Плюс на минус

- Кто там?

- Это я! - Голос у меня после пробежки был лет на десять старше обычного. - Откройте, Елена Викторовна…

- Какие еще "это я" с утра в воскре… - Приоткрыв дверь на пару сантиметров, Леночка разглядела, что за "я" ходят в гости по утрам, и, охнув, немедленно попыталась захлопнуть дверь - но я уже входил.

Жалобно тренькнула цепочка. Дальше включились рефлексы - рывок в сторону, чтобы не маячить на фоне проема, вдоль стены к входу в комнату… рука хватанула воздух там, где обычно находилось цевье автомата, я опомнился - и захлопнул наконец входную дверь.

- В квартире еще кто-нибудь есть?

- К-к-кот… - как-то неуверенно вякнула фифа.

- Из людей?!

- Из людей - никого! - Скривившись, Леночка демонстративно потерла красную полоску на лбу.

- Хорошо… - Я сделал глубокий вдох, пытаясь хоть немного унять бешеный стук в груди. - Пошли в комнату.

- Нет.

Раз-два-три-четыре-пять, спокойствие, только спокойствие…

- Ладно, будем торчать в прихожей, - согласился я. - Новости смотрела?!

- Только что.

- Так вот - я этого не делал!

- Этого - чего?

- Не убивал я этого козла!

Ответный взгляд Леночки не хуже слов сообщил мне, что степень ее доверия ко мне в данный момент составляет примерно ноль целых фиг десятых.

- Ты зачем ко мне пришел?!

- Некуда больше. И не к кому. Ты - единственная, кто может мне помочь!

- Интересно, чем же?

- Блин, ну ты же была там, на той поляне! - не выдержал я. - Видела, что никого из этих долбаных ролевиков я и пальцем не тронул!

- А, ну да, - медленно кивнула Леночка. - Была. А кроме меня там еще были пятьдесят человек - и все они сейчас в телевизоре дружно рассказывают, что убийца их товарища именно ты!

- Пошли в комнату.

- Никуда я не пойду! - отрезала блондинка. - А вот, ты…

В этот момент мне окончательно надоело стоять в прихожей. Я шагнул вперед, сцапал запястье фифы и потащил ее за собой.

Первые три шага по коридору Леночка, видимо опешив от моей наглости, протащилась сравнительно легко. Но, едва перешагнув порог комнаты, завизжала и свободной рукой попыталась - чертовски неумело - заехать мне по уху. Перехватив ее кулачок, я слегка сжал пальцы, чтоб неповадно было, и толкнул свою добычу на диван.

- Еще раз, по буквам. Я. Не. Убивал. Этого. Козла. - И после короткой паузы неожиданно для себя добавил: - А вот насчет тебя не уверен.

- Ты что?! - На этот раз визг был куда более злобным. - МЕНЯ подозреваешь?!

Я открыл рот, чтобы сообщить Леночке о том, что подозреваю сейчас всех и каждого, и в этот миг в дверь позвонили!

Сане я ничуть не доверяла, но объяснять милиции, что "он сам пришел", мне совершенно не хотелось. Пусть она его где-нибудь в другом месте ловит!

- В шкаф! - прорычала я, подскакивая к оному и рывком отодвигая зеркальную дверцу.

Впечатленный моим перекошенным лицом, мужик беспрекословно позволил упихать себя между дубленкой и шелковым пеньюаром поросячьего цвета, подаренным бывшим (в нетипичном приступе щедрости: наверное, ему самому на халяву досталась). Мерзкая тряпка тут же соскользнула с вешалки Сане на голову, но распутывать их было некогда.

- И чтоб ни звука! - яростно дернула я створку обратно и побежала открывать. В прихожей на секунду замешкалась, прикидывая, не надеть ли тапочки для солидности - по квартире я даже зимой хожу босиком, - но у порога стояли только плюшевые "зайчики" с волочащимися по полу ушами.

Плюнув на имидж, я отщелкнула замок и второй раз за утро получила дверью по лбу.

- Простите, - бросил ввалившийся в квартиру мужчина, причем по его тону было ясно, что раскаивается он ничуть не больше Сани.

Я всегда относилась к правоохранительным органам с симпатией и уважением. Правда, до сих пор мои контакты с этим славным учреждением ограничивались просмотром сериала "Улицы разбитых фонарей" да вызовами участкового дяди Пети, когда жившие сверху алкоголики устраивали совсем уж разудалый праздник жизни.

Прятать в шкафу убийцу в розыске мне еще ни разу не доводилось.

- Оперуполномоченный Наумов, - представился гость и, не снимая ботинок, по-хозяйски прошел в комнату.

В отличие от дяди Пети, щупленького пожилого милиционера с тихим голосом, которого даже хулиганы стыдились обижать, оперуполномоченный не понравился мне с первого взгляда. И дело было вовсе не в потном свалявшемся свитере, надетом под новый кожаный пиджак. Я как будто очутилась в одной клетке с тигром, который еще не определился, кто перед ним: долгожданный обед или низкокалорийная швабра уборщика.

- Елена Викторовна Коробкова? - для проформы уточнил тигр, то есть Наумов.

- Да, паспорт показать?

- Не надо, - отрезал оперативник с таким видом, словно в прокуратуре на меня уже давным-давно заведено личное дело с номерными фотографиями в профиль и анфас. - Полагаю, вы догадываетесь, почему я здесь?

- Конечно, - ляпнула я. - В смысле, новости смотрела.

- Новости… - с отвращением повторил тот. - Ладно, начнем по порядку. - Милиционер раскрыл блокнот и щелкнул кнопкой автоматической ручки. - Как давно вы знакомы с Александром Топляковым?

- Меньше суток.

- В каких вы отношениях?

- Вы что, шутите? Я с ним всего-то пару часов общалась! Причем хватило по горло.

- И какое у вас о нем сложилось впечатление?

- Плохое, - мстительно сказала я, - По-моему, ему еще лечиться и лечиться, причем под пристальным врачебным наблюдением.

- Вы недалеки от истины. - Оперативник продолжал буравить меня взглядом. - Топляков серьезно болен. У него сорвана психика, он неадекватно воспринимает реальность и не контролирует свои поступки, как наркоман во время ломки. Вы ведь не стали бы заступаться за наркомана, правда?

Вся моя решимость куда-то испарилась. Дико захотелось ткнуть пальцем в шкаф и пулей вылететь из квартиры… но тут я вспомнила о гранате. Вдруг у Сани еще одна есть?! Причем - откровенный идиотизм! - первой в голову пришла мысль о восьмистах сорока долларах, которые я копила на ремонт, храня в меховой шапке на верхней полке шкафа. Я представила, как они ошметками разлетаются по комнате (мысль об ошметках собственных почему-то волновала меня куда меньше), и поспешно сцепила пальцы.