Страница 34 из 44
– Ах, эта! – Иван Андреевич беспечно отмахнулся, а затем на его губах появилась пренебрежительная ухмылка. – Вертихвостка. Крутила Юрой как хотела, а он только и знал, что швырял деньги на ее содержание. Землю носом рыл, можно сказать. Он сам мне говорил об этом. А она... Как я понял с его слов, она крутила еще с кем-то. Скорее всего, с его же шефом...
– С Углановым? – насторожился Гуров.
– Ну да, – мысли Дибеловича потекли уже совсем в ином направлении.
– С чего вы взяли?
– Так, говорят же... Земля, как известно... – он запнулся, нахмурился, а затем произнес: – Полковник, я рассказал вам все, что знал. Больше я ничем не смогу вам помочь. Я вам вот что скажу: я не намерен ограничивать свою свободу. Я привык к вольной, сытой жизни и не намерен менять своего решения. Почему бы вам не помочь мне...
– Я сдержу свое слово, – ответил Гуров.
– Нет, этого мало. Мне нужно уйти, – Дибелович бросил взгляд на лежащий рядом с Гуровым на столике заряженный пистолет.
– А вот этого никак не получится. У местных сыщиков есть к вам вопросы, насколько мне известно, – Гуров заметил взгляд Дибеловича, но не двинулся с места. – Вы и меня поймите, я не имею права уйти отсюда без вас.
– Полковник, вам придется это сделать, – Дибелович перевел взгляд в окно и кивнул головой.
Гуров повернулся. За стеклом стоял Антоныч с наведенным на Гурова ружьем. Дибелович сорвался с места и уже через секунду скрылся за дверью, ведущей в коридор и на улицу. Как только рука полковника потянулась за пистолетом, в стекло окна что-то звонко ударилось. Антоныч подошел вплотную к окну и уперся в раму дулом ружья, по-прежнему наведенным на Гурова. И в это мгновение прозвучал выстрел. Ружье Антоныча медленно сползло по стеклу вниз. Затем и вовсе выпало из рук старика. Тот покачнулся, еще удерживаясь на ногах, схватился за грудь и рухнул на землю. Гуров не мог видеть стрелявшего. Он только услышал, как скрипнула входная дверь и раздались шаги бегущего по коридору человека. В дверях показался Беспалов. Увидев, что Гуров сидит на стуле невредимый, майор перевел дух и осмотрелся. Полковник вскочил с места и рванул в сторону коридора.
– Где он? – выпалил майор в запале, адресуя свой вопрос скорее себе самому, чем полковнику.
– Вы прошли через крыльцо? – спросил Гуров.
– Да. Через калитку со двора, как и вы.
Гуров выскочил во двор. Дверь загона для скота была отперта. Огромная белая с коричневыми пятнами корова вышла из загона и уныло бродила около покосившейся калитки.
– Антоныч прошел дворами. Через скотный двор. Он оглушил меня в машине баллоном огнетушителя. Я не ожидал от старика такой прыти, честно вам скажу...
– Много говорите, майор! – Беспалову еще не доводилось видеть гнев полковника. Мгновенно придя в себя, он застыл на месте в готовности сделать то, что скомандует Гуров. – Осмотрите дом, – на ходу распорядился тот, а сам кинулся на скотный двор.
Менее чем через минуту Гуров бегом вернулся во двор и на ходу крикнул майору, чтобы тот догонял его. Добежав до «газика», полковник воткнул ключ в замок зажигания и, как только мотор схватился, до предела втопил педаль акселератора.
– На дороге – свежие следы от джипа Дибеловича. Если у вас есть связь с ДПС, оповестите все посты. Свяжитесь со своими и скажите, чтобы прислали подкрепление в район охотничьего зимовья.
Москва. Главное управление уголовного розыска
– Ты звонил Леве? – набросился на подчиненного Орлов, едва тот переступил порог начальственного кабинета.
Генерал был в одной рубашке, и даже под воротником отсутствовал галстук. В таком виде его редко можно было увидеть на рабочем месте. В иной ситуации Крячко обязательно бы отпустил по этому поводу какую-нибудь шуточку, но сейчас его собственное настроение совсем тому не способствовало. Он лишь поплотнее прикрыл за собой дверь, чтобы их разговора не могли слышать в приемной, и двинулся навстречу Орлову. Мужчины сошлись в центре кабинета и почти минуту молча смотрели в глаза друг другу.
– Нет, – ответил наконец Станислав. – У меня не было на это времени. Своих проблем хватало. Я с трудом успевал перемещаться из одной горячей точки в другую. Благодари бога, Петя, что ты видишь меня сегодня живым и невредимым. Я, например, ЕМУ за это очень благодарен.
– Я уже наслышан о твоих подвигах, – Орлов почти усилием воли заставил себя успокоиться. – Но меня в не меньшей степени беспокоит молчание Гурова. Почему он не дает о себе знать? Почему не отвечает на звонки?
– Он не отвечает?
– Он недоступен.
– Свяжись с нашими иркутскими коллегами. В чем проблема?
Крячко обогнул стоящего напротив генерала, прошел к его рабочему столу и устало плюхнулся на первый подвернувшийся стул. Достал из кармана пачку сигарет.
– Уже связывался, – Орлов поправил ворот рубашки и на мгновение замер, словно только сейчас заметил отсутствие галстука на привычном месте. – Мне сообщили, что Лева входил с ними в контакт, и они совместно даже провели какую-то силовую акцию. Но где он находится в настоящий момент и как с ним связаться, никто не знает.
– Конечно! – Стас невесело усмехнулся. – Где он и чем занимается – неизвестно. А я тут один, как клоун, весь вечер на арене. Может, тебе его лучше уволить, Петя? Какой от него толк?
– Ну ладно, – Орлов занял место во главе стола. – Я уже отлично уловил твое сегодняшнее крайне негативное настроение. Выкладывай. Что случилось?
– Ничего. И именно это меня раздражает, – Крячко несколько раз подряд энергично затянулся и выпустил в потолок густую струю дыма. – Похоже, что Глазберг невиновен.
– Похоже?
– Да. То есть общечеловеческой вины на нем, как грязи. Но к смерти Дражайского он не имеет никакого отношения.
– Ты уверен? – Орлов нахмурился.
– Ну, до конца, конечно, ни в чем нельзя быть уверенным в этом несовершенном мире, но... Короче, моя версия оказалась ложной, я напрасно разыгрывал весь этот спектакль с уркой, и теперь все придется начинать сначала. В каком-то ином направлении. Только в каком? Вот в чем вопрос. – Крячко тяжело вздохнул, мрачно посмотрел на кончик тлеющей сигареты и спросил: – Ты ничего не выяснил насчет Поперечного?
– Нам не удастся его достать, – генерал покачал головой. – Тебе даже встретиться и поговорить с ним никто не позволит. В лучшем случае сможешь встретиться с младшим помощником адвоката. А ты его подозреваешь?
– В принципе, нет. Пока нет. У нас против него не имеется никаких существенных улик.
– Вот именно, – полковнику показалось, что Орлов даже немного обрадовался. Ясное дело, что ему не хотелось вступать в противоборство со скандальным политиком. В случае необходимости генерал пошел бы на все что угодно, но если есть возможность избежать таких крайностей, то почему бы и нет. – Я сам еще раз перечитал дело, и, судя по всему, у Поперечного не было даже чисто физической возможности расправиться с Дражайским. Плюс отсутствие мотива...
– Это все только его слова, – Стас докурил сигарету и энергичным движением размял окурок в пепельнице. – Я в любом случае не представляю, в какую сторону двигаться. Вообще, какая-то странная у них охота в этом Иркутске. Ни егерей тебе, ни проводников... Кто несет ответственность за случившееся?
– Егеря и проводники были, – поправил подчиненного Орлов. – И по закону они в любом случае будут нести ответственность за случившееся. Даже если это был обыкновенный несчастный случай. Но ты же сам понимаешь, что, когда охотятся такие важные господа с полными карманами денег, они и егеря любого, и проводника пошлют куда подальше. Они и не удосуживаются брать кого-нибудь из них с собой в лес. Те так и сидят в охотничьих усадьбах.
– Все равно с ними стоило бы пообщаться, – настаивал Крячко.
– А где их найти?
– Ладно! – Полковник махнул рукой и поднялся со стула. – Поеду-ка я еще раз наведаюсь к Угланову. Авось там никому не придет в голову меня пришить. Если не вернусь, считай меня коммунистом. А ты можешь сидеть и продолжать названивать Гурову.