Страница 1 из 7
Без автора
Дочь падишаха пери
Рассказывают, что в стране Чин был падишах, украшенный справедливостью, по имени Ахмад. Был у него сын, прекрасный и пригожий, такой красивый, что никто не мог взглянуть на него более одного раза. Звали его Мохаммад, а исполнилось ему всего двенадцать лет.
И вот однажды падишах отправился на охоту, и шахзаде, видя, что теперь ему никто не станет перечить, сел на отцовского коня, а его гулямы сели на коней придворных, и все они поскакали. Едва они выехали из города, как встретились с падишахом. Увидев сына, тот воскликнул:
– О свет моих очей! Куда путь держишь? Что делать собрался?
– О великий государь! – отвечал шахзаде. – Мне взгрустнулось, и если ты дозволишь, то я погуляю немного в этой степи и скоро вернусь домой.
– Отрада очей моих, – сказал отец, – ведь звездочеты велели тебе не покидать столицы, пока тебе не исполнится восемнадцать лет, ибо в пути тебя подстерегает опасность. Поэтому надо тебе потерпеть еще шесть лет. Пройдут эти шесть лет, тогда можешь отправляться куда тебе угодно. Тогда я сам укроюсь где-нибудь в уголке, вручив тебе власть и царство. Эти же шесть лет считай себя как бы в темнице – ведь многим царственным отпрыскам приходится сносить оковы и цепи! Я буду исполнять все, что тебе нужно для веселья, ради меня посиди дома еще шесть лет, а потом уж будешь свободен.
Шахзаде Мохаммад поклонился отцу, а потом стал уговаривать:
– О великий государь, тебе надлежит повелевать. Но я уже сижу на коне – не преграждай мне путь, подари мне один этот день. Вот вернусь с охоты, и целых шесть лет никуда не буду выезжать.
Падишах не устоял перед настойчивыми просьбами сына, сжалился, снарядил с ним отряд проверенных и храбрых воинов, умелых во всяком деле, наказал каждому воину беречь шахзаде, а сам возвратился в столицу.
Шахзаде поскакал дальше и тут заметил на склоне горы место, удобное для охоты. Вместе со своими друзьями он стал охотиться там, и вдруг перед его конем вихрем пролетела красивая газель. Шахзаде погнался за ней и скакал до самого захода солнца. Он опередил свою свиту на десять или пятнадцать фарсангов и оказался, наконец, у ключа, над которым росло высокое дуплистое дерево. Когда он подъехал к ключу, то потерял из виду газель и настала ночь.
Шахзаде втащил своего коня на дерево, а сам, боясь дивов и диких зверей, забрался в дупло, думая: «Если я буду возвращаться ночью по незнакомым местам, то, пожалуй, собьюсь с дороги. А завтра отряд найдет меня, и мы все вместе вернемся в столицу», – и заснул.
Ночь шахзаде провел в дупле. Когда взошло солнце, юноша собрался было выйти из дупла, как вдруг увидел, что издали скачет, рыча, лютый лев. Шахзаде испугался льва и поспешно спрятался в дупло. Лев подбежал к ключу, покружил вокруг родника, положил голову на передние лапы у края родника и заснул.
Прошло немного времени, и в степи показался волк. Лев, увидев волка, поднялся и спросил:
– Что ты сделал с газелью?
– Она вчера рассталась со мной, не знаю, куда запропастилась, – отвечал волк.
Шахзаде был поражен разговором зверей. «Если я расскажу об этом, то мне не поверят», – подумал он. Но вдруг вдали показалась газель, за которой он гнался накануне. Лев и волк, увидев ее, вскочили и воскликнули:
– О сестрица наша, – мы всю ночь тосковали по тебе!
Где ты была?
– Вчера, когда я рассталась с вами, за мной погнался человек. С большим трудом я спаслась от него.
Их беседа еще не окончилась, как высоко в небе показался сокол. Волк и лев, увидев сокола, встали и поклонились низко. А сокол сказал им:
– Хорошо бы искупаться в этом ручейке и смыть дорожную пыль. А потом, когда искупаемся, двинемся в путь.
Тут сокол встряхнулся, и перед шахзаде предстала прекрасная девушка. Он взглянул на нее и мигом потерял власть над собой. Красавица же сбросила свои одежды, вошла в воду, вымылась, а потом стала плавать и резвиться в водоеме. Шахзаде смотрел на нее, не отрываясь, но вдруг увидел, что лев тоже превратился в луноликую деву, которая протянула красавице полотенце. Та вытерлась, оделась, села на краю ключа и приказала остальным сбросить шкуры животных. Они закрылись набедренными повязками и вошли в воду. А красавица, которая ранее была соколом, велела им брызгать и поливать друг друга водой. Девушки смеялись и резвились в водоеме, потом вышли из воды, оделись. Сокол взвился в воздух и сказал:
– Завтра опять встретимся здесь.
Лев, волк и газель ушли вместе, а шахзаде остался там со слезами на глазах и испепеленным сердцем. Но, услышав, что они и завтра придут сюда, он пустил коня пастись, подстрелил из лука кое-какую дичь, зажарил ее и поел. Ночью он привязал коня подальше и так пробыл в тех местах три дня.
На третий день, когда девы вышли из воды, сокол взлетел в небо и промолвил:
– До следующего года!
Лев, волк и газель также ушли с лужайки. Шахзаде вышел из дупла, сел на коня и пустился в путь по горам и долам, пустыням и равнинам, рекам и ручьям. Им овладело безумие, он бил себя в грудь и восклицал:
– Как жаль быстролетного сокола! Увы, нет лютого льва! Куда пропала грациозная газель? Не вижу кровожадного волка!
Он ехал, беспрестанно повторяя эти слова, не зная, куда путь держит. Наконец, спустя сорок дней, он прибыл к подножию холма, посмотрел вдаль и увидел широкую степь, посреди которой возвышался замок. Он подъехал к замку, а это была крепость, стены которой вздымались к небесам, а башни и валы были неприступны. Сколько ни кружил он вокруг замка, так и не нашел ворот, удивился этому и подумал: «Может быть, в этом замке обитают птицы, которым не нужны ворота?»
Тут он увидел перед замком родник и деревья вокруг него. А это было перед вечером. Он сел под деревом, держа в руке повод коня и положив голову на колени, да так и просидел всю ночь.
Утром, когда взошло солнце, шахзаде увидел, что к нему идет какая-то чернокожая женщина, а на плечах у нее – олень. Шахзаде подошел к ней и приветствовал. Она ответила на его приветствие, а потом сказала:
– Кто ты, о человек! Как попал сюда? Ведь сюда не ступала еще нога ни одного человека.
Шахзаде ответил ей с тяжким вздохом:
– Жаль быстролетного сокола! Увы, нет лютого льва! Где кровожадный волк? Где стремительная газель?
Услышав его жалобы, негритянка сказала:
– Быть может, ты попал в их тенета?
Потом она произнесла молитву, и в замке появились ворота. Она взяла шахзаде за руку и повела с собой в замок. Там она зажарила оленя, угостила шахзаде, а потом стала наставлять его.
– О юноша! – говорила она. – Будь моим сыном, и я расскажу об этих зверях. Да будет тебе известно, душа моя, что сокол – дочь падишаха пери, а зовут ее Санаме Голезар [1]. Она не любит людей, а владения ее отца – это сады Ирема. Лев, волк и газель – ее невольницы. Каждый год она на три дня отправляется к тому роднику, каждый день купается там, а потом не возвращается туда целый год.
– О мать! – взмолился шахзаде. – Где находятся сады Ирема?
– Я не знаю этого, радость моя, – сказала чернокожая. – Даже дивы и пери не знают туда дороги. К чему спрашивать? Ты не спасешься от тех гибельных мест. Твоя мечта не пустяк, не так-то легко ее осуществить.
Шахзаде стал рыдать, и старая негритянка сжалилась над ним и сказала:
– Если ты и в самом деле всерьез, то бог поможет тебе, сынок. У меня есть башмаки пророка Солеймана – да приветствует его Аллах, – я дам их тебе. С ними ты можешь пройти сорокадневный путь в один день. Если ступишь на воду – не утонешь, если бросишься в пламя – не сгоришь. У меня есть две старшие сестры, одной исполнилось семьсот лет, другой – шестьсот. Может быть, они знают, где находятся сады Ирема. Хорошо бы у тебя был еще и посох пророка Солеймана – да приветствует его Аллах – ведь тогда к тебе не посмеет приблизиться ни див, ни джинн, ни гуль, ни пери.
1
«Санаме Голезар» по-персидски «розовощекий кумир».