Страница 2 из 20
В эту первую ночь Робин взял ее молча и нежно. Потом, когда они отдыхали, он спросил:
— Хочешь быть моей подружкой?
Вместо ответа Аманда еще сильнее прижалась к нему. Он отодвинулся, и его ярко-голубые глаза испытующе посмотрели на нее. Губы Робина улыбались, но взгляд оставался серьезным.
— Никаких связей, обещаний, вопросов ни с одной, ни с другой стороны. Согласна?
Она молча кивнула, и он снова овладел ею со странной смесью страсти и нежности. Когда они лежали, удовлетворенные и измученные, Аманда бросила взгляд на часы. Три часа утра! Она выскользнула из постели. Робин приподнялся и схватил ее за запястье.
— Куда ты?
— Домой.
Он сжал ей запястье так грубо, что она вскрикнула.
— Когда ты спишь со мной, то остаешься здесь на всю ночь. Поняла?
— Но мне нужно возвратиться. Я в вечернем платье!
Он молча отпустил ее, встал, начал одеваться.
Они пошли к Аманде, и он снова любил ее. И когда она засыпала в его объятиях, то чувствовала себя настолько счастливой, что жалела всех женщин мира, потому что они не знали Робина Стоуна.
С тех пор прошло три месяца, и даже Слаггер, ее сиамский кот, так привык к Робину, что спал, свернувшись клубочком у его ног.
Робин зарабатывал немного, и чтобы было на что жить в конце месяца, часто ездил по выходным читать лекции.
Аманда обожала слушать его рассуждения и, безуспешно пытаясь понять разницу между республиканцами и демократами, могла часами сидеть в «Лансере», пока Робин говорил о политике с Джерри Моссом. Джерри жил в Гринвиче и работал в агентстве, занимающемся рекламой продукции фирмы «Алвэйзо». Благодаря дружбе Робина и Джерри Аманда стала рекламировать товары фирмы.
Аманда надела трикотажное платье перед зеркалом ванной комнаты в отеле «Плаза» и снова вышла в маленькую гостиную. Поднос с едой уже унесли. Фотограф разбирал свой аппарат. Его звали Айвэн Гринберг, и он был хорошим приятелем Аманды. Дружески улыбнувшись ему и помахав рукой костюмершам, которые укладывали платья, она вышла из комнаты — стройная, высокая, с рассыпанными по плечам золотистыми волосами.
Аманда остановилась у стойки администратора, чтобы позвонить. Никаких известий от Робина. Набрала его номер: на другом конце провода, в пустой квартире, долго звучали гудки. Аманда повесила трубку. Где же он мог быть?
Глава 2
В это время Робин Стоун был в «Бельвю Статфорд Отеле» в Филадельфии. Он медленно просыпался, чувствуя, что утро уже почти кончилось. Сквозь дрему услышал воркование голубей на подоконнике. Открыл глаза и сразу же вспомнил, где он.
Иногда, просыпаясь по утрам, Робин с большим трудом вспоминал город, в котором находился, мотель, где ночевал. Приходилось даже делать усилие, чтобы вспомнить имя девушки, которая ночью спала рядом с ним.
Но этим утром Робин был один.
Он поискал сигареты на столике у кровати. Пачка была пуста. И ни одного более-менее приличного окурка. С другой стороны кровати Робин заметил пепельницу, переполненную длинными окурками в пятнах оранжевой губной помады. Но к ним он не прикоснулся. По телефону заказал себе кофе, большой стакан апельсинового сока и две пачки сигарет. Ожидая заказ, он все же расправил один из окурков, вытряс из него пепел, закурил. Окурки в другой пепельнице были получше, но Робин встал и выбросил их в туалет. Он смотрел, как их смывает водой, с ощущением, будто избавляется от девицы, курившей эти сигареты.
Черт побери! Робин был абсолютно уверен, что она незамужняя. Обычно он нюхом чувствовал замужних женщин, этих искательниц приключений. Но вчера он ошибся. Может, потому, что эта девушка была не похожа на остальных? Ну да черт с ней! Это приключение, как и многие в его жизни, не будет иметь продолжения. Робин улыбнулся, посмотрел на часы. Почти полдень. Он еще может успеть на двухчасовой поезд, уходящий в Нью-Йорк.
Сегодня вечером они с Амандой отпразднуют новость и выпьют за здоровье Грегори Остина, человека, который вытащит Робина из этой рутины.
Он все еще не мог поверить в такую удачу, как не сразу поверил и в то, что это действительно Остин звонит ему в субботу в девять часов утра. Президент, генеральный директор Ай-Би-Си вызывает скромного провинциального журналиста! Робин думал, что это розыгрыш. Смеясь, Грегори посоветовал ему перезвонить в Ай-Би-Си и проверить. Робин перезвонил, и Остин снял трубку после первого звонка. Может ли Робин Стоун прийти к нему в кабинет сейчас же? Через десять минут Робин был у Грегори.
Остин был один в своем шикарном кабинете и сразу же перешел к делу. Что скажет Робин, если ему предложат место директора отдела информации? Остину также хотелось бы, чтобы Робин занялся реорганизацией службы и набрал команду, способную лучше всех осветить предвыборную кампанию этим летом.
Идея, очень понравилась Робину, но сама должность наводила на размышления. Морган Уайт был директором отдела новостей, Рэндольф Лестер — его заместителем. Что в таком случае означает должность «директор отдела информации»? Ну да Бог с ним, с названием. Главное — это пятьдесят тысяч в год, вдвое больше его нынешней зарплаты. А что касается остального, то, как сказал Остин: «Для начала пока воздержимся».
В следующий понедельник Робин должен был приступить к своим обязанностям. Грегори взялся сам сообщить эту новость в Ай-Би-Си.
Робин налил кофе и закурил. В окна отеля проникали лучи зимнего солнца. Через восемь дней он займет свое место на Ай-Би-Си. Робин глубоко затянулся. Хорошее настроение словно улетучилось вместе с дымом. Он раздавил сигарету на полу, как бы окончательно изгоняя из своих мыслей образ девушки с оранжевой помадой на губах.
Однажды в Нью-Йорке, когда Робин был еще студентом Гарварда, он видел пьесу «Дама в тени», в которой девушка без конца напевала запавшие ей в память первые такты какой-то мелодии. Вот и с ним иногда происходило то же самое. Только речь шла не о мелодии, а о воспоминании или образе… Это было нечто неопределенное, словно он вот-вот вспомнит что-то важное, что оставило в его памяти ощущение тепла, нежности и любви. А потом его охватила ужасная паника.