Страница 10 из 50
– Разумеется.
Вторая карта скользнула по столу к капитану. Отхлебнув медовухи, Илья взял карты. Восьмерка треф и дама червей.
– Еще? – Трус в предвкушении облизнулся. Узловатые пальцы, покрытые черной шерстью, уже вытягивали очередную карту. По раскладу она просилась сама, но Илья почуял подвох. Что-то насторожило его.
– Себе,– аккуратно положив карты на стол рубашками кверху, скомандовал капитан.
Балбес и Бывалый разочарованно вздохнули, но Трус не расстроился.
– Очко,– радостно сообщил он, даже не взглянув на свои карты. Роскошные брюнетки, томно изгибаясь, игриво смотрели на Илью с десятки бубей и туза червей. И тут до него дошло.
– А с чего это наш червонный туз колер сменил? Насколько я помню, он всегда был блондинкой.– Молниеносно выхваченный из-за пояса тесак вонзился в тяжелые дубовые доски. Крестообразная рукоятка завибрировала перед пятачками отшатнувшихся чертей, и карты приняли свой первозданный вид. Червонный туз превратился в пиковую даму, а бубновая десятка в крестового валета.
– Иван, убери ножик,– заныли черти, испуганно косясь на рукоятку тесака.
– Порезаться боитесь?
– Боимся,– вякнул Трус.
– Ладно,– усмехнулся капитан, выдергивая тесак из столешницы и убирая его в ножны.– Жарковато что-то стало.– Илья расстегнул гимнастерку, и массивный серебряный крест, выскользнув из-под камуфляжки, закачался на его широкой груди. Тут уж чертей совсем скрутило.
– Убери, Иван!
– Так вы же в Бога не верите,– засмеялся Илья.
– Оно конечно… не верим,– заерзал Бывалый,– но все равно неуютно.
– Добро,– запахиваясь, согласился Илья,– но чтоб без баловства у меня, а не то…
– Мы согласны, согласны,– загалдели черти.
– Да, кстати, интересно, а у меня-то что? – Илья перевернул свою взятку. Девятка бубей и семерка пик.– Банк сорван, господа. Еще есть желающие испытать судьбу?
– Я, я хочу.– Отпихнув в сторону Труса, Балбес поспешил занять место напротив Ильи.– Чего с меня потребуешь?
– Да что с тебя взять? – махнул рукой Илья.– Поможешь корешку аппарат мастерить, дровишек натаскаешь, может, еще чего по мелочи… да там видно будет. Идет?
– Идет,– решительно мотнул рогами Балбес.– Раздавай.
Илья улыбнулся, отхлебнул в очередной раз из кубка, не спеша потер руки, осторожно массируя подушечки пальцев, заодно проверяя их чувствительность. Выровняв колоду, быстро разделил ее на две части, свел углами вместе и с треском замешал.
– Главное,– пояснил он Балбесу,– это хорошо затасовать карты. Чтобы исключить жульничество.
Черти, затаив дыхание, следили за руками капитана, в которых с неуловимой для глаз скоростью мелькала заветная колода. Продемонстрировав гостям десять способов замешивания карт, среди которых не было ни одного честного, Илья позволил Балбесу сдвинуть колоду на нужном ему месте, и игра началась.
– Еще! – потребовал черт, получив валета и короля. Илья скормил ему еще два очка.
– Еще! – Копытца Балбеса от нетерпения выбивали под столом чечетку.
– Еще так еще,– согласился капитан, и очередной валет перекочевал в руки Балбеса.
– Давай еще,– сатанея от этой мелочевки, прорычал черт, и последний валет скользнул ему в руки. Балбес так долго шевелил губами, подсчитывая очки, что Илье даже захотелось помочь ему, но он сдержал этот порыв. Наконец Балбесу удалось подбить баланс, и его поросячья мордочка застыла в глубокомысленном раздумье. Брать или не брать? Вот в чем вопрос. Двенадцать очков не лезут ни туда, ни сюда. Однако долго думать Балбес, похоже, не любил и, решительно тряхнув рогами, потребовал добавки. Добавку он тут же получил.
– Перебор,– сочувственно проинформировал Балбеса капитан, вытряхивая из колоды туза.– К барьеру, сударь! Ваша очередь.
Бывалый в смятении посмотрел на Труса. Тот растерянно пожал плечами. С видом приговоренного, взбирающегося на эшафот, Бывалый водрузился на скамью:
– А с меня что потребуешь? Тоже дровишек понатаскать?
– Нет. Тебе будет особая задача.
– Какая?
– Морду Кощею набить.
– Кощею?
– Кощею… Нет, ну если боишься, то не надо.– Илья со вздохом постукал колодой карт по столу, выравнивая закраины, и принялся упаковывать ее в картонный футляр.
– Это я-то побоюсь? Да я… я… даже если выиграю, все равно морду ему набью. Сдавай!
– Наш человек! – Илья восхищенно треснул Бывалого по плечу.– Дарю. От всей души дарю. Один черт вам ее у меня не выиграть.
– Это почему? – Бывалый трясущимися руками принял заветную колоду.
– А вот смотри.
В хмельном угаре бравому капитану было море по колено, и в руках у него оказалась точно такая же колода карт.
– Ну заказывай. Какую карту тебе достать?
Бывалый ошарашенно переводил взгляд с одной колоды на другую.
– Семерку крестей,– потребовал Трус, быстрее других сообразивший, в чем дело.
– Нет проблем.
Верхняя карта оказалась крестовой семеркой.
– Даму пик.
– Извольте.
Капитан перевернул колоду и сдвинул ее веером. На изумленных чертей, призывно улыбаясь, смотрели тридцать пять жгучих брюнеток, томно обмахиваясь прозрачными веерами, абсолютно не скрывающими пикантных подробностей их роскошных тел.
– Совсем забыл, первая-то карта какая была?
– Семерка крестей,– нервно икая, проблеял Балбес, автоматически поднимая отдельно лежащую карту.
– Не может быть, а мне показалось, это тоже дама пик.
– Это жульство! – возмутился Балбес, швыряя на стол тридцать шестую пиковую даму.
– Вы колдовством, а я естеством,– развел руками капитан.
– Мужики, нас надули,– ахнул Бывалый.
– Бей его! – храбро пискнул Трус, ныряя под стол.
– Меня? – радостно удивился Илья.– Ну держись, нечисть, щас я вам хари чистить буду.
Стол с грохотом отлетел в сторону, и капитан азартно ринулся в бой.
– Поглядим, на что вы способны! Вас в аду карате обучали?..
Бывалый согнулся пополам.
– А айкидо?..
Мохнатое тело Балбеса смело Бывалого за порог.
– Надо же… чему вас там только учат?
Вечер явно удался: с выпивкой, закуской, песней, а теперь еще и с мордобоем. Грех жаловаться.
– Так их, так, Иванушка! – Медведица в восторге била себя по мохнатым ляжкам, наблюдая, как ее ненаглядный гоняет чертей по подворью.– Гони их в шею!
Все этапы баталии Василиса наблюдала в разных ракурсах, переводя взгляд со своего ручного зеркальца на трюмо, сбежавшее от Кощея. Зеркала исправно вели трансляцию, переговариваясь шепотом.
– Знала б ты, сестричка, как он мне надоел, плешивый черт. То так свои кости передо мной выставит, то в позу станет такую, что пнуть хочется!
– Не завидую. Мне вот с Василисой повезло. Пока она в медведицу не превратилась, так ее отражать одно удовольствие было.
– И уж чего я только не придумывало, чтоб ему, черту старому, не показывать что не нужно. И щит магический, и место, похожее на то, что он просит, да не то…
Пока подруги предавались воспоминаниям, баталия стала подходить к концу, но результаты ее перестали радовать Василису. Вместо того чтобы гнать нечистую силу с подворья, как желала того ее душа, Иван действовал с точностью до наоборот. Черти явно хотели удрать, а он их не пускал. Напрягая все свои силы, избранник Василисы тащил упирающегося Труса и Бывалого за рога в горницу. Балбес уже поджидал их там, связанный по рукам, рогам и копытам. И, что примечательно, своим же собственным хвостом.
Увидев разгром, царивший в горнице, Василиса ахнула:
– Если так дальше дело пойдет, то наших запасов на три ночки не хватит. Никита Авдеевич, Матрена!
К медведице поспешили пепельно-серая рысь и пестрый петух.
– Что приказать изволите, государыня?
– Если на каждую ночку такой стол собирать будем, надолго нас хватит?
– Выдюжим, государыня, не сумлевайся. Лишь бы Ваня выдюжил, а запасы у нас хорошие, Чебурашка расстарался. У него учет – о-го-го! – Рысь протяжно зевнула.