Страница 60 из 109
— Отставить шум! — рявкнул прапор. — Молодец курсант Заиченкова!
— Служу человечеству! — пискнула Ксанка, гордо вскинув стриженую репу.
Шум вокруг затих. Стало слышно, как Спиря рядом с Кириллом скрипнул зубами. Самое время было над ним приколоться: "Салабонище! Баба лучше тебя стреляет!"
Но Кирилл промолчал. Спире и так сейчас было не сладко, и не стоило подкидывать поленьев в печку его ненависти.
Ксанка притопала и села на скамейку, бросила на Кирилла победный взгляд. Спирю она в упор не видела и видеть не хотела.
— Поздравляю! — сказал Кирилл.
— Спасибо! Сделаешь?
Кириллу показалось, что она имеет в виду вовсе не стрельбу, а сегодняшний вечер. Пока Спиря отбывает наряд…
— Сделаю!
— Посмотрим-посмотрим…
Кирилл отвернулся. Ему показалось, что если он не выбьет сейчас больше сорока восьми, не ему придется решать судьбу сегодняшнего вечера.
Словно пари было заключено между ним и Ксанкой, кто выиграет на стрельбище, тому и решать…
А так быть не должно. Никогда. В жизни Кирилла хватает решателей и помимо Ксанки.
Эта мысль принесла знакомую пустоту — в кисть руки, в предплечье, в плечо, в мозги…
И когда подошла очередь, работали только ноги — подняли его со скамейки, вынесли на рубеж, поставили в стойку…
— Огонь! — скомандовал Оженков.
Мышцы торса развернули стрелка лицом к мишени, глаза оценили расположение "яблочка", руки с бластером взметнулись на уровень глаз, указательный палец нажал пусковую кнопку.
Луч вылетел из окошка на конце трибэшника и воткнулся в самый центр мишени.
Мышцы торса вернули Кирилла в исходное положение.
— Огонь! — снова скомандовал Оженков.
Все повторилось. А потом еще три раза.
После пятого выстрела Кирилл застыл и в странном оцепенении смотрел, как поднялась над мишенью триконка-результат.
Он выбил пятьдесят.
Он повернулся к Ксанке и победно вскинул руку.
"И никогда ты не будешь решать, что мне делать вечером!" — подумал он.
Ксанка вяло кивнула, как будто прочитала его мысли и согласилась с ними. А Кирилл вновь вспомнил Светлану Чудинову.