Страница 6 из 19
Олли хмыкнул. А как не соблюдать, коли у Повелителей Мертвых вечная нехватка рабочего материала. Волей-неволей тише воды себя вести будешь, лишь бы не вспомнили о тебе Темные Мастера. С другой стороны, в городах некромантов не вдохнешь полной грудью. Алхимические лаборатории чадят не переставая, от едкой вони реактивов постоянно першит в горле…
— Посторонись, козявка! — рявкнули сзади.
Олли пришлось прижаться к стене, пропуская груженную ящиками телегу. Проезжая мимо, возница-шаруш смачно сплюнул в его сторону и Довольно загоготал.
Животное, грязное, волосатое животное! Олли хотел крикнуть, чтобы мерзкая обезьяна убиралась в свои леса, но сдержался. С этим он справится, да только рядом целая слобода шаруш. Начнется драка, сразу набегут. А если дойдет до стражников-кнешаль, то и вовсе проблем не оберешься. Нет уж, лучше смолчать.
Свернув на площадь Цветов Ночи, Олли немного приободрился. Мостовую здесь подметали, а перед праздниками рабы даже мыли деревянные тротуары. Можно не бояться извозиться в грязи по уши. Да и стража сюда заглядывает, что весьма ценно.
Отсюда на Таларенский Холм вела прямая как стрела улица, соблазняя короткой дорогой, но Олли со вздохом выбрал кружной путь. Ближе к Холму начинались купеческие лабазы, и после прошлогоднего пожара здесь не жаловали пси-фей. Какой-то пьяный недоучка накуролесил, а всем его собратьям приходится расхлебывать.
Чем дальше Олли уходил от бедных кварталов, тем более красивым становился город. Куда ни глянь, всюду аккуратные фасады домов, море зелени, уже появляются особняки знати и редкие дворцы магов. В воздухе отсутствуют «ароматы» мусора и выгребных ям. Мерзко скрипящие телеги сменяются каретами и паланкинами. Он не отказался бы пожить здесь на пробу, а еще лучше — сразу на Таларенском Холме.
Особняк младшего владетеля Цурета ан Касима стоял немного на отшибе, отгородившись от соседей каменным забором. Стены из зеленого мрамора, над крышей радужное сияние, из-за чего и не разберешь, какого она цвета. На воротах герб — сжимающая синее солнце рука кнешаль, между пальцев пробиваются тонкие лучи. Все правильно. Он на месте.
Чего надо, козявка? — Охранник владетеля оказался из шаруш. Обезьянам было тесно в лесах, они лезли в города, нанимаясь за сущие гроши. Работа, от которой кнешаль или дасур презрительно воротил нос, становилась даром судьбы для лесовика. Вот и получалось, что шаруш нанимали обедневшие семьи аристократов или купцы, которых заботила одна лишь выгода. Еще один признак падения рода Касима.
Вольный охотник Олли Блигдейн. У меня назначена встреча с господином Цуретом, — сказал Олли. Сейчас ему было не до оскорблений. Разберется с делами, а там… там посмотрим, кто козявка. Но он все-таки не удержался от шпильки: — Могу бумаги показать, если читать умеешь…
Читать?! Ах ты мелкий гаденыш! — Похоже, Олли задел больную мозоль здоровяка. С лязгом отодвинув задвижку, тот рывком отворил калитку и высунулся наружу. — Сейчас ты…
Что случилось, Гррых?! - раздалось откуда-то из-за спины шаруш. Лесовик дернулся и снова скрылся за воротами. До Олли донеслось: — Господин управитель, тут приперся…
— Что?!
Виноват, ваша милость! Бродяга-псифей пришел, требует хозяина. Прикажете вышвырнуть вон?!
Лучше заткнись, болван. — Перед Олли появился зеленокожий кнешаль в камзоле с кружевами на рукавах. Судя по татуировкам на щеках, из простых. — Входите, владетель ждет вас.
Внутри дома стали еще более заметны следы упадка. Обшарпанные двери, ветхие шторы. Куда-то пропали обязательные для домов знати картины со сценами битв прошлого, статуи воинов и магов. От былой роскоши остались лишь деревянные панели, инкрустированные костью, но и они потеряли свой вид.
Олли мысленно усмехнулся. Нет, определенно он правильно выбрал кандидата в компаньоны. Этот отказаться не должен.
Господин Цурет ждал его в оружейной, сидел за широким каменным столом и зачаровывал черные стрелы. Аккуратно зажимал древко в тисках, затем кисточкой рисовал на наконечнике руну и касался ее жезлом заклинателя. Олли немедленно ощутил укол зависти. Он так не умел. Не было возможности получить классическое образование, учителем для него стала сама жизнь. Увы, но таким путем могущественным магом не станешь. Впрочем, будь иначе, ему бы не понадобились компаньоны.
Ожидая, пока владетель обратит на него внимание, — Олли присел на скамью у стены и огляделся. В отличие от остального дома, эта комната находилась в идеальном порядке. Каждая вещь на своем месте, нигде не видно грязи и пыли. Чувствуется, здесь бывают часто, Не зря о хозяине особняка говорили как о воине-маге. Пусть не самом лучшем, но и далеко не последнем. Хотя, на взгляд Олли, если бы владетель в свое время выбрал стезю политика, а не воина, глядишь, род и не захирел бы.
— Я прочитал твое письмо, охотник, — сказал вдруг Цурет, не поднимая глаз. — Сказанное там… правда?
Как бы ни был беден род, спесь никуда не девается, с неудовольствием отметил Олли, но вслух сказал:
— Разумеется, мой господин. В письме я опустил многие подробности и…
— Тогда расскажи мне, псифей. — Взгляд, которым беловолосый кнешаль уставился на гостя, горел огнем едва сдерживаемой ярости. Любой бы испугался, но не Олли. Он, наоборот, успокоился. Можно было не волноваться, младший владетель заглотнул наживку.
Как я уже писал, год назад мне пришлось сопровождать караван купца-васуки в Кадасур. В окрестностях Дерильги у некромантов взбунтовалась какая-то тварь. То ли боевой голем, то ли вырвался из узилища плененный дух… Неважно. Отовсюду нагнали вояк, магов, и мы надолго застряли в городе.
Когда я говорил о подробностях, то не просил байки о жизни дасур. Черного солнца им в небо!
Это предыстория, мой господин. История будет дальше, — сказал Олли упрямо. Он не любил, Когда его прерывали. — Так вот, чтобы скоротать время, я отправился в библиотеку при купеческой гильдии. Не буду утомлять вас описанием того, как я натолкнулся на этот документ, лишь скажу, что в руки мне попала хроника Второго похода за веру. Уж не знаю, как она попала к дасур, но…