Страница 57 из 95
И наконец, визит высокого гостя был назначен на двадцать восьмое июня…
На Видов день, Видовдан! День поражения сербов на Косовом поле… Многие пишут, что это «оскорбляло национальные чувства сербов». Лично я никак не могу взять в толк, чем именно могли быть эти самые национальные чувства оскорблены: австрийцы ни с какого боку не причастны к Косовской битве, а Босния никогда не входила в состав Сербии. Но, повторяю, к сербам нельзя подходить с нормальной человеческой логикой…
И настал Видов день…
Кортеж из нескольких автомобилей (ни единого охранника, повторяю!) движется по набережной реки Милячка, мимо многочисленных горожан, отделенных от проезжей части редкими полицейскими. Местное население никаких таких антиавстрийских чувств не выказывает, наоборот, кричит «Ура!».
Машины поравнялись с первым террористом молодым мусульманином-босняком по имени Мухаммед Мехмедбашич. Он стоит с бомбой в кармане… да так и остается стоять. Бомбу он так и не бросил: то ли сробел, то ли задал себе резонный вопрос: какого шайтана мусульманину лезть в эти сербские игры?
Стоявший чуть поодаль серб Неделько Чабринович оказался решительнее - он размахивается, и бомба летит в машину, идущую со скоростью не более двадцати километров в час…
Сорвалось. По поводу происшедшего есть несколько версий. Пишут иногда, что бомба отскочила от поднятой крыши автомобиля. Это явная неточность: на фотографиях прекрасно видно, что верх у всех машин сложен. Гораздо более вероятно, что бомбу кто-то успел отбить рукой - то ли сам эрцгерцог, то ли кто-то из его спутников. В общем, она падает возле идущих следом машин и взрывается там. Несколько человек из свиты ранены осколками. Чабриновича хватают, эрцгерцог беспрепятственно достигает ратуши.
Оттуда он направляется в госпиталь навестить раненых. Однако как-то так случилось, что водителю никто не сообщил о перемене маршрута, о том, что ехать нужно в госпиталь - и он движется по заранее намеченному.
У Латинского моста сворачивает направо как первоначально и планировалось, генерал-губернатор Боснии Потиорек (тот, кто и обязан был принять меры предосторожности) кричит: не туда! Водитель в растерянности тормозит, спрашивает: так куда же?
Автомобиль останавливается… По очередной случайности (от которых меня уже мутит! - А. Б.) буквально в трех метрах третьего террориста, у которого бомбы нет, но есть револьвер. Это - девятнадцатилетний серб Гаврило Принцип, этакий мел кий чахоточный ублюдок. Или. пользуясь славянофильской лексикой, очередной романтический юноша с высокими идеями..
Принцип выпускает обойму буквально в упор. Первой погибает герцогиня София, через несколько минут умирает эрцгерцог. У них останется трое детей — София, Макс и Эрнст. Через двадцать лет по личному приказу Гитлера Макса с Эрнстом бросят в концлагерь Дахау…
Принципа хватают судя по фотографиям, в этом принимали участие не только полицейские, но и простые горожане. Сараево взрывается практически сразу — босняки-мусульмане и хорваты выхолят на улицы с портретами убитого эрцгерцога и наспех намалеванными плакатами: «Смерть сербам!» Славяне Австро-Венгерской империи ни малейшего одобрения убийству не выражают, наоборот: в Боснии и Герцеговине, в Хорватии и Воеводине начинаются сербские погромы. К сожалению, жертвами становятся совершенно невиновные — террористы и агенты, ясное дело, моментально легли на дно…
Правительственная комиссия очень быстро вынесла краткий вердикт: «Охрана организована из рук вон плохо. Правильнее сказать, ее вообще не было».
При детальном рассмотрении дела очень быстро выясняется, что «случайности» следует моментально закавычить.
Эрцгерцог Франц-Фердинанд мешал, как и Столыпин, всем. Я имею в виду, всем «ястребам», тем, кто хотел большой общеевропейской войны, тем, кто мечтал о «великой славянской империи»…
Безусловно, он мешал Вене. Той самой Вене, где вот-вот должен был взойти на престол (императору Францу-Иосифичу исполнилось 85 лет, все понимали - не жилец, он и в самом деле после сараевского покушения и двух лет не протянул). В Вене хватало своих «ястребов», мечтавших с развернутыми знаменами, под гром военных оркестров прогуляться и по Балканам, и по русским просторам — в компании с Германией.
Эрцгерцог мешал и Берлину - по тем же причинам.
О сербах мы уже говорили.
Франц-Фердинанд был категорически неудобен и российским «ястребам», руководствовавшимся теми же мотивами, что их духовные собратья в Берлине и Вене…
С. Кремлев, исследователь серьезный и не замеченный в фальсификациях, упоминает о провокационной депеше, в мае 14-го пришедшей в сербский Генштаб из русского. Русские сообщали «братушкам», что Австро-Венгрия якобы вот-вот нападет на Сербию, а маневры австрийской армии в Боснии — только прикрытие для концентрации войск на границе. Якобы об этом договорились кайзер Вильгельм и эрцгерцог Франц-Фердинанд.
А потому историк М. Покровский (к которому я лично отношусь со всем уважением) прямо писал: убийство эрцгерцога спровоцировано русским Генштабом…
Есть три немаленьких деятеля, по поводу которых не раз сокрушались: мол, «несправедливо забыты и советской историографией, и западными историками». Однако не исключено, их просто-напросто постаралась забыть отечественная историческая наука. Благолепия ради. Чтобы не портить образа России как безвинной жертвы злых тевтонов и коварных австрияков…
Первый из них - князь Г. Н. Трубецкой, российский посланник в Сербии, верный сподвижник Сазонова, большой сербофил. с серьезными связями в русском Генштабе и русских славянофильских кругах. Много знал и сыграл немаленькую роль в событиях, но его воспоминания (умер в эмиграции во Франции) До сих пор не переведены на русский.
Помощник Трубецкого Штрандтман, секретарь российской миссии. Еще одно доверенное лицо Сазонова на Балканах. В отличие от обоих начальников мемуаров не писал, но судьба его интересна: после Октября обосновался в Югославии, лишь с началом Второй мировой уехал в США.
Военный агент России (по-современному, военный атташе) Сербии. Генерального штаба полковник Артамонов. Вроде бы и сотрудничал ни с «Черной рукой», ни со спецслужбами как России, так и Сербии — но после революции опять-таки остался в Югославии, да не просто остался: до самого краха Югославии работал в иностранном отделе местного Генштаба. Чем занимаются отделы генеральных штабов с подобными названиями, объяснять, думаю, не стоит. Погиб при некоей «немецкой бомбардировке»… в 1942 году. Какие такие «немецкие бомбардировки» могли в этом году иметь место?
Так вот, отдельные циники и в России, и за рубежом давным-давно называют эту троицу (особенно Артамонова) организаторами сараевского убийства. В нашей литературе этих циников принято лишь голословно критиковать, не приводя их аргументов и выводов…
Еще в 1964 г. группа историков из Кёльна и Геттингена опубликовала обширную работу о «ястребах» в России, где на основе собственных исследований сделала вывод: была такая партия — партия войны! Великий князь Николай Николаевич, генерал Брусилов, Самсонов и их единомышленники как в форме, так и штатском и провернули через сербов сараевское убийство.
А я о чем толкую?! Легко догадаться, что на означенных немцев тут же обрушились со всем идеологическим запалом проверенные и благонадежные советские историки: мол, колбасники пытаются все свалить с больной головы на здоровую, представить агрессором Россию, а свою Германию - безвинной жертвой… Хотя немцы писали совершенно о другом: что Россия несет свою долю вины, что там были свои «ястребы»…
Эрцгерцог мешал и Будапешту, поскольку его восшествие на престол и реализация планов касаемо тройственной монархии вмиг лишила бы венгров власти над хорватами, румынами, словаками, которых они до того увлеченно эксплуатировали. При известии о сараевском убийстве в Венгрии началось откровенное ликование…
Эрцгерцог мешал Парижу, где, как мы помним, мечтали о реванше. В 1913 г. президентом Франции стал месье Пуанкаре, носивший многозначительное прозвище «Пуанкаре-война», уроженец Лотарингии. Деликатные историки пишут, что данный субъект «стремился» к войне с Германией - а менее трепетные называют это стремление попросту манией…