Страница 7 из 27
— Тесс, у тебя же железный желудок, — воскликнул Уилл.
Такие слова мечтает услышать каждая женщина от мужчины, в которого она влюблена уже много лет.
— Железный, — повторила она невыразительным голосом.
Он смутился, видимо, даже хотел извиниться, но не нашел подходящих слов. Выглядел он, во всяком случае, виноватым.
— Ты знаешь, что я имею в виду. Ты женщина, которая может есть что угодно. Хотя сейчас я бы не рекомендовал делать это, в твоем положении…
— О, Уилл, — застонала она. — Только не ты. Не говори, что ты тоже веришь!
— Как я могу не верить? — спросил он грустно.
Видимо, его, в отличие от ее соседок, такая новость совсем не радовала. — Все говорят, что ты беременна. Даже монахини, Тесс. А кто усомнится в словах монахинь?
Она снова простонала:
— О, Уилл…
Может, он и не хотел верить слухам о ее беременности, но он поверил. Тесс вздохнула и провела рукой по волосам. Потом, смирившись с судьбой, она сделала шаг в сторону.
— Ты можешь войти, раз уж пришел, — сказала она. — Мне кажется, нужно время, чтобы убедить тебя в том, что эти слухи — не правда. А потом ты пойдешь к Финну и мальчикам и расскажешь, что меня оговорили.
Уилл колебался в нерешительности, не зная, войти ему или нет. И поведение его вызывало удивление, ведь в доме у Монэхэнов он бывал, наверно, чаще, чем в своем собственном. Столько ночей, когда они с Финном играли или занимались уроками допоздна, он оставался здесь спать. И хотя Тесс никогда не признается, но она часто украдкой пробиралась в спальню, которую Финн делил с Шоном, чтобы взглянуть на спящего Уилла.
Теперь, когда он осторожно перешагнул порог и вошел в дом, Тесс не могла не вспомнить прошлое. Она помнила, как выглядел Уилл, когда был моложе, когда безмятежно спал, с голой грудью, в сиянии серебряного лунного света.
Стройный и крепкий юноша стал еще более крепким, мужественным и основательным мужчиной. От него исходила аура уверенности и силы.
Когда он прошел рядом с Тесс, очень аккуратно, чтобы случайно не коснуться ее, он возвышался над ней на целую голову и был в два раза шире ее.
Тесс же принадлежала к тому типу женщин, о которых говорят, что не в коня корм: что бы и сколько бы она ни ела, она всегда оставалась худой. Тесс вообще считала себя маленькой и тощей. Как она хотела бы быть повыше ростом!
— Абигайль Торранс заехала в гараж в тот день, — начал Уилл, как только Тесс закрыла дверь.
— Ха, и что тут нового? — спросила она, направлясь в гостиную. Она старалась не показать ревности. — Абигайль заезжает в гараж каждый день. Интересно, какое чудо кулинарии она принесла на этот раз? поинтересовалась Тесс, добавив про себя: кроме нее самой, конечно.
— Неважно, — сказал Уилл.
Он сел на диван и замер. Ему в глаза бросилась книга «Как воспитать одаренного ребенка», которую Тесс оставила лежащей вверх корешком на диванной подушке.
Проследив за его взглядом, Тесс поспешно объяснила:
— Это для школы.
— Ты читаешь книгу о воспитании детей для школы? — спросил он с сомнением.
Тесс кивнула.
— Воспитательные книги очень полезны.
Многие учителя читают их. Учителя, которые не беременны, — добавила она.
Очевидно, Уилла ее слова опять не убедили. Он положил руки на колени. Тесс попыталась отвести взгляд от рубашки, расстегнутой у шеи и открывавшей колечки темных волос на его груди.
Уилл начал говорить.
— По слухам, тебя видели в мотеле с мужчиной.
Такое сообщение ошеломило Тесс. То, что ее видели в мотеле с мужчиной, было уже наглой ложью! Хотя Тесс останавливалась в мотеле пару месяцев назад, она была там одна. Она не могла понять, почему кто-то решил так сильно исказить действительность.
— В Блумингтоне, — добавил Уилл, очевидно приняв ее молчание за смущение.
— Я знаю, — ответила она. — Я останавливалась в мотеле в марте, когда ездила на недельную конференцию педагогов. Но я была в номере одна. Потом она вспомнила что-то. — О, кроме одного парня, — поправилась она. — Но он тут ни при чем…
Щеки Уилла покраснели. Его тело напряглось от сдерживаемой ярости.
— Так, значит, у тебя все-таки состоялось свидание на одну ночь, после которого ты забеременела?
Тесс потребовалась минута, чтобы осознать его слова. Когда до нее наконец дошло, она выкрикнула:
— Что?!
Она не могла поверить своим ушам.
Уилл выдохнул и запустил пальцы в растрепанные волосы.
— Сьюзен Гиббс рассказала, что ты назвала отцом случайного мужчину. Я решил, она придумала, но то, что ты сказала…
— Уилл! — воскликнула Тесс, шокированная тем, что он мог поверить в такую нелепицу. — У меня не было никакого свидания на одну ночь!
О, небеса! Она еще могла поверить, что Сьюзен сказала такое про нее, но Уилл? Лучше бы он ударил ее, ей было бы легче, чем выслушивать такие оскорбления. Она чувствовала себя так, словно он предал ее.
Очевидно, ее бурная реакция успокоила его.
Немного. К несчастью, Тесс надеялась на большее и считала, что он поверит ее словам. Но то, что он спросил, разбило ее надежды в пух и прах.
— Тот мужчина что-то значил для тебя?
Ох, вздохнула она про себя. Что ей нужно сделать, чтобы заставить его поверить в несправедливость распространившихся слухов?
— Тот мужчина был служащим гостиницы, Уилл. Мастером по ремонту, выдавила она сквозь сжатые зубы.
— Что? — выкрикнул он. — Ты спала со служащим гостиницы? Сантехником? Электриком?
Тесс, я поверить не могу, что ты на такое способна. Я хотел сказать, как долго ты его знала, прежде чем… ну ты понимаешь…
Великолепно, выдохнула она про себя. Теперь он обвиняет ее в отсутствии морали.
— Я не говорила, что он отец ребенка, — поправила Тесс. — Он просто находился в моем номере, и именно его и видели со мной, как ты сказал.
Ярость Уилла прошла, но на смену пришло недоумение.
— Тогда кто отец ребенка? — спросил он.
Тесс потрясла головой.
— Сколько раз я говорила тебе, Уилл? Нет никакого отца!
Он недоуменно смотрел на нее.
— Нет отца? — повторил он. — Как же ты неосторожна, Тесс. Я очень боюсь, что теперь на тебя будут косо смотреть. Ты уже говорила с отцом Флинном о своем положении?
Она закатила глаза. О, небо, она просто не знала, что еще сказать.
— Уилл, нет никакого отца, потому что нет никакого ребенка!
Его лицо побледнело.
— Тесс, нет! — произнес он срывающимся голосом. — Скажи, что ты не сделала ничего ужасного. Скажи, что ты ничего не сделала с ребенком. Скажи, что ты не сделала…
Ее глаза широко раскрылись, когда она поняла, о чем он подумал.
— Конечно, нет! Я ничего не сделала с ребенком! — вырвалось у нее. — Я никогда… не смогла бы сделать…
Он издал вздох облегчения.
— О, спасибо тебе, Господи!
Все зашло слишком далеко, подумала Тесс.
Ситуация вышла из-под контроля. Она попыталась сосредоточиться и подобрать новые слова, сделала несколько глубоких вдохов, чтобы прочистить мозги.
— Мужчина в моей комнате, — сказала она в конце концов, — был служащим мотеля. Мы не занимались сексом. — Заметив, что Уилл хочет что-то сказать, она добавила:
— Он только чинил кондиционер.
На лице Уилла появилось выражение недоверия.
— Кондиционер?
— Кондиционер, — повторила она.
Она продолжала говорить громко и медленно, словно с трехлетним ребенком. Но если Уилл ведет себя, как трехлетний, он заслужил, чтобы с ним именно так и обращались.
— Кондиционер в моем номере не работал, начала она так, словно рассказывала сказку малышу. — Мне прислали парня исправить его. Ему потребовался целый час на починку, но между нами ничего не было.
Выражение лица Уилла не изменилось.
— Но был март, Тесс. Зачем тебе кондиционер?
Она закрыла глаза, моля Бога даровать ей терпение.
— Было жарко, — пояснила она. — В комнате было душно.
На его лице отразилось сомнение.
— А как насчет магазина детских товаров «У Бонни»? — спросил он.