Страница 3 из 50
До открытия магазина «Пестрый aнaнac» было еще достаточно времени, и Донателло, не спеша шагая по улице, из-за своих темных очков, которые ему были нужны, в общем-то, как рыбке зонтик, то и дело сталкивался с прохожими.
– Эй ты, четырехглазый карлик, смотри, куда идешь! – визгливо закричала невероятно толстая женщина, на которую он налетел.
При столкновении у женщины выпал из рук хозяйственный целлофановый пакет, и груда замороженных фруктов и лоток яиц упали на землю, выпачкав ее новенькие разноцветные шорты-бермуды.
Она продолжала орать на смутившегося Донателло:
– Ты, очкарик, мои любимые бермуды за тридцать долларов заляпал! На них нет сухого места! Все во фруктово-яичной смеси!
– Зато их цвет уже не так бросается в глаза, – попробовал отшутиться Донателло, ускоряя шаг и стараясь побыстрее отделаться от толстой женщины, пока она провожала испепеляющим взглядом его удаляющуюся покатую спину.
Женщине, конечно, не пришло в голову, что за этим черным плащом скрывается не спина, а твердый черепаший панцирь.
«Главное в этой ситуации – сохранить спокойствие, – думал Донателло. – И, прежде всего, помнить, что ты не должен показывать своего настоящего лица окружающим».
Погрузившись в свои мысли, Донателло снова налетел на какого-то прохожего.
– Ой, простите, виноват! – залепетал он. – Я немного задумался…
Перед черепашкой стоял невысокий мужчина в точно таких же черных очках. «Этот мужчина, наверное, слепой, – мелькнуло в голове у Донателло. – Иначе, зачем при таком слабом солнце надевать солнцезащитные очки?» Черепашка не ошибся в своей догадке. Стоящий перед ним человек с собакой-поводырем действительно был слепым.
Пес с подозрением уставился на Донателло, но никак не мог понять его запаха. Его чуткий нос вдыхал какие-то странные флюиды. По одежде и по размерам это был явно человек, но запах от этого «человека», как от черепахи…
Слепой оттянул озадаченного пса и слегка улыбнулся. Неловкость налетевшего на него человека совершенно не рассердила его. Тот, кто всегда в темноте, привыкает ко всякого рода неудобствам.
– Вы не ушиблись? – снова повторил Донателло. – С вами все в порядке?
– Все нормально, приятель, – ответил слепой. – Только ходи, пожалуйста, не так быстро! В спешке ты можешь не заметить самого интересного.
– Да, сэр, конечно, мне, наверное, нужны новые очки.
Донателло с извинениями отступил назад, резко повернулся и со всего размаху стукнулся о счетчик на автомобильной стоянке, из которого моментально посыпались десятицентовые монеты.
«И надо же такому случиться! – со злостью подумал Донателло. – Не успеешь выйти на улицу, как с тобой происходят всякие несчастья… А до открытия магазина еще целых полчаса! Как раз этого времени хватит, чтобы, не привлекая внимания прохожих, забросить в счетчик автостоянки все рассыпавшиеся по асфальту монеты…»
Занявшись этим вполне благопристойным для всякого добропорядочного гражданина делом, Донателло совершенно не обратил внимания на то, что вокруг него начали происходить странные события…
Солнце закрылось плотными облаками. Серенькая погода теперь полностью соответствовала мрачноватому утру нового дня и происшедшими с Донателло мелкими неприятностями.
Слепой мужчина, поговорив с черепашкой, продолжил свою прогулку по улице. Его собака-поводырь все еще думала о странном запахе парня в черном плаще и широкополой шляпе, столкнувшегося с его хозяином. Пес совершенно позабыл о своих прямых обязанностях – быть поводырем для человека. Он вел своего хозяина прямехонько на проезжую часть, да еще к тому же на красный сигнал светофора.
Беспечный хозяин пса, доверившись своему четвероногому другу, бормотал себе под нос:
– Молодец, мой малыш! Действуй так, что бы ни случилось!
Сказанная слепым фраза утешила скорее его самого, чем собаку-поводыря, которая продолжала дремать на ходу.
Слепого мужчину и его пса спасло только то, что в этот день проезжая часть улицы была перекрыта для разметки дороги. Сейчас там не должно было быть ни одной машины, за исключением, конечно, той, что наносила свежую разметку на мостовую. Но эта разметочная машина размером с два поставленных рядом детских велосипеда, вмещавшая в себе двадцатигаллоновую бочку для краски, двигатель и разбрызгиватель с рычажком для управления, не представляла опасности для слепого мужчины и его собаки.
И надо же было такому случиться, что в тот момент, когда слепой с собакой вышел на проезжую часть, рабочий-разметчик сбавил скорость своей машины, слегка прихватил кран подачи краски на мостовую и решил проверить результат своей работы: ровно ли идет линия и не слишком ли толстый слой краски наносит он на асфальт.
Сделай он хоть одну ошибку в разметке этой улицы, находящейся в самом центре деловой части города, и ему придется отправиться работать на какое-нибудь захолустное шоссе в штате Оклахома, где проезжающие мимо на большегрузных автомобилях бесцеремонные водители, уставшие от монотонности дороги, в порядке развлечения будут швырять в него на ходу крашеными жестяными банками из-под кока-колы.
Рабочий-разметчик так увлекся своей работой, так глубоко погрузился в свои невеселые мысли, что совершенно не заметил собаки-поводыря, которая была уже буквально в двух шагах от продолжавшей работать, несмотря на замедленный ход, разметочной машины.
– Хорошая собачка, славная, – продолжал мурлыкать себе под нос слепой, привычно идя по улице и целиком доверяя своей собаке.
Он совершенно не подозревал о том, что на этот раз пес его подвел: через несколько секунд мужчина должен был ввалиться в бочку с краской, находящейся на разметочной машине.
Без всякого сомнения, все бы так и произошло, но в этот момент в дело вступили другие, не зависящие ни от слепого, ни от дорожного маляра обстоятельства.
На противоположной стороне улицы, где Донателло собирал и заново засыпал в счетчик автостоянки рассыпавшиеся монетки, к находящемуся поблизости банку подходила мисс Бригелла Спайк. Она была такая пышнотелая, что преградила дорогу идущему ей навстречу ученому Мережу. Тот, уткнувшись взглядом в складки ее балахоноподобного платья, похожего на наряд куклы Барби, не заметил, как налетел на небольшой лоток продавца механических пингвинов.
Франческо Клуцци, продавец этих пингвинов, был вовсе не продавцом, а мелким воришкой. Этой ночью он залез в склад детского магазина и сумел незаметно вынести оттуда целый ящик веселых механических птичек с пластмассовыми перьями. И вот с утра пораньше Франческо стремился продать как можно больше игрушек по очень низкой цене, пока владелец детского магазина не заметил пропажи и не поднял на ноги полицию.
Выставленные торговцем пингвины были очень симпатичные. Если их завести и слегка тронуть за голову, они начинали с весьма галантным видом ходить по лотку, смешно раскачиваясь из стороны в сторону, прямо как настоящие пингвины. Эти смешные пингвины настолько умиляли проходящих мимо горожан, что редкие из них не покупали маленького очаровательного пингвиненка да еще по весьма доступной цене.
– Берите хорошеньких пингвинов! – таинственно говорил Франческо, будто людям действительно нужно было купить этих пингвинов. – Они принесут вам счастье! Берите птичек, пока они есть!
Продавец завел еще несколько игрушек и пустил их по кругу.
– Налетайте, покупайте механических пингвинов! – предлагал он очередному прохожему. – Всего за двадцать пять центов!
Язык Франческо слегка заплетался. Глаза то и дело закрывались, большие мешки под ними выдавали бессонную ночь, проведенную в магазине игрушек.
– Граждане! Берите же птичек! Продаются механические птички! Если вы их купите, вам всегда будет сопутствовать удача!
Грузная фигура Бригеллы Спайк, проплывавшей мимо, вызвала у Франческо новый прилив красноречия.
– Эй, бэйби, как насчет этой забавной птички? Их расцветка как раз подходит к твоему красивому платью! Возьми птичку, не пожалеешь!