Страница 8 из 8
– Стоять, суки! – крикнул Кот. – Кто с места рыпнется, завалю.
Мужики отступили назад. Только экспедитор остался, где стоял.
– Ты что это там достал? – пролаял он в ответ. – А ну убери свою пукалку.
Экспедитор сделал несколько шагов вперед. Костян, немного опустив ствол, нажал на спусковой крючок. Выстрел. Пуля попала ниже колена, в голень. Нога подломилась, экспедитор, бросив цепь, завалился на бок и завыл по-собачьи. Мужики, видя, что дело серьезное, попадали носами на землю и замерли, не смея пошевелиться.
– На землю всем, – из темноты вынырнул Килла. – На землю, суки рваные!
– Лежать, мрази! – кричал Кот.
Кот помог Раме выбраться из этой кучи малы. Килла бросился искать выпавший из руки ТТ. И быстро нашел. Он вернулся к лежащим на снегу мужикам, потыкал стволом одного, другого, третьего…
– Ну, все, хана вам всем, падлам, – пообещал он. – Сейчас завалю, падлы! Уроды вонючие!
– За руль, Килла, – крикнул Кот.
Он уже перетащил Димона из грузовика на заднее сиденье бумера. Надо было уезжать, не теряя ни минуты.
Глава третья
Около часа бумер катил по темноте, петляя по проселочным дорогами. Ни встречных машин, ни указателей. Когда на место одного из двух пропоротых колес поставили запаску, машина пошла лучше. Но тачку трясло, дефектное колесо жевало резину. Димон, согнув ноги и положив голову на колени Рамы, лежал на заднем сиденье, временами стонал в голос. Эти стоны доводили до исступления. Но когда Димон терял сознание, они прекращались. Рама, напуганный тишиной, принимался теребить Ошпаренного, пока тот снова не приходил в чувство. Пару раз останавливались, врубали свет в салоне, задирали Димону рубаху, осматривали живот. Но что там разглядишь… Все пузо и даже грудь залиты кровью, которая быстро засыхала и шелушилась, как старая краска.
Костян вытаскивал аптечку, скатывал из обрезка бинта жгутик, засовывал его в глубокую рану. На какое-то время кровотечение остановилась. Димон продолжал стонать, беспокойно елозил на сиденье, стараясь перевернуться со спины набок. Но любое движение вызывало новый приступ боли. Рама держал его за плечи, чтобы не вертелся, повторяя: «Тише, тише ты». Но Димон не слушал или не понимал слов, делал новые попытки перевернуться набок. Кровотечение продолжалось, Ошпаренный быстро слабел.
– Держись, братан, – повторял сидевший за рулем Килла. – Сейчас мы тебе больничку найдем.
– Хрена мы тут чего найдем, – вздохнул Кот. – Темень такая. Глухомань.
После очередной остановки проехали еще километров пять. С обеих сторон асфальтовую дорогу в два ряда обступил хвойный лес. Где они сейчас? Куда едут? Неожиданно впереди на обочине показался яркий щит, укрепленный на железных столбиках. Кажется, указатель. Издалека отчетливо виден красный крест. Вот это удача. Значит, где-то совсем рядом, возможно, в двух шагах, за следующим поворотом, больница или госпиталь. Красный крест… Не зря сюда перли, не ошиблись, выбрав направление.
Килла притормозил, чтобы получше разглядеть указатель.
– Тьфу, мать их, – выругался Килла.
На большом куске жести был нарисован горящий костер, на заднем плане голубой лес и речушка. Лирическая картинка перечеркнута жирным красным крестом. Внизу надпись: «Костер рыбак не погасил, окрестный лес огонь скосил».
– Вот же кидалово, – кивнул Кот.
Димон снова застонал. Проехали еще пару километров, миновали спящую деревеньку в несколько дворов, ни одно окно не светится, даже собаки не лают. И снова потянулся мрачный лес, которому, кажется, не будет конца. Из-за дальнего поворота вынырнул светлый микроавтобус, фары дальнего света ослепили Киллу, он не мог разглядеть тачку до тех пор, пока она не поравнялась с бумером. Уазик с красной полосой вдоль кузова и надписью «Скорая помощь». Машина проехала мимо.
– Это же «скорая», – крикнул Килла.
Врубив заднюю передачу, стал отчаянно сигналить. Задом он погнал бумер за уазиком. Поравнявшись с ним, опустил стекло, стал кричать водиле, чтобы тот остановился. Уазик шел тяжело, лысая резина плохо держала дорогу. Но водитель, напуганный появлением странной иномарки и этой неожиданной погоней, не сбавлял ход.
– Да тормози ты! – кричал Килла, срывая голос. – Куда прешь, урод? Тормози, тебе говорят.
Прибавив хода, бумер задом обогнал машину «скорой помощи», встал перед ней, перерезав дорогу. Водитель ударил по тормозам, понимая, что гонка проиграна. Килла открыл дверцу кабины. Костяк вышел из машины, стукнул ладонью по ветровому стеклу уазика.
– Где доктор?
– У нас там человек умирает, – Килла показал пальцем на бумер.
– Нет тут никакого доктора, – водила выпрыгнул из кабины, помотал гривой седых волос. Он уже справился с первым испугом, поняв, что машину у него никто отбирать не собирается и самого, кажется, не покалечат.
– Да ты чего, не понял? Я тебе говорю: давай в больницу вези.
Костян схватил водилу за шкирку, тряхнул. Приподнял и снова поставил на асфальт.
– Ну, где доктор?
– Говорю же, это моя машина, – сказал мужик. – Я ее выкупил. У нас уже пятый год больница не работает, вот я и…
Кот обошел уазик, схватившись за ручку, рванул ее на себя. Дверца распахнулась, на мокрый асфальт посыпались вилки капусты, которыми микроавтобус оказался набит по самую крышу. Капуста падала и падала вниз, пока на дороге не образовалась целая гора из зеленых кочанов.
– А где ближайшая больница? – напирал Килла.
– Я же говорю, в Полыни.
– Какие Полыни, чего ты гонишь?
– Райцентр Полыни, – терпеливо объяснял водила.
– Короче, разворачивайся, – сказал Кот. – Выгружай свои овощи. Повезешь нас в эти Полыни. Покажешь, как там все.
– Ребят, у меня бензина не хватит, – заволновался водила. – И вообще, не надо вам в Полыни. Мы тут все у Собачихи лечимся.
– У какой еще Собачихи? Слушай, ты что больной или прикалываешься? – дергался Килла. – Совсем охренел…
– Да подождите вы, – крикнул Кот. – Давай рассказывай, что за Собачиха.
– Ну, я же говорю, бабка… Она поможет, ну, если роды принять. Или что. В прошлом годе Вити Смирнову ногу косилкой отрезало. Так она пришила. За раз.
– Ладно, давай, поехали к твоей Собачихе, – сдался Килла.
– Нет, не поеду, – нахмурился водила, его глаза потемнели от суеверного страха. Кажется, мужик боялся эту старуху. – Я точно сказал: не поеду.
– Ты чего, офигел? – Килла схватил мужика за отвороты телогрейки, потянул на себя, несколько раз припечатал спиной к борту уазика.
Кот кое-как оторвал Киллу от водилы.
– Скажи, как доехать до твоей Собачихи.
– Да тут всего полкилометра по трассе. Потом направо. Там плохая дорога будет, дождями развезло. Потом старый комбайн. От него первый дом – Собачихин.
– Пошли, – сказал Рама, отступив от водилы.
– Ладно, мужик, спасибо тебе, – добавил Кот.
Поворот нашли без труда, съехали с асфальта на припорошенную снегом грунтовку, сбавили ход.
Через пару минут колеса провалились в промоину, схваченную сверху ледяной коркой и укрытую снегом. Рама, пересевший за руль, выругался. Он попытался сдать бумер назад, дергал вперед. Но колеса лишь глубже увязали в рыхлых колеях. Снег и комья грязи летели из-под покрышек. Движок захлебывался на полных оборотах, но бумер никак не хотел вылезать из промоины.
– Все, сели, – покачал головой Рама.
Кот и Килла, выбравшись из машины, принялись толкать бумер сзади, но машина только глубже увязала в раскисшей глине. Рама попеременно врубал передний и задний ход, выворачивал руль. На заднем сиденье очнулся и начал стонать Ошпаренный. Он больше не говорил связных слов, не просил пить, выдавливал из себя какие-то междометия и снова стонал. Кажется, у него подскочила температура, начинался бред. Бумер рывками двигался назад и вперед, пока не сел по самое брюхо.
– Погоди, Петька, сейчас еще толкнем, – крикнул Кот.
Но в машине уже никого не было. Кот увидел спину Рамы. Чтобы не поскользнуться и не упасть, Петя широко расставлял ноги и, медленно удаляясь от бумера, шагал вдоль заполненной водой колеи, неся на руках затихшего Димона.
Конец ознакомительного фрагмента. Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.