Страница 62 из 80
Подходя к Оползню на следующем круге, Осборн увидел на повороте, что недавняя неразбериха закончилась худо только для двух машин: “буревестник” валялся вверх колесами ярдов за пятьдесят от трассы, “бентли” с разбитым сзади кузовом стоял на дороге в луже бензина. “Мазерати”, по-видимому, продолжал гонку. Осборн проехал мимо; начался восьмой круг, и тут-то дождь хлынул как из ведра. А уже пора набирать скорость.
То же подумали все гонщики в передовой группе и на этом круге один из “ягуаров”, пользуясь тем, что Сэм Бейли явно занервничал из-за неустойчивости своего метиса на крутом повороте, обошел его. Оба лидера теперь шли вплотную за одним “бугатти”, и сразу за ними “бентли”. Второй “ягуар” миновал их на Сенном углу, сразу же за ним — Джон Осборн. Дальнейшее случилось в один миг. На углу “бугатти” завертело, в него врезался “бентли”, отброшенный набежавшим “ягуаром”, а тот дважды перевернулся и упал на правый борт у обочины уже без водителя. Джону Осборну некогда было останавливаться, он едва успел увернуться; на скорости семьдесят в час “феррари” чуть задел “бугатти” и остановился на обочине, с вмятиной сбоку у переднего колеса.
Джона Осборна изрядно тряхнуло, но не ранило. Водитель “ягуара” Дон Харрисон, который перед началом гонок предлагал ему выпить, теперь умирал в кустах от многочисленных увечий: когда машина перевернулась, его выбросило на дорогу и тотчас по нему проехал “бентли”. Физик минуту поколебался; но вокруг есть еще люди; а как “феррари”? Он попробовал, мотор заработал, и машина сдвинулась было, но помятое колесо цепляло за раму. Он выбыл из гонок, не видать ему Большого приза; сердце защемило; он переждал, пока проскочит мимо метис, и перешел через дорогу посмотреть, нельзя ли помочь умирающему.
Он все еще стоял тут, когда метис снова промчался мимо.
Еще несколько секунд стоял он под неутихающим дождем и вдруг сообразил — между двумя пробегами метиса больше ни одна машина не появлялась. И, сообразив, кинулся к своему “феррари”. Если других гонщиков не осталось, у него еще есть надежда на выигрыш: если “феррари” доковыляет до ремонтного пункта, еще можно сменить колесо и занять второе место. С трудом ворочая баранку, он медленно повернул обратно к ремонтникам, за шиворот сбегали струи дождя, мимо в третий раз промчался метис. Возле Оползня, где громоздились беспорядочной кучей штук шесть машин, лопнула покрышка, Осборн поехал дальше на голом ободе, и в ту минуту, как он дополз до ремонтников, мимо еще раз промчался “лотос”.
В каких-нибудь полминуты механики заменили колесо, при быстром осмотре никаких серьезных повреждений не обнаружилось, только обшивка помята. Осборн опять выехал на трассу, отставая на целых семь кругов, и тут от неразберихи вокруг Оползня отделился один “бугатти” и тоже включился в гонку. Но его-то можно было не опасаться, и Джон осторожно поехал дальше, теперь он займет второе место в заезде и завоюет право участвовать в главных гонках. Из тех одиннадцати, кто стартовал с ним в последнем заезде, восемь не дошли до финиша и трое убиты.
Он завел “феррари” на стоянку и выключил мотор, а механики и друзья теснились к нему с поздравлениями. Он их почти не слышал, после той встряски на дороге и пережитого непомерного напряжения дрожали пальцы. Все мысли были об одном: доставить “феррари” обратно в Мельбурн и разобрать передок, машина плоховато повинуется, хоть он и ухитрился закончить гонку. Что-то лопнуло либо сломалось — на последних кругах “феррари” упрямо тянуло влево.
За тесным кольцом друзей Осборн увидел опрокинутый ящик, возле которого раньше стоял “ягуар” Дона Харрисона, а на ящике стаканы и две бутылки виски.
— О, господи,— выдохнул он, ни к кому в отдельности не обращаясь,— вот теперь бы я выпил с Доном.
Он вылез из машины и нетвердыми шагами пошел к ящику; одна бутылка была едва начата. Джон Осборн налил себе изрядную порцию, подбавил самую малость воды и тут заметил Сэма Бейли рядом с его метисом “джипси-лотосом”. Наполнил второй стакан и, расталкивая окружающих, отнес победителю.
— Хочу помянуть Дона,— сказал он. — Выпейте и вы.
Молодой гонщик принял стакан, кивнул и выпил.
— Как вы выбрались? — спросил он. — Я видел вас в той каше.
— Заезжал сменить колесо,— с трудом ворочая языком, объяснил физик. — Моя машина слушается руля не лучше пьяной свиньи. Не лучше паршивой помеси “лотоса” с “джипси”.
— Моя машина прекрасно слушается,— небрежно возразил хозяин метиса. — Одна беда — тут же перестает слушаться. Вы едете в город?
— Если “феррари” на это хватит.
— Я бы взял телегу Дона. Ему она больше не понадобится.
Осборн так и уставился на него.
— Вот это мысль…
К старту погибший гонщик доставил свой “ягуар” на старом трейлере, чтоб не повредить его заранее на скверной дороге. Теперь трейлер стоял неподалеку, всеми брошенный.
— Я бы поскорей его увел, покуда не перехватили.
Джон Осборн залпом выпил виски, ринулся к “феррари”, мигом зажег и без того пылких своих помощников новой затеей. Толкая и подпихивая “феррари”, его дружными усилиями вкатили на трейлер и закрепили веревками. Мимо проходил один из распорядителей, Осборн окликнул его:
— Есть тут кто-нибудь из механиков Дона Харрисона?
— Наверно, все на месте аварии. Я знаю, жена его там.
Осборн думал уехать с “феррари” на трейлере, потому что Дону тот больше не понадобится, так же как и “ягуар”. Но если жене и механикам погибшего не на чем больше возвращаться в город, это меняет дело.
И он вместе с Эдди Бруксом, одним из своих механиков, зашагал по дороге к Сенному углу. Возле груды разбитых машин стояли под дождем несколько человек, среди них женщина. Он собирался поговорить с кем-нибудь из механиков, но, увидев, что вдова не плачет, передумал и подошел к ней.
— Я водитель “феррари”,— сказал он. — Очень сожалею, что так случилось.
Женщина наклонила голову.
— Вы подъехали и наткнулись на них, когда уже все было кончено,— сказала она. — Вашей вины тут нет.
— Знаю. Но мне очень, очень жаль.
— Не о чем вам жалеть,— глухо сказала вдова. — Он этого и хотел. Не хворать долго, не мучиться. Может быть, если б не пил до начала виски… не знаю. Он кончил, как хотел. Вы были друзьями?