Страница 23 из 45
-- Нет, это диспетчер большая сволочь,-- мрачно выдал Армян,-- вот вернемся, честное слово, морду ему набью.
Аппарат продолжал качать кровь в вену Тиа, Армян пытался одной рукой достать сигареты, находившиеся в противоположном от нее кармане, а я впился глазами в экраны хвостового обзора. Пилот не имел перед собой экранов, он вел капсулу визуально, наблюдая панораму через длинный и широкий лобовой иллюминатор, но ему следовало бы оглянуться. Я тронул его за плечо.
-- Посмотри на хвостовые экраны.
Пилот оглянулся и застонал от бессилья. Авиетка почти полностью завершила разворот и, выбросив в пространство яркий сноп пламени форсажного режима, устремилась к нам. Армян, наконец, затянулся наконец, затянулся сигаретой и начал рассуждать:
-- По-моему хватит ей крови. Я откачал два литра и сейчас потеряю сознание,-- он говорил так спокойно, словно сзади приближалась не авиетка, а пластмассовый самолетик.-- По очень авторитетному моему разумению, она потеряла гораздо меньше, чем я ей влил.
-- Давай, хватит, демагог,-- я зло смотрел на авиетку, готовившуюся повторить атаку.-- Залепи ей вену пластырем и молись, сейчас наши товарищи будут нас убивать.
Армян проделал эту немудренную комбинацию и осмотрелся.
-- Интересно, гду у капсулы механизм управления огнем?
-- Ты что задумал, скотина?!
-- Я хочу защищаться.
-- От кого?!
-- От авиетки.
-- Против своих?!!
-- Ага. Их там пятеро, а нас четверо. Какая разница, погибнет на одного больше или на одного меньше? Первый сам говорил, что мы ему дороже и он хочет видеть нас на корабле. Значит, мы должны подчиниться приказу и вернуться любым путем.-- Армян помолчал и добавил,-- Даже, если для этого прийдется прикончить авиетку.
Пилот молчал, наверное, ему тоже хотелось пожить еще немного.
-- Но ты ничего не сделаешь авиетке!-- не сдавался я.
-- Ничего, Первый тоже говорил, что авиетки не страшны лихтерам, меня хором убеждали, что капсулы не страшны авиеткам, у них только дюзы мол слабые и вообще на нашем чертовом кораблике мало кто во всем хорошо разбирается. Я это понял, еще когда ЕСУОА создавал. А то как страусы, голову в песок окунут и хоть трава не расти. Сейчас, сейчас, дай только разобраться. Ага, вот!-- корпус капсулы дернулся и две трассирующие очереди врезались авиетке в лоб. Авиетку быстро закрутило вокруг оси, ЕСУОА наугад шарахнула обоими бортами, пламя в хвостовой ее части увеличилось вдвое, снова выравнивая аппарат в устойчивом полете. Не сбавляя скорости, она немного ушла в сторону, но уверенно продолжила сближение, видимо, надеясь прикончить нас наверняка.
-- Эй!-- обратился Армян к пилоту,-- Ты сможешь зайти ей в хвост?
-- Могу попробовать, но... не могу.
-- Вот козел. Почему?
-- Там наши друзья.
-- Плевать на таких друзей, они там только и мечтают, как бы получше заехать в нас из ЕСУОА. И потом мы кто, враги?
Веер ослепительно белых полос окружил капсулу и исчез.
-- Неужели промазали?-- сам у себя поинтересовался Армян и утвердительно ответил,-- конечно, промазали. Что там за олухи у моей ЕСУОА?
Авиетка вновь унеслась вперед, повернувшись к нам бронированным брюхом. Стрелять в него не имело смысла, все равно что из рогатки в бетонную стену.
-- Неужто мы им до сих пор не надоели?-- вякнул Армян,-- вон лихтеров сколько кувыркается,-- и вдруг нечеловеческим голосом,-- Давай, давай! Уходят!!! Выжми из этой лоханки все что можно!
Он тщательно прицелился и дал залп. Далеко в пространстве рванул огненный шар.
-- Ты что, попал..?
-- В правый двигатель. Думаю, они дотянут до корабля, правда с залетом внутрь им придется попотеть. И пилоту и диспетчеру, ну это им за наши мучения.
Капсула на предельной скорости неслась к нашему звездолету, при этом пилот далеко обходил потерявшую скорость и маневр авиетку, стараясь не попасть в радиус действия ее гравитопулеметов.
-- Ты только не додумайся зайти к кораблю с носа, а то они влепят нам из главной метеоритной пушки.
-- А что толку,-- спокойно ответил пилот,-- они не пустят нас в корабль и прикончат из процессора. Я думаю успех битвы на нашей стороне. Первый рискнет и выпустит пару процессоров. Процессор не авиетка, он шлепнет нас на любом расстоянии.
-- Им надо дать какой-нибудь знак.
-- Какой? Говорите скорей, корабль приближается! Смотрите, блок отчуждения процессора светится розовым, через пару минут процессор будет в пространстве. Они наверняка видели, как мы стреляли в авиетку, они думают, что в капсуле кроны и нам этого не простят.
-- Формулу света!!!-- осенило меня,-- Армян, стреляй назад, пунктир снарядов повторит движения капсулы и нарисует формулу света! Если на корабле остался хоть одни здравомыслящий человек, они откроют ангар...
Сзади тихо застрекотали орудия капсулы. Пилот как марионетка дергался в своем гигантском кресле, ему было очень нелегко, ему ни разу не приходилось выходить из таких ситуаций. Он манипулировал рычагами, как заправский клоун своими атрибутами, капсула в бешенной пляске измывалась перед кораблем. Даже я на своих несовершенных экранах видел размытый, но хорошо заметный след пунктира. Увидят ли его на быстро вращающемся корабле?
На одном из оборотов нашего звездолета блок отчуждения процессора загорелся рубиново-красным огнем, процессор вышел в пространство, облачком легкого газа пронесся мимо капсулы и растворился в стороне, где кипела основная битва.
-- Армян, он не выстрелил!
-- Ты прав, Маэстро, это видно потому, что мы до сих пор живы и ангар открывается. Теперь все зависит от пилота, ведь нами не руководит диспетчер. Ты как сможешь?
Пилот не отвечал. Закусив губу до крови и мотая головой от пота, ручьями стекавшего с его лба, он дергал ручки управления.
-- Давай, давай! Ну!
Капсула неслась по все суживающемуся кругу, но все больше отставала от черного провала открывшегося ангара.
-- Увеличь скорость,-- спокойно сказал я.-- Больше не идет, капсула не может этого сделать.
Вдруг вращение корабля резко замедлилось и мы едва не проскочили черный прямоугольник. Пилот сразу притормозил и, повернув капсулу носом к звездолету, пнул ногой здоровенную педаль. Вход в ангар рванулся на встречу, капсула со свистом влетела в черный проем, вспыхнул ослепительный свет, с треском разлетелись на куски крепления авиеток, снесенные крылом капсулы, аппарат завертело юлой и дюзами вплющило в дальнюю стенку ангара.
Армян чертыхаясь вынимал осколки экрана из своих ладоней, пилот без сознания уткнулся в пульт управления, а я, прижав Тиа к рубчатому полу, лишь хорошо раскарябал лицо и, как говорится, отделался легким испугом. Первым вскочил Армян, он откинул колпак и вопль неподдельной радости огласил ангар авиеток.
Десять лет я не мог найти дорогу назад,
А теперь позабыл откуда пришел..,
-- Итак, Совет корабля в сборе,-- начал Первый.-- Нам придется подвести итог этой нелегкой битвы, из которой мы сумели выйти победителями, первыми в истории победителями в звездной борьбе с кронами. Четыре лихтера кронов уничтожено, три выведено из строя путем расстрела их аннигиляционных орудий. Два корабля уничтожено экипажем десятой авиетки и надо отдать ему должное. Без них наш корабль давно перестал бы существовать. Благодаря им мы, наконец, нашли уязвимое место в их лихтерах и передали эти данные по подпространственной связи на нашу базу. Что же составляют наши потери? Из двадцати авиеток полностью перестали существовать семь, еще восемь получили повреждения различной тяжести, из них две чисто по вине диспетчеров, не сумевших вовремя подать нужные команды, и капсулы кронов получили возможность атаковать их сзади. Не малая вина в этом лежит и на самих пилотах, с ними будет работать комиссия. У нас погибло 42 человека, потери кронов подсчетам не подлежат.
В кратчайшие сроки нам предстоит в корне пересмотреть всю систему защиты наших кораблей, для чего подпространственная связь переходит полностью в распоряжение землян, у них есть ряд идей, способных во многом увеличить выживаемость наших звездолетов. Да, да, не удивляйтесь, пока еще они земляне, а не реалы, ибо Совет не принял их в наше братство, это возможно только при личном контакте. Думаю, в ближайшее время мы сможем уверенно противостоять кронам, пока они не изобретут более совершенное оружие нашего уничтожения.