Страница 13 из 30
Вьесчи задумался, и на этот раз он не играл и не притворялся – размышлял серьезно, напряженно.
– Никто. Хотя… Нет, никто.
Кадаверциан продолжал пристально смотреть на него, и видимо собеседник понял, что придется говорить все до конца:
– Есть кое-кто, кто мог быть в курсе. Но, уверяю, это абсолютно…
– Кто?
– Моя дочь. – Рамон увидел недоумение, появившееся на лицах некромантов, и усмехнулся. – Я обратил ее полгода назад и доверяю, как самому себе. У девочки выдающиеся математические способности, и оставить ее в той дыре, где она жила, было выше моих сил.
– А она не могла…
– Дона, я вас умоляю, ей всего восемнадцать. – Вьесчи поднялся и принялся расхаживать по кабинету. – Что ее может интересовать кроме нарядов и парней? Да она в восторге от самой себя и своих новых возможностей. Ей нет дела до наших интриг.
– Напрасно вы так думаете, Рамон, – мягко заметила Дона. – Не стоит недооценивать восемнадцатилетних девочек.
– Хорошо. Я поговорю с ней, – нехотя согласился вьесчи.
– Если бы господин де Кобреро своевременно сообщил мне о случившемся, – любезно улыбнулся Кристоф, – сейчас мы бы знали об этом наверняка.
Господин де Кобреро считает тебя организатором нападения, – сухо напомнила Дона.
Уважаемые родственники, – Рамон выразительно постучал по циферблату своих часов. – Кто-нибудь следит за временем? Быть может, вы обсудите все инсинуации господина де Кобреро после его ухода?
Дона прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. Кристоф насмешливо сверкнул глазами.
– Вижу, что мне не удалось рассеять ваши сомнения, впрочем, как и вам мои. Зато теперь у нас есть причина для следующей встречи…
Миледи, – Вьесчи поцеловал руку Доне, – несмотря на все недоразумения, был счастлив видеть вас. Кристоф…
– Я провожу.
Колдун кивнул девушке, прося ее остаться, и вместе с негоциантом вышел из гостиной.
Когда Кристоф вернулся, Дона держала на коленях книгу памяти и медленно перелистывала страницы.
– Я не знала, что ты заполняешь ее.
Он облокотился на спинку кресла, в котором сидела мистрис.
– А имени Вольфгера нет. – Вилисса коснулась бумаги, на которой остались последние строчки, начертанные рукой учителя. Он всегда писал на валашском, гусиным пером.
– Дона, – Кристоф наклонился, и девушка почувствовала, как его волосы коснулись ее щеки. – Скажи, ты действительно думаешь, что я мог его предать?
– Нет. – От острого запаха пыли запершило в горле, она резко захлопнула книгу и повторила тихо. – Нет…
И совсем уже, было, собралась попросить прощения за свои недостойные сомнения, но Кристоф не дал этого сделать, заговорив сам:
– Тебе не кажется, что господин де Кобреро открыл слишком много карт? Буквально вывалил перед нами всю колоду.
Дона повернулась, чтобы видеть его глаза.
– Да, за последнюю ночь я узнала о вьесчи больше, чем за прошлое столетие. И меня…
– … это настораживает, – закончил за нее Кристоф и добавил. – Я хочу сьездить в дом Вольфгера.
– Я с тобой. – Она стремительно поднялась. – Понимаю, это глупо, но теперь мне за каждым углом мерещится ловушка.
– Нам надо быть осторожнее. Особенно – тебе. Я не хочу, чтобы здесь, – он постучал пальцем по обложке книги, – появилось и твое имя.