непрерывную связь.
-- Вы выслали ретрансляторы?
-- Да, один из них зависнет над местом вашей посадки.
-- Хорошо, мы снижаемся,-- последнее больше относилось к пилоту, чем к нашему диспетчеру.
-- Приготовьтесь!-- крикнул пилот,-- немного неприятных ощущений.
На крыльях авиетки вышли передние и задние элероны, встав почти перпендикулярно ее корпусу. Авиетка резко затормозила, дрожа всеми своими частями, несколько десантников послетали с мест, я недовольно покосился в их сторону. Они не выполнили моей команды и не пристегнули ремни, видимо желая показать остальным, что обладают более богатым опытом десантирования. Вой двигателей перешел в свист, они почти полностью остановились, авиетка на миг замерла в атмосфере и, завалив нос, быстро понеслась к земле. В салоне возникло краткое ощущение невесомости, поверхность планеты резко скакнула навстречу и тут же тугая перегрузка навалилась на плечи, пилот выводил наш аппарат в горизонтальный полет почти над самыми нагромождениями конструкций. Двигатели моментально ожили вновь, дав авиетке сильный скоростной толчок, местность внизу слилась в сплошную серо-желтую массу.
-- Захожу на посадку. Впереди свободный участок местности желтого цвета, никаких видимых препятствий.
-- Радар тоже ничего не засек,-- без вызова откликнулся наш диспетчер. Связь стала едва слышной.-- Будьте осторожны, ретранслятор пока не занял нужную высокую орбиту и некоторое время, около получаса связи с вами...
Диспетчер замолк, нагромождения конструкций, кольцом окружающие большое открытое плато, теперь возвышались над приземляющейся авиеткой, они прекратили доступ радиоволнам. Пилот дал двигателям среднюю мощность и снова перпендикулярно крыльям выставил элероны, подняв тучу пыли, авиетка мягко подпрыгнула и замерла на поверхности планеты. В салоне тут же раздались возбужденные голоса, они казались даже радостными, сказывалось сильное нервное возбуждение десантной группы. Эти ребята предполагали, что идут на верную смерть, но каждый из них верил, что смерть минует именно его и именно он останется в живых на этой таинственной планете. Шум двигателей постепенно затих, в салоне сразу наступила жара, кондиционеры, получающие энергию от генераторов, перестало функционировать.
-- Температура на поверхности +51 градус, влажность воздуха 35%, ветренности никакой,-- выдал информацию метеоролог.
-- Жарковато будет работать, как в бане.
-- Ничего, не растаем.
-- Ребята, ведь мы десантники,-- подбодрил я своих подчиненных,-- не пристало нам пасовать перед такими мелочами.
Все номера в моей группе были уравнены, все подчинялись мне одному и бирки на комбинезонах носили формальный характер.
-- Надеть защитные шлемы и вооружение. Гравитопулеметчики выходят первыми и занимают оборону полукругом у фюзеляжей авиетки. Остальной персонал берет автоматические комплексы и аппаратуру контроля среды. Радисты вооружаются энергетическими пистолетами и берут оба передатчика. Без моей команды никаких действий не предпринимать. Помните, планета погубила два корабля и несколько десантных групп, мы не знаем причин гибели десантников на планете. Возможно, здесь кроется нечто отличное от странной эпидемии. В салоне раздалось клацанье пристегиваемого вооружения и легкий гомон возбужденных голосов. Как и предписывалось командиру группы, я вооружился автоматическим комплексом залпового огня и датчиком радиоактивности. Автоматический комплекс командира группы отличался от комплексов рядовых десантников. Он имел двенадцать стволов, расположенных по окружности. При нажатии на курок они стреляли одновременно: четыре ствола разрывными снарядами, два зажигательными, два нервнопаралитическими и четыре осколочными. На каждой авиетке имелся только один такой комплекс залпового огня, он являлся дорогим и сложным оружием, хотя по огневой мощи превышал гравитопулемет.
С легким шипением поднялись вверх две двери, в авиетку хлынул мощный поток ярчайшего дневного света и группа гравитопулеметчиков посыпалась на поверхность планеты, быстро образовав полукруг, прикрывая открытые люки авиетки от любой неожиданности. Стволы их пулеметов хищно уставились в недалекие нагромождения конструкций. Когда они заняли свои места, из авиетки, вышли остальные. Сухой, горячий воздух словно обжег ноздри, пыль плотным облаком висела в месте приземления, от ее мелких невесомых частичек сразу заслезились глаза, зачесался нос. В считанные секунды она проникла повсюду, захрустела на зубах, тонким слоем, как пудрой, покрыла всю группу. Я провел пальцем по корпусу авиетки, он оставил ясный след. Усиленное притяжение чувствовалось каждой мышцей тела, планета имела довольно крупные размеры.
-- Попробуйте связаться с базой,-- крикнул я радистам, они, присев на колени стали копошиться в своих передатчиках, но, как я и предполагал, у них ничего не вышло, ретранслятор только подлетал к заданному месту над пашей площадкой.
-- Люки авиетки задраить, производим локальное обследование места посадки. Около авиетки остаются 400-й и 401-й. В случае появления опасности или чего-либо непредвиденного стрелять. Мы услышим ваши выстрелы и немедленно вернемся. Группе строиться по боевым пятеркам, впереди на удалении десяти метров гравитопулемегчик.
-- Может, я пойду первым?-- спросил Армян.-- Ты извини но сейчас командую я. Когда мне надо будет послать вперед тебя, я сделаю это, не волнуйся. А пока дуй в свою вторую пятерку.
Армян обиженно замолк. Я осмотрел строй десантников. Впереди, на удалении десяти метров стоял 407-й, за ним через каждые пять метров заняли места пятерки в боевом построении. Дула пулеметов и комплексов ощетинились во все стороны. Как и предписывалось, я вместе с радистами встал после третьей пятерки, вооружение которой в полном составе смотрело вверх. Теперь наша группа оказалась неуязвимой со всех сторон, при условии конечно, что мы первыми заметим опасность.
-- Вперед,-- скомандовал я и вооруженная до зубов вереница медленными шагами двинулась к ближним конструкциям. Облако пыли осталось позади, оно неспеша продолжало парить на одном месте, постепенно оседая. Я увидел, как на корпусе авиетки спиной друг к другу сидело два наших человека, держа под контролем практически всю свободную площадь, хотя из глубины нагроможденний они представляли великолепную мишень, но иного выхода у нас не было.
Идти оказалось чертовски трудно. Пот мелкими, тягучими струйками сочился по всему телу, оставляя на открытых местах неровные грязные дорожки. Ноги по щиколотку, а иногда и глубже проваливались в невесомую желтую пыль. Она беззвучно расступалась в стороны и снова смыкалась и как бы текла мелкими осыпями. Длинный пыльный след висел над маршрутом нашего продвижения.
Шедший первым десантник поднял руку. Мгновенно весь строй рассыпался в стороны, образовав круг, центром которого оказались я и радисты, клацнули затворы вооружения. Все было сделано четко и быстро. Самые дальние залегли, второй ряд стал на колено, третий замер в настороженности в полный рост. Но никакой опасности замечено не было, просто по инструкции, первый десантник должен был время от времени подавать такие сигналы для проверки бдительности всего личного состава десантной группы. Вот он махнул рукой и все молча, без претензий заняли своп места. Строй в исходном положении снова двинулся вперед.
Постепенно мы приближались к началу хаотических нагромождений, порядком обессилив от палящих лучей висевшей в зените звезды и чувствительной силы тяжести. На общем фоне завалов неизвестного металла кое-где вырисовывались черные провалы, контрастно выделяясь на их сероватой массе. Но при более сильном приближении в их темной глубине стали виднеться небольшие пятна света, видимо пробивавшегося через верхние эшелоны этой чудовищной свалки. Вскоре первый десантник достиг одного из них, не замедлив шага, углубился в недра строений. Ход оказался довольно большим, но не принес ожидаемой прохлады. Напротив, раскаленные под светилом металлы создали в помещении удушливую и даже немного кисловатую атмосферу, словно нечто неведомое разлагалось от адского света.