Страница 8 из 14
– Что-нибудь случилось?
– Пошли в дом, там поговорим.
Обернувшись, я поискала глазами Бульдога.
– Бульдог, растопи нам камин.
Бульдог курил сигарету и разговаривал с кем-то по мобильному.
– Бульдог, растопи нам камин, – повторила я громче.
Бульдог убрал трубку от уха и удивленно уставился на меня.
– Я здесь печником не работаю, – отрезал он.
– Что это с ним? – удивилась Юлька.
– Не знаю. Наверное, стриптизерше своей звонит.
Я подозвала охранника и попросила его растопить камин. Когда дрова разгорелись как следует, мы сели напротив и стали смотреть на огонь.
– Что ты хочешь выпить? – поинтересовалась Юлька.
– Не знаю. Что-нибудь покрепче.
– Тогда давай текилу.
– Пойдет.
Юлька разлила текилу по бокалам и в упор спросила:
– Чупа, я слишком хорошо тебя знаю. Что случилось?
– Я беременна.
– Как? – Юлька выпучила глаза и открыла рот.
– Молча. Беременна, и все.
– От кого?
– Ты спрашиваешь то же самое, что и Бульдог. От Фомы, конечно, от кого же еще?
– Но ведь вы уже сто лет вместе не спали!
– Как видишь, бывало.
– И какой срок?
– Почти три месяца. Я сегодня вызывала врача. Чувствую, что-то со мной не так. Плохо мне, понимаешь?
Юлька с минуту помолчала, затем растянула рот до самых ушей и радостно закричала:
– Поздравляю! Ты даже не представляешь, как я рада!
– Ты серьезно?
– Конечно! Я просто счастлива. Чупа, я хочу девочку!
– Ты что, дура? Я послезавтра иду на аборт.
– Почему? – сникла Юлька.
– Потому что мне сейчас ребенок не нужен! Я только-только почувствовала власть и терять ее не собираюсь!
– Да, но ребенок тебе совсем не помешает. Он только утвердит твою власть. В конце концов, это же твоя маленькая частица, твоя кровинка.
– Ага! Что-то ты свою кровинку не рожаешь. А как от Витьки забеременела, так сразу на аборт побежала…
– Во-первых, я на пять лет тебя моложе. А во-вторых, я об этом очень даже сильно жалею. Может, я и хочу теперь забеременеть, да не получается…
– А я не хочу рожать ребенка без отца.
– Ты еще выйдешь замуж, и у твоего ребенка обязательно будет отец.
– Вот я и не хочу, чтобы моего ребенка воспитывал отчим. Знаешь, какое самое сильное воспоминание моего детства?
– Какое?
– Как ко мне приставал мой отчим. Он делал это постоянно, когда мать была на работе.
– А она что, ни о чем не догадывалась?
– Представь себе – нет. Даже если бы я ей это сказала, она бы мне все равно не поверила. Она мне вообще никогда не верила. Знаешь, как это страшно, когда человек, который тебя растит, лезет к тебе в трусы.
Юлька молча смотрела на огонь, а затем еле слышно произнесла:
– Да, ты права, надо делать аборт. Фома давно уже скурился и снюхался. Какой с него генофонд! А деток ты еще заведешь. Ты у нас чертовски красивая.
Я смахнула слезу и тихо сказала:
– Конечно. Придет время – и я обязательно рожу девочку. Рожу и назову ее самым красивым именем на свете.
– Каким?
– Лолита.
– Здорово, – улыбнулась Юлька, – и в самом деле красивое имя. Не плачь, Чупа, я понимаю, как тебе тяжело. Но я нисколько не сомневаюсь в том, что ты и в самом деле встретишь свою любовь и родишь самую красивую девочку на свете с самым красивым именем. Надо только немного подождать.
– Юлька, а если со мной что-нибудь случится, ты будешь о ней заботиться?
– Что ты несешь?!
– Ну скажи, будешь?
– Конечно, буду. Только ты сначала ее роди. В данный момент мне необходимо заботиться о тебе.
Юлька вытерла мои слезы и твердо произнесла:
– Вот что, дорогая, тебе надо сделать аборт прямо сейчас.
– Почему именно сейчас?
– Потому что ожидание – это самое худшее и тяжкое из чувств. За завтрашний день ты себя просто изведешь, и все. Нельзя рожать от алкоголика и наркомана. И как я сразу об этом не подумала?! Будут у тебя еще детки. Встретишь ты достойного человека и родишь самую красивую девочку на свете и имя ей дашь какое захочешь!
– Правда? – Я с надеждой посмотрела на Юльку.
– Глупенькая! Конечно, правда.
Я позвонила своему врачу и сообщила ему, что хочу сделать аборт сию минуту. Дедуля сказал, чтобы я подъезжала в гинекологию. Юлька налила мне полный бокал текилы. Я выпила его до дна и почувствовала, как все поплыло перед глазами.
– Это как обезболивающее, – пояснила подруга.
Мы вышли на улицу. Бульдог сидел недалеко от машины.
– Ты куда? – поинтересовался он.
– На аборт.
– Прямо сейчас?
– Да, и чем быстрее – тем лучше.
Бульдог сел за руль, и мы поехали в город.
В больнице нас встретил дедуля. Он дал мне сменную одежду и велел идти следом за ним. Я окинула Юльку и Бульдога грустным взглядом и вошла в кабинет. Когда все закончилось, низ живота противно ныл. Выдавив из себя улыбку, я спросила у доктора:
– Неужели все?
– Все, и все прошло хорошо. Без осложнений. Нужно только немного полежать.
Я легла на кушетку и закрыла глаза. Врач вышел. Минут через пять в комнату вошел Бульдог. Он сел на корточки и взял меня за руку.
– Ну что, живая?
– Живая.
– Как все прошло?
– Слава богу, нормально. А где Юлька?
– В машине по телефону трещит уже целый час.
– Помоги мне встать, и поехали.
– Нет. Тебе надо немного полежать.
– Поехали. Ненавижу больничные палаты.
– Тогда я возьму тебя на руки и донесу до машины. Ты слишком слаба.
– Ладно. Только помоги мне одеться.
Я приказала Бульдогу отвернуться и сняла белую больничную ночнушку, затем натянула платье. Бульдог наклонился и помог мне обуться. После этого он взял меня на руки и понес, словно пушинку, к машине.
– Ну как, подруга, живая? – участливо спросила Юлька.
– Живая, – улыбнулась я. – А ты с кем трещишь не умолкая?
– Со своим ненаглядным.
– Он, наверное, рвет и мечет, что ты осталась у меня ночевать…
– А куда ему деваться! Ты лучше скажи, как все прошло?
– Нормально. Говорят, без осложнений.
– Ну и чудненько. А чувствуешь ты себя как?
– Средней паршивости.
– Ничего. Завтра будет полегче.
Вернувшись на дачу, я с удовольствием вытянулась на мягком кожаном диване, а Юлька устроилась рядом.
– Знаешь, мне всегда казалось, что кожаные диваны должны быть грубыми и холодными, а они, наоборот, мягкие и теплые.
Юлька провела рукой по моей голове и нежно прошептала:
– Вот и все, Чупа. Вот и все.
– Еще бы знать, куда подевался этот придурок Фома. Что за шутку он решил со мной сыграть?!
– Я думаю, что мальчики хоть что-то должны выяснить.
– Я тоже на это надеюсь.
На следующее утро Юлька поехала домой, а я, прислушавшись к совету Бульдога, решила отдохнуть.
Приехав в Гатчину, мы с ним купили небольшой арбуз и съели его, не выходя из машины.
– Как ты провела ночь? – поинтересовался Бульдог.
– Послушай, ты больше похож на врача, а не на телохранителя. Нормально. Как я могу ее еще провести?!
Доев арбуз, мы подъехали к дворцу. Огромное здание серого цвета отличалось от других дворцов своей приглушенной простотой и изысканностью. Когда я стояла на дворцовой площади, мне казалось, что еще чуть-чуть – и начнется сказочный рыцарский турнир, заиграет старинная музыка.
– Нравится? – спросил Бульдог.
– Еще бы, – вздохнула я.
Расстелив покрывало, мы прилегли на травке и уставились друг на друга.
– Ты попроще не мог одеться? – улыбнулась я.
– Как это – попроще?
– Лежишь в таком дорогом костюме на траве.
– Я лежу не на траве, а на покрывале. Ты, наверное, заметила, что я всегда хожу только в костюмах.
– Заметила. Именно поэтому ты мне и нравишься.
– Надо же, а я и не знал, что удостоен чести нравиться тебе.
– Ну хотя бы пиджак сними, жарко ведь, – не унималась я.
– Не хочу, я же на работе. Знаешь что, давай я принесу мороженое?