Страница 79 из 80
За какую-то железяку Кальян и зацепился ногой, выдав свое ме стонахождение. Затаив дыхание, Джексон присел, присмотрелся. Он не видел, но чувствовал, что Кальян, нашумев, застыл на одном месте. Откуда был звук? Примерно сориентировавшись, Джексон бесшумно прокрался вдоль стены амбара.
Вот он. Есть!
Кальян стоял спиной, в полный рост, и смотрел на эстакаду.
Бери – не хочу.
Джексон примерился, встал поудобнее. Расслабил, напряг и снова расслабил руку с оружием.
Кальян что-то почувствовал и стал оборачиваться.
Джексон ему помог, негромко сказав:
– Эй, братишка.
Кальян развернулся. Мгновенно оценив ситуацию, понял, что выстрелить не успевает – пистолет Джексона был уже поднят и нацелен ему в грудь. Расстояние – меньше десяти метров. Только слепой промахнется.
И все-таки он попробовал.
Джексон выстрелил раньше. Три выстрела слились в один, и Кальян упал на спину.
Джексон подошел, присел на корточки, стволом «ТТ» передвинул повыше козырек кепки.
Кальян был еще жив. Кровь текла из трех ран на груди, и силы уходили с каждой каплей, но Кальян сумел приподнять голову, сконцентрировать взгляд на Джексоне и внятно, с горечью прошептать:
– А жаль…
Джексон искренне отозвался:
– Мне тоже.
Голова задрожала, взгляд помутнел. С тяжелым звуком затылок коснулся земли, и для Кальяна все кончилось…
…У одного из убитых из кармана вывалился сотовый телефон. Лютый подобрал его и, пробежав под эстакадой, выбрался к заброшенному административному корпусу. Остановился, прислушался. Вроде никого рядом нет. Набрал номер диспетчера:
– Это пятый. Срочно нужна помощь. Да, мы не на Ладожском вокзале, он всех обманул… Жду!
…Джексон закрыл Кальяну глаза.
Подбежал Шилов:
– Джексон, ты живой?
– А что со мной будет!
– Сколько этих осталось?
– Снайпер где-то засел. И Лютый тут ползает.
– Он и есть кальяновский казачок?
– Не уверен. Его живым надо брать, он какие-то свои темы мутит.
– Смотри! – Шилов вскинул к плечу автомат, одновременно указывая Джексону направление и прицеливаясь.
Метрах в пятидесяти от них по крыше двухэтажного пакгауза убегал человек, хорошо видимый в свете луны. В руке он держал что-то длинное, похоже, винтовку. И словно почувствовав, что за ним смотрят, бросил винтовку и припустил, торопясь добраться до лестницы.
– Черт с ним, не до него, – тучи уже закрывали луну, и Роман опустил автомат, решив не тратить понапрасну патроны. – Где Лютый?
– Давай, Георгич, ты туда. А я с этой стороны его попробую прихватить. – Джексон указал направления. – Чувствую, он не побежит. Его тут что-то держит.
Они разошлись.
Через три минуты Джексон увидел Лютого. Тот крался вдоль кирпичной стены административного здания, отбрасывая на нее искаженную тень с выставленным вперед кривым пистолетом. Если без стрельбы, то было всего два варианта: или попытаться обежать здание с другой сторону и ждать спереди, когда Лютый дойдет до угла, или попробовать достать его сверху. Лестница была рядом, и Джексон быстро взобрался на плоскую крышу. Пробежал вдоль края, остановился, примерился. Пропустил Лютого чуть вперед и прыгнул ему на плечи.
Пистолет Лютый выронил, но внезапность атаки и утрата оружия не сказались на ярости его сопротивления. Он оказался намного сильнее, чем можно было предположить по внешнему виду, и дрался умело. Подмяв его под себя, Джексон нанес несколько сильных ударов в лицо, но Лютый сумел как-то вывернуться и сам прижал противника к земле. Джексон ударил его головой, и опять-таки этот удар, которым можно было расколоть кирпичную стену, не произвел ожидаемого эффекта. Лютый дважды врезал локтем, а потом вцепился Джексону в горло. Джексон ударил его пальцами по глазам. Лютый с криком отдернул голову, но не ослабил хватки на горле.
Подбежавший Шилов с маху засадил Лютому по голове прикладом «калашникова». Лютый упал набок, но тут же попробовал встать. Правда, движения утратили силу и координацию, так что удалось сковать его запястья наручниками и усадить спиной к кирпичной стене.
После этого он больше не пробовал сопротивляться. Сидел, опустив голову и сплевывая кровь.
Шилов подумал: ждет он, что ли, чего-то?
– Ты чего ждешь, Гриня?
Лютый пожал плечами.
Роман передал Джексону автомат, созвонился с дежуркой. Выслушав ответ Дмитрича, чертыхнулся:
– Не ночь, а сумасшедший дом. На Охте большой переполох, всех туда погнали. Придется подождать.
– Это Кальяна отвлекуха.
– Это что ж за груз-то такой, что столько сил брошено? – спросил Роман Лютого.
– Одна тонна героина, – не поднимая головы, ответил Лютый.
– Ого! Больше ничего не хочешь сказать?
– Пока нет. Может быть, позже.
Послышался приближающийся топот ног, и из темноты выскочили трое постовых в форме. Вид у них был не слишком уверенный, хотя старший маленькой группы и крикнул довольно задиристо:
– Всем стоять, руки вверх! Транспортная милиция!
– Уголовный розыск, – Шилов показал ксиву. – Вовремя вы. Нет, чтобы раньше…
Лютый первым обратил внимание на шум вертолета. Поднял голову, посмотрел в небо. «Вертушка» быстро приближалась, идя на маленькой высоте. Когда грохот двигателей стал совсем оглушающим, на борту вспыхнул мощный прожектор, и, усиленная мегафоном, прозвучала команда:
– Всем оставаться на местах! Оружие на землю. Касается всех, милиции тоже.
В подтверждение прозвучала длинная пулеметная очередь. Пули высекли кирпичную крошку из стены здания, разорвали асфальт под ногами. Никого не задело, но получилось убедительно.
– Это был предупредительный! – объявил тот же уверенный голос. – Считаю до трех, и открываю огонь на поражение.
…Под бокситной рудой на платформе оказалось шесть металлических бочек. Командовал разгрузкой лично Гасилов. Солдаты переносили бочки в фургон шестьдесят шестого «газона» с опознавательными знаками военной медслужбы. Менты, сцепленные друг с другом наручниками, стояли у кирпичной стены под наблюдением двух автоматчиков.
Лютого военные освободили сразу же, как высадились из вертолета. По тому, как Гриня общался с майором Гасиловым, было понятно, что в этих играх у него одна из главных ролей.