Страница 17 из 41
Не слыша звуков погони, Флятфут обрел уверенность. Чужак потерял их след. Пещерный человек двигался теперь медленнее, ища взглядом нору побольше, куда можно было бы заползти с девушкой. Там он будет вне всякой опасности.
А завтра Флятфут выйдет, найдет этого человека и убьет его, сейчас же ему предстояло более приятное занятие, и он не хотел, чтобы ему мешали.
Вдруг он заметил в нескольких ярдах справа от себя, -в траве, какое-то движение, это Уолдо, наткнувшись на то место, где Флятфут схватил Надару, взобрался на небольшое возвышение, чтобы осмотреть с него густые заросли.
Какое-то время Уолдо наблюдал, а затем, неподалеку от себя, услышал шорох. Остальное решала быстрота.
Заметив своего врага, Флятфут перекинул Надару через плечо и побежал в направлении противоположном тому, каким следовал.
Эта уловка ему удалась, потому что когда Уолдо достиг того места, где его путь должен был пересечься с путем дикаря, Флятфута уже не было, и юноша потерял не одну минуту драгоценного времени, стараясь обнаружить следы врага. Наконец он все-таки напал на след Флятфута и, удвоив скорость, помчался сквозь высокую траву.
Уолдо пробежал совсем немного, когда у самого подножья скал, которые он видел с холма, след внезапно оборвался.
Впереди он увидел тех, кого искал — Надару и Флятфута, который нес ее на плече. Дикарь бежал к пещерам, видневшимся на поверхности скалы, и если он достигнет одной из них, то станет защищать вход в нее, и Уолдо в одиночку будет не справиться с Флятфутом.
XI
ТРОФЕЙ
В тот самый момент, когда Уолдо появился из джунглей, Надара увидела его и, сделав стремительное движение, вырвалась из рук Флятфута.
Издав свирепый вопль, Флятфут обернулся и увидел устремившегося к ним гиганта.
Девушка не знала, как ей быть — то ли бежать, то ли попытаться задержать своего мучителя. Флятфут же понимал, что выход у него один — вступить в поединок, так просто девушки он не отдаст.
Подняв огромный кулак, одним ударом которого он отправил на тот свет не одного взрослого мужчину, Флятфут намеревался обрушить его на голову Надары. Но ей удалось уклониться, и когда Флятфут занес руку, чтобы ударить вновь, Тандар с расстояния ста футов, которое отделяло его от Надары и Флятфута, мощным броском швырнул в их, сторону свое легкое копье.
Это был чудовищный риск, потому что между волосатой грудью дикаря, куда целился Уолдо, и прелестной головкой пленницы почти не оставалось просвета. Если б кто-то из них пошевелился в тот миг, когда летело копье, оно могло бы поразить того, кого должно было спасти.
Тяжелый кулак уже был занесен над лицом Надары, когда копье поразило Флятфута, но поскольку он успел прикрыть грудь рукой, копье вонзилось не в сердце, а в руку дикаря.
Однако службу свою оно сослужило. Взвыв от боли и ярости Флятфут позабыл о девушке, и как безумный кинулся на Уолдо.
Схватившись за меч, представлявший собой заостренную крепкую палку, Уолдо стоял, готовый к встрече с противником. Это была первая его попытка прибегнуть на практике к мечу и щиту, и Уолдо хотелось оценить их достоинства.
Перед тем, как кинуться на Уолдо, Флятфут выдернул вонзившееся в руку копье и нагнулся, чтобы подобрать один из многочисленных камней, разбросанных у подножья скалы.
Пещерный человек ревел как взбешенный бык, в его близко посаженных глазах горела ненависть, верхняя губа приподнялась, обнажив устрашающие клыки.
Трудно было представить себе более кровожадного зверя, но к своему удивлению Уолдо понял, что не боится его, и даже улыбнулся, подумав, какое впечатление произвело бы на него это дикое чудовище еще совсем недавно.
Увидев эту насмешливую улыбку и обезумев от ярости, Флятфут что было сил запустил камень в ненавистное ему лицо. Быстрым движением левой руки Уолдо щитом отразил камень и тот, не причинив юноше ни малейшего вреда, скатился на землю.
Вторично швырять камень Флятфут не стал, а кинулся на бостонца — гордость и надежду аристократического рода Смит-Джонсов.
Но схватить проворного светловолосого богатыря Флятфуту не удалось, он напоролся на сплетенный из прутьев щит, покрытый шкурой, и когда захотел пробить его, в живот ему вонзился меч.
Флятфут был ошеломлен. Отпрыгнув на несколько футов назад, он свирепо уставился на Уолдо. Затем пригнул голову и снова ринулся на Уолдо с явным намерением сбить его с ног всей массой своего стремительностью атаки.
На этот раз острая палка вонзилась Флятфуту в шею.
Острие вошло чуть пониже плечевых мышц и косматый дикарь завопил от боли и ярости.
Но прежде чем Уолдо успел выдернуть палку из тела Флятфута, тот, резко дернувшись, выпрямился и меч сломался, так что в руках у Уолдо остался лишь короткий обломок.
Надара, затаив дыхание, следила за поединком, готовая бежать, если перевес окажется на стороне Флятфута, и в то же время искала возможности помочь своему спасителю.
Как и Флятфут, девушка никогда не видела ни копья, ни меча или щита, и если сперва радовалась, видя преимущество, которое они давали Уолдо, то теперь, увидев, что меч сломался, а от копья остались одни щепки, стала сомневаться в благоприятном исходе битвы.
Но у Уолдо еще оставалась дубинка, и когда пещерный человек вновь кинулся на него, Уолдо нанес ему мощный удар по низкому тяжелому лбу.
Оглушенный противник пошатнулся, задрожал, колени его стукнулись друг о друга, однако в тот момент, когда Уолдо следил, как тот начинает падать, дикарь, подчиняясь главному закону природы, собрал все свои силы и в слепой ярости, охваченного страхом смерти зверя, вцепился в горло бостонца и поволок его за собой.
Оба рухнули на землю и одновременно мертвой хваткой сжали друг другу горло.
Теперь они лежали без движения, задыхаясь от неослабевающих тисков. Исход поединка решала выносливость.
Уолдо чувствовал, как от боли разрываются его легкие при попытке сделать глоток воздуха.
Он пытался освободиться от этой чудовищной хватки, но ни на секунду не ослабил своей, наоборот старался покрепче стиснуть горло противника, чувствуя как из него самого уходит жизнь. Уолдо все больше и больше слабел. Боль стала невыносимой.
Глаза ему застлала пелена — все погрузилось во тьму, в затуманенном мозгу — что-то гудело и крутилось со страшной скоростью.
Теперь девушка склонилась над ними, поскольку оба почти не шевелились. Она хотела помочь Тандару, но когда вспомнила, как он скрылся от нее, в ней снова вспыхнуло чувство жгучей ненависти.
Пусть умрет, подумала она. Он отверг ее, сбежал от нее, относился к ней свысока.
Пусть теперь сам заботится о себе, пусть они сами решают исход своего поединка и, повернувшись, она пошла по проторенному следу в сторону своей деревни.
Но едва она сделала несколько шагов, как что-то всколыхнулось в ее душе и от враждебности по отношению к Тандару не осталось и следа. И тогда она решила вернуться к месту поединка, стараясь оправдать свою слабость мыслью о том, что в ответ на помощь, которую оказал ей светловолосый юноша, было бы справедливо помочь и ему, и что когда она это сделает, то сможет со спокойной совестью продолжить свой путь.
Нет, она никогда не захочет увидеть его вновь, просто она не желает быть повинной в его смерти. Подумав так, она вскрикнула и побежала.
Оба мужчины лежали без движения, сражение закончилось. Подбежав к ним, Надара увидела, что тело Флятфута обмякло, а руки сжимавшие горло Уолдо, разжались.
Светловолосый богатырь раз или два конвульсивно дернулся, стараясь глотнуть воздуха, глаза его широко открылись, затем закатились, и больше он уже не двигался.
Надара с ужасом взглянула на мертвенно-бледное лицо юноши и бросилась в джунгли.
Торопясь, и то и дело спотыкаясь от усталости, застревая в густой траве, она прошла с четверть мили, и нашла то, что искала — небольшой ручей, который, извиваясь, сбегал по долине к океану.
Опустившись на колени, она наполнила рот освежающей водой, через миг поднялась и поспешила в том направлении, откуда только что пришла.