Страница 28 из 76
Но Иво не привык, чтобы его приказы обсуждались.
— Делай, что говорю, — отрезал он. — Я сейчас должен отъехать. Вернусь через два-три дня.
— Иво…
— Собирайся.
Перед полицейским участком Джибеллины остановились черные macchine. Начальник местной полиции, ставший теперь фунтов на тридцать тяжелее, сидел за своим рабочим столом, когда дверь распахнулась
и в помещение вошло с полдюжины незнакомых мужчин.
Они были хорошо одеты и выглядели преуспевающими синьорами.
— Доброе утро, господа. Чем могу помочь?
— Мы пришли, чтобы помочь тебе, — заявил Иво. — Помнишь меня? Я сын Джузеппе Мартини. Глаза полицейского округлились.
— Вы! — воскликнул он. — Что вы здесь делаете? Это опасно.
— Я приехал, чтобы подлечить тебе зубы.
— Зубы?
— Именно. — Двое помощников Иво схватили начальника полиции за руки. — Тебе нужен хороший дантист. Я тебе помогу. — С этими словами Иво вставил в рот перепуганного полицейского дуло пистолета и нажал на курок. Затем повернулся к своим товарищам и спокойно сказал:
— Пошли.
Через пятнадцать минут три черных автомобиля уже подъезжали к дому дона Вито, у ворот которого стояли два охранника и с любопытством наблюдали за приближающейся процессией. Когда машины остановились, из одной из них вышел Иво.
— Доброе утро, — сказал он. — Дон Вито ждет нас.
— Он ничего не говорил о… — нахмурившись, начал было охранник, но в следующее мгновение и он, и его товарищ рухнули, застреленные людьми Иво, чьи винтовки были заряжены крупнокалиберной дробью, буквально разорвавшей охранников на куски. Находившийся в доме дон Вито услышал выстрелы. Он посмотрел в окно и сразу понял, в чем дело. Бросившись к столу, он вынул из ящика пистолет и закричал:
— Франко! Антонио! Быстро!
С улицы донеслись новые выстрелы.
— Дон Вито… — услышал он голос позади себя и резко обернулся.
В дверях с пистолетом в руке стоял Иво.
— Брось пушку.
— Я… — попытался заговорить дон Вито.
— Брось.
Пистолет дона Вито упал на пол.
— Берите все, что вам нужно, и уходите.
— Мне ничего не нужно, — проговорил Иво. — Я пришел сюда, потому что я твой должник.
— Каков бы ни был ваш долг, я готов забыть о нем, — засуетился дон Вито.
— А я нет. Ты знаешь, кто я?
— Что-то не припомню.
— Иво Мартини.
Старик нахмурился, тщетно стараясь вспомнить, затем пожал плечами.
— Мне это имя ничего не говорит.
— Пятнадцать с лишним лет назад твои люди убили моих отца и мать.
— Ах, какой ужас! — воскликнул дон Вито. — Я их обязательно накажу, я…
Иво с размаху ударил его рукояткой пистолета по лицу. Из носа дона Вито хлынула кровь.
— Зачем драться, — забормотал он. — Я…
— Снимай штаны, — вытаскивая нож, приказал Иво.
— Для чего? Не могу же я… Иво поднял пистолет.
— Снимай штаны.
— Нет! — взмолился старик. — Подумай, что ты делаешь. У меня есть сыновья и братья. Если ты хоть пальцем меня тронешь, они найдут тебя и пристрелят как собаку.
— Если смогут найти, — сказал Иво. — Штаны!
— Н-нет.
Иво выстрелил в коленку дона Вито. Тот завизжал от боли.
— Что ж, я помогу тебе. — Иво нагнулся и стянул со старика штаны и трусы. — Смотреть-то не на что. Как бы не промахнуться.
Он схватил член дона Вито и одним движением ножа отрезал его. Дон Вито потерял сознание.
Отрезанный пенис Иво засунул в рот своей жертвы.
— Жаль, что поблизости нет колодца, в котором можно было бы тебя утопить, — сказал он и выстрелил старику в голову, затем повернулся и вышел из дома. Его друзья уже сидели в машинах.
— Поехали, — приказал Иво.
— У него полно родственников, — проговорил один из них. — Они отомстят тебе.
— Пусть.
Два дня спустя Иво, его жена и их сын Жан Карло уже были на борту парохода, шедшего курсом на Нью-Йорк.
В конце века Нью-Йорк был городом неограниченных возможностей, в котором обосновалось большое количество выходцев из Италии. Многие из друзей Иво эмигрировали сюда еще до него, и теперь они решили заняться тем, что было для них наиболее привычно. Мафия начала опутывать город своими щупальцами. Иво англизировал свою фамилию в «Мартин», его дела шли как нельзя лучше.
Вот только Жан Карло сильно разочаровывал своего отца: он совершенно не интересовался его работой. Когда ему исполнилось двадцать семь лет, он связался с какой-то итальянкой, которая забеременела от него, и в результате Жану Карло пришлось на ней жениться. А через три месяца после их тихой и поспешной свадьбы она родила ему сына Пола. Для престижа своего внука Иво строил далеко идущие планы. Особо престижной в Америке считалась профессия юриста, и Иво решил, что его внучок должен стать адвокатом. Пол был честолюбивым и весьма одаренным молодым человеком, и в двадцать два года он был принят на юридический факультет Гарвардского университета, после чего Иво устроил его в престижную юридическую фирму, а вскоре Пол стал одним из ее компаньонов. По прошествии же пяти лет он открыл свою собственную адвокатскую контору. К этому времени Иво сделал большие вложения во вполне законный бизнес, однако своих связей с мафией не терял, и впоследствии эти связи весьма пригодились его внуку. В 1967 году, в том самом году, когда умер Иво, Пол женился на итальянской девушке по имени Нина, а год спустя она родила ему двойняшек.
В семидесятые годы Пол активно работал. Его основными клиентами были профсоюзы, что давало ему значительную власть. К его мнению прислушивались крупные бизнесмены и руководители предприятий.
Как— то раз Пол завтракал с одним из своих клиентов по имени Билл Рохан, весьма солидным банкиром, который понятия не имел о прошлом семейства Пола Мартина.
— А почему бы вам не вступить в наш гольф-клуб? — спросил Билл Рохан. — Вы ведь играете в гольф, не так ли?
— От случая к случаю, — признался Пол. — Когда есть время.
— Вот и отлично. Я член правления клуба и, если хотите, могу вас рекомендовать.
— Это было бы здорово, — с радостью согласился Мартин.
Через неделю правление гольф-клуба обсуждало кандидатуры новых членов. Среди прочих было названо и имя Пола Мартина.
— Я могу рекомендовать его, — заявил Билл Рохан. — Он достойный человек.
— Кажется, он итальянец, — подал голос другой член правления, Джон Хаммонд. — Слушай, Билл, на кой черт нам эти даго?
— А ты возражаешь?
— Ей-богу, ты попал в самую точку — я возражаю.
— О'кей, кандидатура Пола Мартина отклоняется. Следующий…
Заседание продолжалось.
Спустя две недели Пол Мартин снова завтракал с банкиром Роханом.
— А я занимаюсь гольфом, — пошутил Пол. Билл Рохан казался несколько смущенным.
— Видите ли, Пол…, вышла небольшая неувязочка.
— Неувязочка?
— Получилось так, что я предложил вашу кандидатуру, а один из членов правления завернул ее.
— Ну! А почему?
— Только не принимайте это лично на свой счет. Он просто фанатик — терпеть не может итальянцев. Пол улыбнулся:
— Да мне наплевать на это, Билл. Многие не любят итальянцев. Вот и мистер…
— Хаммонд. Джон Хаммонд.
— Который занимается перевозками мяса?
— Совершенно верно. Я уверен, он изменит свою точку зрения. Я обязательно еще раз поговорю с ним.
— Не стоит, — покачал головой Пол. — Честно говоря, я не такой уж заядлый игрок в гольф.
Через шесть месяцев, в середине июля, четыре рефрижератора компании по разделке и доставке мяса, принадлежащей Хаммонду, доверху груженные свиным филе, стейками и окороками и направлявшиеся из Миннесоты в супермаркеты Буффало и Нью-Джерси, съехали на обочину дороги. Водители вылезли из кабин, раскрыли задние двери своих фургонов-морозильников и ушли.
Когда об этом узнал Джон Хаммонд, он пришел в бешенство.
— Что, черт побери, происходит? — набросился он на своего менеджера. — Испорчено мяса на полтора миллиона долларов. Как такое могло случиться?