Страница 11 из 16
В ущелье уже были убраны все следы недавней сечи – ни крови, ни трупов, ни оружия. Разве только зарубки на стволах деревьев в саду да вырванная местами до камня трава напоминали, что совсем недавно тут творилось что-то неладное. Молодцы каимцы, неплохо потрудились.
Олег перебросил щит из-за спины в руку, обогнул слева яшмовый дворец, шагнул в знакомую сандаловую дверь.
– Ау-у, хозяин! Ты здесь? Встречай гостя! – громко позвал ведун и уже тише добавил: – Упаси тебя боги сказать, что Урсулы больше нет…
В сумеречном зале царила тишина – только порывы ветра залетали в зал, тихонько посвистывая в вычурных подсвечниках. Похоже, фора мудрому Аркаршу не помогла: Середин успел попасть наверх первым.
– Стой! Стой, кто таков!
Олег улыбнулся, удовлетворенно кивнул и вышел из дворца. Через сад к нему бежали трое парней лет двадцати с только-только пробивающимися усиками. Прекрасная Мара – это же дети! Кто дал им в руки мечи? Неужели он сам был таким всего лет пять назад?
– Стой! – запыхавшись, остановились в трех шагах мальчишки. Щиты повисли на вытянутых руках, ничего не прикрывая, шапки с бронзовыми пластинами наверху не завязаны, мечи болтаются спереди, мешая нормальной ходьбе. – Стой! Кто таков? Отдай оружие!
– Я ищу правителя, служивые, – как мог дружелюбнее улыбнулся Олег. – Он мне очень нужен. Где сейчас мудрый Аркаим? У него были гости. Коли хозяина нет, я согласен встретиться с ними.
– Дай сюда свой меч! – звонким голосом потребовал паренек, что стоял в центре Он был на голову выше двух других и, наверное, мнил себя главным.
– Послушайте меня, смертные, – тихо попросил Олег. – Я воин, ратник. А вы все вчера только от мотыги. И вас всего трое против меня одного. Ответьте мне, и я вас не трону. Против вас у меня на душе зла нет.
– Меч сюда немедля! – взялся за рукоять своего оружия главный мальчишка. – Не то мы тебя враз в поруб посадим.
– Послушайте, друзья мои, – еще более дружелюбно попросил ведун. – Давайте не станем ссориться. Вы просто…
– Вяжи его! – Высокий паренек выхватил из ножен меч и вскинул над головой, словно намеревался кинуть в атаку полновесные легионы. Видать, мечтал об этом красочном моменте еще с того часа, как первый раз увидел закованного в чешуйчатую броню черного смолевника. И смотрел в этот торжественный миг он не на врага, а на свою руку со сверкающим клинком.
– Зря вы… – Олег рванул саблю из ножен вверх, но не над головой, а лезвием вперед. Закаленный клинок чиркнул по краю опушенного щита, вспорол рубаху на груди красавчика и глубоко врубился сквозь обе челюсти в череп врага. Паренек, так и не опуская руку, повалился назад, а ведун уже рубил левого противника. Тот успел вскинуть щит, тем самым закрывая себе обзор – Середин упал на колено, резко двинул вперед своим, краем деревянного овала врезаясь в открытую голень, тут же вскочил, повернулся к последнему, третьему мальчишке.
– А-а-а!!! – Тот вскинул над собой меч, подбежал, попытался рубануть гостя прямо по голове.
Олег гардой сабли толкнул щит врага, поворачивая его и лишая паренька возможности удара, а свой вскинул вверх, но не плашмя, а ребром, метясь чуть ниже кулака слишком высоко поднятой руки. Послышался легкий хруст – перелом запястья; мальчишка взвыл от боли. Ведун уже без опаски нажал на верхний край его щита и прямым в челюсть опрокинул на траву, наступил ногой на грудь, кончик клинка упер вояке в горло:
– Ну что, продолжим схватку? Или лучше побеседуем?
– Больно…
– На войне это бывает. Вы ведь в войну решили поиграть? Ну так привыкайте… Так что, друг мой, мудрый Аркаим здесь?
– Его… Его похитили…
– Кто?
– Неведомо… Мужики наши в погоню кинулись. За горой, сказывали, чужаки спустились.
– А вас, стало быть, в охране оставили? Вас только трое?
– Больше… Еще на стене дежурят… После ночи многие отдыхают…
– Многие? – усмехнулся Олег. – Дай угадаю… Многие – это человек пять? И все, небось, такие же пацаны, от которых в стычке пользы никакой, али старики немощные. Так?
Паренек промолчал, сберег тайну.
– Значит, не вернулся еще Аркаим… – задумчиво повторил Олег, возвращая саблю в ножны. – Ладно, подождем. Только не здесь. А то вы ведь меня сонного повяжете, по глазам вижу. Ничего, придумаю что-нибудь.
Он отпустил мальчишку, присел возле первого паренька, пощупал пульс:
– Стучит… Теперь месяц только кашку жидкую через трубочку кушать будет. Может, хоть после этого копать грядки ему понравится больше, нежели махать мечом.
Третий из ребят его особо не беспокоил – перелом закрытый, срастется за две недели без всяких осложнений.
– Кра-а…
Олег вздрогнул от неожиданного возгласа над головой, поднялся. Пепельно-серый орел с матерчатой сумкой на груди сидел на крыше яшмового дворца и, с какой-то легкой насмешливостью склонив голову, разглядывал ведуна, время от времени перетаптывая лапами.
– Что смотришь? – скривился Олег. – Видишь меня, мудрый Аркаим? Так вот знай: никуда ты от меня не спрячешься. И если ты хоть пальцем тронешь мою рабыню, тебя не спасут никакие боги. Понял?
– Кра-а… – Кумай упал вперед. В последний миг расправив крылья, он бесшумно скользнул у ведуна над самой головой, развернулся и, так и не сделав ни единого взмаха, исчез за дворцом.
– Лети, лети, – кивнул ему вслед Олег. – Все хозяину расскажи. А я тут пока погуляю, с делами насущными разберусь.
Середин бодрым шагом дошел до большого дворца. За правой дверцей, уже возвращенной на петли, отыскал дверь в кухню, заглянул внутрь и вежливо улыбнулся:
– Давайте, смертные, соберите мне припас в дорогу дней на пять. И сейчас поесть чего-нибудь быстро организуйте, а то я голоден. Давайте быстрее, я тороплюсь.
Он отступил, прошел по пустым коридорам, вернулся к двери, поднялся на второй этаж и там почти сразу поймал за ворот какую-то служанку:
– Эй, милая! Пообносился я чего-то за эти дни. Принеси мне новой одежды, сапоги. И какую-нибудь теплую накидку, а то уже холодно. Мудрый Аркаим разрешил. Только быстро: одна нога там, другая на кухне, я буду там ждать. – Олег отпустил женщину и добавил: – Только не злите меня! Не то вырежу всех к лешему от первого этажа и до крыши. У меня сегодня настроение плохое. А Аркаим ваш меня потом простит. Он добрый…