Страница 38 из 64
- Лёка, ты умница. Правильно придумала с губкой. Такой букет можно поставить в низенькую плошку. Только еще добавим... - Калинка осторожно раздвинула цветы и вложила в букет три длинных стебля листьев ириса.
- Теперь еще один...
В простой гладкий стакан Калинка поставила один лютик с тремя мелкими цветками и несколькими бутонами-шариками, два стебля травы кукушкиных слезок, один стебель суховатой овсяницы и одну белую звездочку мелкой лечебной ромашки.
- Удивительно! - сказала Марина. - Букет из ничего! Если в "Звездочке" будет конкурс букетов, обязательно такой повторю!
8
АВГУСТ
-----
ПЕРВЫЙ ЭКЗАМЕН
Ах, как выросли!
Торопиться надо медленно. Что труднее всего?
Мы не сможем быть неряхами.
Настоящий летний обед. Король супов и похлебок.
Марина, Лёка и Алеша вернулись из пионерского лагеря такие загорелые, крепкие, веселые, что мама и бабушка всё ходили вокруг них и ахали:
- Как выросли!
- Как поздоровели!
Вернулись они двадцатого августа. До школы еще десять дней. В начале каникул десять дней не очень много значат. Подумаешь, десять дней, когда впереди три месяца, или девяносто два дня. Но когда остается всего десять дней!..
Конечно, к школе надо подготовиться: форму отпустить и почистить, сшить новый фартук, купить тетради, по-новому поставить письменные столы в комнате. Это всё дела необходимые, обязательные, но есть еще дела приятные и дела веселые.
Можно и на канал пойти, позагорать на последнем августовском солнце вот она, водичка, за деревьями внизу. Можно успеть прочитать хотя бы одну книжку. Можно в большой теннис поиграть - корты всего через три дома.
Вышагивая по тротуару вдоль слегка пожелтевших лип, Лёка вспоминала, как в прошлом году они, ребята, составили делегацию - даже Слава, студент Автодорожного института, к ним присоединился - и отправились к директору ДЭЗа. Сначала Петр Павлович не очень был расположен их слушать, но они настояли на своем, и он их выслушал. Подумал, прикинул что-то и сказал: "Хорошо, будут корты, если отработаете столько воскресников, сколько потребуется". Ну и что, воскресники! Отработали. И пожалуйста, настоящие теннисные корты. Когда сам принимаешь участие в строительстве - в тысячу раз интереснее.
В пионерском лагере Лёка с Алешей тоже в теннис играли, даже в турнире участвовали: Лёка выиграла коробку теннисных мячей, а Алеша игрушечную ракетку. Неважно, что игрушечная, зато трех Володь и самого Стасика Пирожкова переиграл.
Марина и Лёка в пионерском лагере были в разных отрядах: все-таки Марина уже в седьмой класс идет, а Лёка только в шестой. Но их отряды и в походы вместе ходили, и концерты вместе устраивали, и соревнования. Алеша, конечно, был в Лёкином отряде. Все вместе - девочки и Алеша - дружат уже четыре года, с тех пор, как переехали в новый район, с тех пор, как белый дом с балконами, похожий на морской пароход, стал их родным домом.
Так они дружны, что даже в лагере их называли "Трое Ромашовых", хотя Алешина фамилия вовсе не Ромашов, а Николаев. Алеша очень хороший друг, преданный, бесстрашный и справедливый человек. Какая девочка не мечтает о таком брате? И Лёка с Мариной приветливые, не зазнайки, не болтушки, спортом занимаются, много читают, с ними интересно. Кто откажется от таких сестер? Алеша гордился, что его называют их братом, а девочкам нравилось называться его сестрами.
И дома они привыкли во всем помогать друг другу. Когда вернулись из лагеря, Алеша собрал все башмаки и отправился в обувную мастерскую, а Марина с Лёкой перестирали вещи - долго ли в стиральной машине прокрутить? - а теперь по очереди гладят. Обычно, правда, Лёка стирает, а Марина гладит, но сегодня уж слишком большая собралась стирка-глажка.
Стопка глаженого белья все растет и растет.
- Знаешь, Марина, - сказала Лёка, сбрызнув кофточку водой и попробовав, не слишком ли горячий утюг, - меня девочки из других отрядов столько раз спрашивали, кто шил кофточку. Сама, отвечаю. Не верят. А кто купальник связал? Сама, говорю.
- А когда на кухню назначают дежурить, - вспомнила Марина, - начинают охать. Особенно Света с Аллой. "Не хотим. Скучно!" А мне интересно. Так иногда хотелось, чтобы к нам в лагерь Калинка прилетела. Вот все бы удивились!
- Еще как! - Лёка догладила кофточку и принялась за майку. - Мне бы кто-нибудь рассказал, я бы ни за что не поверила, что в жизни бывает, как в сказке. Очень хочу, чтобы Калинка прилетела.
И ровно через семь минут... прилетела Калинка и, поглядывая с большим удовольствием на их круглые щеки, спросила:
- "Во-первых", "во-вторых", выполнили?
- Конечно! Бегали, спектакль ставили, в теннис играли, Алеша нарисовал сто картинок!
- Рыбу удили! Вот такую! Книжек вот столько прочитали! В поход ходили. Карнавал был. Лёка еще учила девчонок готовить похлебки.
- И кулинарничать не разучились?
- Нет. Повар Василь Василич говорил, что даже кое-чему у нас научился.
- Неужели! Так и говорил?
- Не смейся, Калинка! Мы с Алешей помогали ему готовить торт ко дню рождения трех Наташ из нашего отряда. Торт украсили черносливом с орехами. Василь Василич и не знал, как этот чернослив готовится. Вот!
- Не спорю. Молодцы! Тогда, пожалуй, устроим досрочный экзамен. Выдержите - переведу вас на первую ступень Академии. Сегодня - экзамен кулинарный!
Подвязывая фартук, Лёка подумала: "Хорошо, что, приехав из лагеря, все вещи сейчас же разобрали, все перестирали и перегладили. Хитрая Калинка не только кулинарный экзамен устроила!"
Калинка строго оглядела экзаменующихся. Фартуки глаженые-переглаженые, волосы со лба убраны, повязаны косынками, Алеша гордо поправляет свой поварской колпак; руки у всех вымыты на славу, почти как у хирургов; кухонные полотенца сияют белизной, а полотняные и ситцевые кухонные рукавицы, прекрасные заменители тряпок, весело выглядывают из карманов фартуков.
- Скажите мне, пожалуйста, хорошие люди! Вам нравится такая собранность и чистота или вы просто немного боитесь, что я буду сердиться?
Ребята переглянулись, а Марина ответила:
- Нам, Калинка, очень неприятно, когда мы тебя чем-то рассердим. Но не это главное. Мы просто не сможем теперь быть неряхами, не получится. Очень противно, когда рюкзак, привезенный из лагеря, разбираешь спустя неделю. Ужас, что в нем творится, сырые от летней росы носки всю неделю пролежали вместе с любимым платьем, и платье полиняло. Кеды после прощального волейбола все в песке, заскорузлые, как коряги...