Страница 8 из 11
И жгучий свет пронзил меня,
Как леденящее дыханье,
Сжигая прежние желания,
Опустошая все внутри...
Еще миг, и в центре зала _возникает_, неведомо откуда появляется Жан Жаке. Он оглядывает нас.
Глядит в _тебя_ суровый гений.
И, полон трепетным волнением,
Ты в незаметном губ движенья
Судьбы читаешь приговор...
Взгляд чародея остановился на согбенном Ожеле.
- Сириус-9, шесть таблеток ежедневно, принимать три месяца. Изумруд 29 каратов, сапфиры - 6 и 13 каратов. Бриллиант - 20 каратов, - шепчет Жаке.
Бледный как смерть старик плачет от счастья. Электронное устройство записало диагноз, и металлическая рука робота вручает завтрашнему миллионеру так называемый "Сертификат Жаке" - карточку глянцевитого картона в изящной черно-красной рамочке, с перечислением драгоценных камней, заключенных во владельце сертификата.
Банки охотно учитывают "Сертификаты Жаке", выдавая от шестидесяти пяти до семидесяти процентов их номинальной стоимости, спекулянты на черном рынке скупают их за семьдесят пять процентов номинала.
Взгляд Жаке между тем скользит по шеренге ожидающих, губы что-то шепчут.
Тому бесшумному шептанью,
Бесшумному, как шелест крыл,
Нельзя внимать без содроганья.
- Ничего! - шепчет Жаке.
Полный сил юноша падает, будто пронзенный пулей. Санитары выносят его.
"Ничего...", "Ничего...", "Полудрагоценные камни: 12 малахитов, сапфир в 10 каратов...", "Ничего...", "Ничего..."
Старик нищий скользит по стене, глаза его остекленели. Приложив стетоскоп к сердцу пострадавшего, врач произносит одно только слово: "Мертв".
За стариком - прелестная пара, вместе с которой в зал как бы проник чарующий свет весеннего утра. Ей - восемнадцать лет, ему - девятнадцать. Она дочь профессора Р., он сын владетельного лорда М. История молодых людей полна драматизма. Родители лорда решили любой ценой преградить путь любви. Юная чета бежала в Пирроу. Месяц безумств. Последние сорок крамарро юноша, прежде не ведавший пороков, проиграл в казино; судьба отвернулась от влюбленных. Вчера прелестную пару выгнали из отеля на улицу. Тут, у Жаке, последний шанс, последняя надежда.
- Ничего, - сообщает почти беззвучный шепот Жаке. - Ничего, - повторяет он, мельком взглянув на девушку.
Следующий в очереди - ветхий старик в мундире отставного офицера, с костылем в дрожащих руках.
- 17 бриллиантов от 40 до 90 каратов, - говорит Жаке. - Поздравляю, отныне вы миллионер.
Дочь профессора Р. метнулась на середину зала и упала на колени перед великим чародеем.
- Вы должны спасти нас! - протягивая к Жаке руки, рыдает красавица.
Ни один мускул не дрогнул на лице Жаке.
- Если бы природа создала меня фокусником, вроде того, который превращал воду в вино, я бы извлек из своей шляпы счастье и смиренно преподнес его вам, - не разжимая губ, проговорил он. - Но мое ремесло противоположно искусству этого фокусника.
Когда молодые люди вышли на улицу, - продолжает поэт и репортер, - я, повинуясь священному призыву муз, последовал за ними. Влюбленные остановились у мраморной балюстрады. Глядя на зеркальную гладь моря, девушка сказала:
- Мы опутаны долгами. Я устала голодать. Только один выход остался у меня. Но нет, я не в силах расстаться с жизнью. Честь - вот что швырну я под безжалостные жернова судьбы.
Вымолвив это, девушка убежала. Что будет с нею? Что станется с сыном владетельного лорда М.?
Обо всем этом мы сообщим любознательному читателю в очередном эссе, которое будет опубликовано в воскресном номере "Курьера Пирроу".
Несерьезный поэтический тон и изобилие пышных слов, в которых тонут крупицы серьезных наблюдений, единственно важных для исследователя, вынуждают нас в дальнейшем пользоваться главным образом личными воспоминаниями.
...Все претерпевало изменения. Грубел певучий и древний язык Пирроу; так, вместо научно обоснованного термина "перспективный камненоситель" улица ввела вульгарное словечко "жемчужник", обнимающее всех - Ожелов, Опригопов и даже дикарей, растящих в себе какие-либо драгоценные камни.
В газетах стали появляться объявления непривычного характера:
"Молодая отзывчивая блондинка с нежным сердцем, с младенческих лет мечтающая посвятить жизнь любимому существу, желает связать свою судьбу с жемчужником семидесяти-восьмидесяти лет. Классические черты лица, идеальная линия ног, объем бюста 90 сантиметров. С предложениями обращаться..."
"Креолка, в жилах которой струится огненная кровь ее предков, испанских конквистадоров и прекрасных жриц бога Солнца, мечтает украсить оставшийся отрезок жизни солидного жемчужника, Ожела или Опригопа. Возраст кандидата не имеет значения".
"Юная шатенка, по свидетельству всех способная только на прочные и высокие чувства, имеет отличное образование, знает языки, играет на арфе и саксофоне, в совершенстве владеет французской и пирроуской кухней, танцует, поет, наскучив ветреной юностью, ищет благородного жемчужника..."
Разводы сделались явлением эпидемическим. Новобрачные, прибывшие на остров для декаменизации, расставались.
Так красота венчалась с Златом,
Алмаз рвал цепи Гименея,
И поднимался брат на брата,
писал уже цитированный поэт и журналист Лоно Капрено.
Даже жены гвардейцев Плистерона, опоры Наследственного Президентства, бежали к обладателям "Сертификатов Жаке". В седьмом батальоне Слоногвардейского полка бежало 47 процентов жен, в тринадцатом пехотном батальоне - 60 процентов. В Главном гвардейском оркестре больше всего пострадала группа ударных инструментов и низкооплачиваемая группа барабанов.
Престарелый депутат, по странному стечению обстоятельств все еще заседавший в Национальном Собрании, выступил с речью об огрубении нравов.
- Пирроу подобен современному Содому, - говорил депутат. - Чувства обмениваются на драгоценные камни - твердые, жесткие, все режущие, как алмаз. Вы мечтали о декаменизации? Вместо этого камни, пусть драгоценные или полудрагоценные, заполнили мир. Не слезы, а расплавленные камни льются из глаз, не рифмы, а каменные строфы чеканят поэты, не нежными признаниями, а раскаленными докрасна и охлажденными до ледяной белизны каменными ядрами одаривают друг друга вчерашние любовники. Мир изнемогает от отсутствия бескорыстной любви и нежности.
В столице Пирроу назревали волнения. Слова поэта "поднимался брат на брата" не следует трактовать как обычную метафору. Дабы улучшить моральное состояние частей - они одни могли восстановить и поддержать порядок, Плистерон решил увеличить жалованье гвардейцев в десять раз и тем задержать продолжающееся бегство жен.
Для осуществления мудрой меры понадобились огромные средства. Именно тогда произошло первое столкновение между Наследственным Президентом и Жаке. Плистерон в ультимативной форме потребовал, чтобы в казну поступала половина стоимости всех драгоценных камней, выделяемых под воздействием препаратов Сириус и MB.
Жаке ответил категорическим отказом. Посланный им в резиденцию Плистерона в качестве полномочного посла Юлиус Гроше трепещущим от страха голосом зачитал Президенту следующее письмо:
- "Господин Жан Жаке, негоциант, свидетельствуя свое совершенное уважение господину Плистерону, Наследственному Президенту, одновременно считает своим долгом сообщить, что добывание драгоценных камней, или операция "Сириус", осуществляется им _исключительно из высших соображений_, в подробности которых он считает неуместным входить, и строго по указанию его, Жана Жаке, _шефа_.
Он, Жан Жаке, не извлекает из операции "Сириус" никаких доходов, кроме средств, необходимых как для поддержания приличествующего ему, Жану Жаке, образа жизни, так и для дальнейшего расширения операции "Сириус" согласно детальным указаниям _шефа_.
Один процент стоимости драгоценных камней, каковой Жан Жаке, негоциант, в установленные сроки вручает Министру Финансов Наследственного Президентства, является справедливой долей в прибылях. Уплата даже еще одной тысячной процента противоречила бы как нормам справедливости, так и высшим намерениям _шефа_.