Холоднее льда

На вопрос Нелл Шуми, похоже, отвечать не собирался. Она поняла, что он обращается не к Мобилиусу, и не к кому-то еще. Доктор просто молол языком.

Тогда Нелл подошла к Габриэлю Шуми, встала прямо перед ним и вплотную к нему нагнулась.

— Как там Джон Перри и Вильса Шир? Те люди в погружаемом аппарате — они живы?

Доктор гневно взглянул на нее в ответ.

— Живы ли они? Черт возьми, разве по нынешним временам можно убить визитера в Европейский океан, если просто заморозишь его в твердый кусок льда или отрежешь ему подачу воздуха? Я уже начинаю сомневаться, что этого можно достичь, если возьмешь скальпель и постругаешь его на мелкие кусочки. Но если вы хотите меня спросить, как люди могут выжить, когда все медицинские учебники хором кричат о том, что они должны были умереть сутки тому назад... — Он скорбно уставился на «Данаю».

Пожалуй, Шуми выбрал наихудшее время, чтобы взять паузу.

— Так вы говорите, они живы, да? — Нелл схватила медика за плечи и отчаянно затрясла, пока он снова смотрел сквозь нее. — Доктор Шуми! Вы должны мне ответить!

Шуми рассеянно закивал.

— Знаете, когда я открыл люк, они вообще-то были мертвы. Оба. Ни пульса, ни сердцебиения. Ни малейших признаков жизни. Воздух внутри был чистой отравой. Слишком мало кислорода, слишком много углекислого газа — дышать абсолютно невозможно. Я объявил их мертвыми. Черт побери, они же и впрямь были мертвы. Мы стали их поднимать, чтобы вытащить наружу. И в ту самую секунду, как мы их подняли, их обоих затрясло, а потом они задышали. Сначала мужчина, затем женщина. И теперь...

Дальше Нелл слушать не стала. И ждать тоже. Она обежала вокруг погружаемого аппарата, оказываясь по другую сторону от Тристана, сумела поставить ногу на держатель одного из плывунов и подтянулась к переднему окну. Один из мужчин, что держали Тристана, пустился за ней. Нелл взобралась еще выше, на самую крышу, где ему было сложно до нее добраться, и свесилась головой вниз, чтобы вглядеться в кабину и позволить своей ручной миникамере заснять интерьер.

Джон и Вильса по-прежнему находились на своих сиденьях. Их лица были любопытного лилово-красного оттенка, а глаза полузакрыты. Свисая вниз головой, Нелл не смогла разобрать выражений их лиц, зато она определенно увидела, что они дышат. Кроме того, понукаемые медицинской бригадой, они усердно двигали руками и ногами.

— Убирайтесь оттуда. Немедленно. — Мужчина, погнавшийся на Нелл, добрался до крыши и схватил ее за руку. Она покорно позволила ему спустить ее вниз и отвести к группе, что сидела на верстаке. Эта группа теперь включала в себя и Тристана Моргана.

Присев к Тристану под бок, Нелл схватила его за руку.

— Я их видела. Они живы и даже руками-ногами шевелят. Все у них будет хорошо. Это самое главное.

Она говорила очень тихо, однако Габриэль Шуми невесть как ухитрился ее расслышать.

— Это для вас главное, — скорбно произнес он. — А меня обяжут представить рапорты, детально описывающие случившееся. Обяжут дать всему этому объяснения. Тогда как никаких объяснений здесь дать невозможно.

— Ах, да. Объяснения. Самое своевременное слово, — Свами Савачарья сидел неподвижно, глазея прямо перед собой. Казалось, он находился еще дальше от реальности, чем Габриэль Шуми. Однако теперь он встряхнулся. — В настоящий момент, когда Джон Перри и Вильса Шир спасены и восстанавливаются, пора подумать об объяснениях. Они определенно запоздали. Но здесь для них не место.

Сова повернулся к Хильде Брандт:

— Если бы вы были так любезны, что нашли бы мне какой-то более теплый отсек внутри этой машины, а также менее экстремальную и откровенную форму телесного чехла, я бы весьма высоко оценил и то, и другое. Ибо хотя теперь я готов признать, что составил о вас неверное мнение... — тут он охватил взглядом и Хильду Брандт, и Сайруса Мобилиуса, — я считаю, что нам следует очень многое друг другу сказать. Сейчас самое время... переговорить.