Страница 9 из 10
– Стакан свежевыжатого сока здесь стоит двенадцать или пятнадцать долларов, – пояснила Тамара. – В хороших ресторанах стакан свежевыжатого сока тоже стоит пятнадцать долларов. Нормальная цена.
– За целый обед, – зло сказал Ринат. – Ненавижу всех миллионеров. Как можно пить сок за такие деньги? В любом магазине можно купить сок за полтора доллара. Целый литр или два.
– Это все химия, – снисходительно пояснила Тамара, – сок из пищевых концентратов, из порошка. А здесь совсем другое качество. Это нормально. За хорошее качество нужно платить.
– А обед здесь будет стоить тысячу долларов? – окончательно разозлился Ринат. – Мне говорили, что в Москве есть подобные цены и заведения, но это уже вне всякой логики.
– Иногда обед обходится в пять или шесть раз дороже. – Тамаре явно нравилось говорить о подобных вещах. Это ее возбуждало и доставляло ей удовольствие. – Если вы не просто обедаете, а заказываете к обеду бутылку хорошего французского вина. Оно может стоит несколько тысяч долларов.
– Надеюсь, что мы не будем здесь обедать, – мрачно предположил Ринат, – иначе я проем свой миллиард за несколько лет.
– Это невозможно, – возразила Тамара, – но некоторым нравится так обедать. Рассказывают, что многие чиновники из правительства любят подобные походы в ресторан. И все считают это нормальным.
– За них, наверное, платят их посетители. – Ринат посмотрел на часы. – Давайте закажем какое-нибудь блюдо, но сначала посмотрите, сколько оно стоит. Если эти устрицы или крабы готовила сама английская королева, собственноручно отбирая их для этого бара, то мне они не нужны. Или здесь нет нормальной еды?
– Сейчас закажу.
Тамара искренне не понимала, почему он так нервничает. С его миллионами можно не думать о деньгах до конца жизни. Вчера, когда он уехал, Иосиф Борисович вышел в приемную и немного растерянно сказал, что «дуракам всегда везет», имея в виду этого полутатарина-полуукраинца, рано потерявшего отца, оставшегося без матери совсем молодым, успевшего развестить, нигде не работавшего и с трудом сводившего концы с концами. В этом была какая-то чудовищная несправедливость: деньги получал человек, который менее всего о них мечтал, даже не осознавая, какая неслыханная удача ему выпала.
Тамара с удовольствием подумала, с каким мастерством потратила бы деньги этого типа. Кажется, она ему нравится. Нужно воспользоваться моментом и стать очень полезной этому молодому человеку. Ему необязательно знать, что у нее было два мужа, есть десятилетний сын и она получает у Плавника не только зарплату, но и надбавку за «особое обслуживание». Всем было известно, что Иосиф Борисович не любит уголовных дел, предпочитая не связываться с бандитами. Он вел в основном гражданские дела, представлял интересы крупных банков. Когда нужно было произвести впечатление на приехавших иностранных гостей или очаровать богатого провинциала из Сибири, в дело вступала Тамара. После знакомства с ней все контракты подписывались и все договора заключались в нужный срок. Секрет ее обольщения был прост, она знала, какой именно секс предпочитают мужчины, часто боявшиеся даже сказать об этом. Но пять или десять тысяч долларов в месяц были явно не теми деньгами, какими мог при желании одарить ее этот журналист. И поэтому она старалась изо всех сил.
Через час они уже подъезжали к внушительному зданию, выстроенному известной московской строительной компанией прямо на берегу реки. Всем было известно, что эта компания получала особые подряды и особые участки в городе, возводя роскошные здания бизнес-класса, которые взвинчивали и без того невероятные цены на московскую недвижимость.
Пришлось долго объяснять охране, кто и зачем приехал в квартиру погибшего олигарха. Наконец их пропустили на восемнадцатый этаж, где находился вход в бывшую квартиру Владимира Глущенко. Ринат невольно испытывал смущение, словно должен был захватить чужую квартиру и подсмотреть чьи-то секреты.
Тамара открыла дверь, и они вошли в квартиру. Женщина взглянула на их ошалевшие лица и улыбнулась, довольная произведенным эффектом, словно это была ее собственная квартира. Громко стуча каблуками, она прошла дальше, показывая все невероятное пространство этой огромной квартиры, расположенной на двух этажах. Ринат и Дима, притихшие и немного испуганные, молча следовали за своим гидом. Их поразили двадцатиметровые ванные комнаты и зимний сад, выходивший своими окнами на реку. Из окон спален открывался изумительный вид на весь город. Во всех ванных комнатах лежали упакованные зубные щетки и неоткрытые тюбики с зубной пастой, словно в ожидании хозяев. В одном месте лежала даже детская зубная щетка. Увидев ее, Ринат нахмурился. Он помнил, что эта квартира и все деньги принадлежали трагически погибшей семье его родственников.
Кухня напоминала выставку достижений нового века. Некоторые приборы им были непонятны, но они не стали переспрашивать. В холодильнике ничего не было, но в специальной морозильной камере находились запасы минеральной воды и кока-колы. В кабинете Тамара показала им бар, в котором выстроились в ряд бутылки. Ни одна из них не была открыта, словно здесь был небольшой магазин, а не квартира, принадлежавшая некогда живому человеку и его семье.
Они вернулись в гостиную и расселись в глубоких кожаных креслах.
– Вот и все, – произнесла Тамара, сделав своебразный жест рукой, словно указывая на будущие владения Рината, – теперь вы можете здесь остаться и даже жить, пока все не оформят. Сейчас уже поздно, а завтра утром мы поедем на Рублевку. У вашего погибшего родственника был хороший вкус. Раз в неделю сюда приходит домработница, которая все убирает. Ей переводят деньги из компании, созданной вашим дядей, и она получает их автоматически каждый месяц. Ключи она берет внизу у дежурного консьержа и ему же сдает их, когда уходит. Безопасность квартиры обеспечивает охрана дома, которая также получает деньги автоматическим переводом из той же компании. Больше здесь никого не бывает.
Кто-то позвонил в дверь. Оба вздрогнули, словно в этот неурочный час здесь могла появиться домработница. Тамара поднялась и пошла к двери. Оказалось, это водитель поднял все пакеты и коробки в квартиру. Они сложили их в коридоре, и Тамара вернулась в гостиную. Она не хотела признаваться, что ее страшно раздражал Дима. Если бы не этот толстый увалень, на которого потратили столько денег и времени, она могла бы остаться наедине с Ринатом. И, возможно, ей удалось бы убедить его в необходимости иметь рядом нужного человека. Тем более в момент, когда он вступал в обладание подобным наследством. Но Ринат смотрел на нее так равнодушно, словно ей было лет пятьдесят. Это было обидно. Наивный мальчик не мог и мечтать о встрече с подобной женщиной. Ей было только тридцать два года, и разница между ними была в несколько лет, но Ринат казался ей совсем молодым человеком. Сказывалась разница в опыте человеческого общения. Ринат, будучи журналистом, еще не стал законченным циником, какой давно была сама Тамара.
– Мы уже сделали свое дело и теперь можем поехать домой. – Она все еще надеялась, что увезет Диму и вернется к богатому наследнику. Но этот толстый негодяй все испортил.
– Останемся вместе, – благодушно предложил он Ринату, и тот согласно кивнул.
Тамара с трудом сдержалась, чтобы не выругаться. В конце концов, она не может навязываться этому молодому кретину, если он сам ничего не хочет. Деньги не дают большого ума. Даже такие невероятные. Она со вздохом поднялась с дивана.
– Будьте благоразумны, – пожелала она им на прощание, – ничего не ломайте и не трогайте. Пока это всего лишь место, где вы можете появляться и жить.
– Мы будем жить здесь вдвоем, – гордо заявил Дима.
– Надеюсь, ваш друг захочет иногда оставаться один, – ядовито прошипела Тамара, проходя к входной двери.
Она вышла из квартиры, захлопнув за собой дверь. Друзья даже не подумали ее проводить. Уже в кабине лифта она взглянула на себя в зеркало. Все было в порядке.
– Плебеи, – гневно произнесла она, отворачиваясь от зеркала.