Страница 15 из 20
– Люди, – ответил Аллодис сурово.
– Только люди?
Аллодис огрызнулся:
– Люди все разные!.. У нас пока что всего два класса: воины и священники. Но, согласись, даже для Средневековья это поразительно мало. Все-таки были торговцы, ремесленники, алхимики, путешественники… Все они могут развиваться, накачиваться, повышать навыки и переходить на новые уровни своих профессий… а можно будет и поменять!
– А что, – сказал Николай рассудительно, – если фермер вздумает стать рыцарем, то он сможет это сделать, оставив фермерство и заново накачавшись, как простой воин. Затем – элитный, потом перейти в оруженосцы, а после ряда квестов и испытаний – стать рыцарем. При этом у него останутся навыки фермера. Он сможет лучше руководить посевными работами, когда станет лордом и выстроит или завоюет замок. В его владениях урожай будет выше, чем у других лордов!
– Хорошая идея, – согласился я. – Проработай ее хорошенько. И разработай систему миссионерства. Церковь должна быть сильной и воинствующей, а не тем говном, во что превратилась сейчас.
Кулиев спросил саркастически:
– Это что же… будем в русле официальной политики? Сейчас даже в школы впихивают усиленно «Основы православия». Глядишь, патриарх милостиво по плечу похлопает. Только не знаю, что из православия можно выжать…
Я поморщился:
– Сарказм хорош, когда уместен. Я сказал «христианство», при чем тут православие?.. В христианстве борьба взглядов приводила к жесточайшим религиозным войнам. Там бурлила жизнь, возникали новые течения, папы ставили королей на колени, а в православии застой со времен Византийской империи. О православии упоминать не будем вообще. Это ясно?
Кулиев промолчал, зато Николай встал по стойке «смирно» и ответил, вытаращив глаза:
– Ясно, ваша бодь! Будет исполнено.
– То-то, – сказал я уже милостиво и предупредил: – Будет исполнено плохо – на конюшню. Или шпицрутенов отведаешь…
Я поднялся, поясница после долгого сидения затрещала так, что Кулиев удивленно вскинул брови.
– Все, заканчиваем на сегодня. Либо сделаем перерыв, чтобы в голове утряслось. А то уже делим шкуру неубитого медведя. Кстати, Николаю предлагаю взять на себя руководство пиар-кампанией. Раз уж такую идею выдвинул… Как это отказываешься? У нас, знаешь ли, работа как вступление в колхоз – сугубо добровольное дело: хочешь – вступай, не хочешь – расстреляем. Кто за то, чтобы Николая, он же Николай Страхов и NickFear в одном лице назначить генеральным по паблик рилейшен, или, как говорят в народе, пиар-кампании? Кто против? Единогласно!.. Поздравляю, Коля, с первым назначением в нашей богатой и процветающей… в будущем, конечно, фирме.
Николай вздохнул.
– С первым и первым насильственным назначением… Интересно начинается наша работа. Что-то дальше будет?
Глава 8
Ворпед вышел вслед за Киричем на балкон, я ревниво прислушался, очень не хочу, чтобы чем-то обидели, писатели – народ ранимый, вдруг повернется и уйдет, а он уже доказал, что умеет генерировать идеи не только в книгах. В самом деле, всего лишь заменить магов священниками – уже новинка, которой нет ни в одной байме! А сделать это просто, только одеть иначе, крест на пузо и рясу не забыть. Кстати, ряса и так смахивает на длинные халаты магов…
Сквозь распахнутую дверь донесся деликатнейший голос Ворпеда:
– Петр Васильевич, а вы верующий?
Кирич даже отшатнулся в великом удивлении:
– Я? Да неужто похоже?
Ворпед сказал торопливо:
– Нет, я не имею в виду, посещаете ли церковь, читаете ли молитвы, а как бы вообще… Вон как вы против магии!
– А-а-а, – сказал Кирич, – ну, если в этом смысле, то такими верующими охотно признавали себя Ньютон, Эйнштейн, Рассел, все великие мыслители, да и сейчас признают. Я тоже в этом смысле верующий, так как верю в добро, в необходимость справедливости, верю в то, что наши корабли полетят к Марсу…
– Ну, это несколько иная вера…
Он пожал плечами.
– Первый шаг к вере – отрицание зла. Перестаньте расписывать стены в подъездах непристойностями – вы уже на шажок к вере. Остановите того, кто расписывает, – вы уже верующий!
Ворпед оглянулся в дверной проем на оставшихся за столом. Брови полезли на лоб. Похоже, уже представил их с молитвенниками и бьющими земные поклоны, мы же не можем без этого, противодействие пропаганде равно силе ее натиска.
Кирич вздохнул, вернулся в комнату. На него подняли взгляды, прервав разговор, он широко улыбнулся, показывая желтые полустертые зубы, но еще целые, толстые и крупные, и сказал с неожиданной мягкостью:
– Надо быть экстремистами, – сказал он. – Потому что пока сделаем, наш экстремизм уже им не будет. Весь мир катится… гм… в нужную сторону. Я рад, что мы нашли общий язык.
Я незаметно поглядывал на лица Кулиева, Скоффина, Ворпеда – они ближе всех к Киричу и самые активные, но и по глазам Аллодиса, Секиры и Николая вижу, что крайне левая… или крайне правая, кто их разберет в этой сумятице, позиция Кирича нашла отклик.
– Я тоже рад, – сказал Скоффин.
– И я, – добавил Ворпед.
– Я тоже, – сказал Николай с широчайшей улыбкой на и без того широкой добродушной роже.
Я видел, как перевел дыхание Аллодис, стараясь не показывать виду, что у него отлегло от сердца. Огромный камень скатился и с моих плеч. Кирич все-таки величина, и как бы ни потешались над его экстравагантными выходками, но у него это выплескивается излишняя мощь, как у нас ночью во время поллюций. Другого бы погубили, а Кирич успевает и митинг устроить на Красной площади, и книги, что приносят неплохой доход, пишет легко и быстро. Книги в самом деле рульные, раскрутка или скандальный промоушен и близко не лежали. – И напоследок, – сказал Кирич, – чтобы уже не оставалось неясностей. Вроде бы уже знаю ответ, но все же уточню: делаем игру для высоколобых или «для всех»? Дело в том, что я сам пишу две серии: одна для умников, за которую меня все очень-очень уважают, но мало платят, так как тиражи небольшие, в ней я выказываю всю интеллектуальную мощь, и вторая «для всех», которая дает тираж в миллион экземпляров каждый год, большие гонорары плюс роялти и немалую известность.
Мне кажется, мы все-таки будем делать для всех, ориентируясь на общие вкусы, так? В этом случае предлагаю взять за основу цикл моих романов, ориентированный на общие вкусы. Сэттинг беру на себя. Цикл пользуется великим успехом и выходит большими тиражами. Там противостояние страны гордых воинов, страны колдунов и страны, покрытой лесом, где живут загадочные лесные люди. К ним примыкает небольшое княжество, где правит герой другого цикла, через это образование связанный с тем миром. Всех популярных героев моих книг, которые пользуются любовью читателей, предлагаю сделать НПСами, которые дают квесты и пр. Это и всех фанов этой серии заставит стать игроками.
Мы слушали внимательно, Кулиев пробормотал:
– Да, это все замечательно…
Кирич поинтересовался с легкой улыбкой:
– Что хочу за свое участие, хотите спросить, да все из деликатности не решаетесь? Зарплата меня не интересует, так как я один из самых высокооплачиваемых авторов вообще, а не только в жанре фэнтези, но раз уж беремся за дело, на успех которого только надеемся и урожай будет через несколько лет, то я должен разделить все риски и возможность провала. То есть я в доле, размер которой вы определите сами, просто вам виднее, для меня разработка игр – новый мир. А вам я доверяю и потому, что вообще с великой симпатией отношусь к создателям игр, и потому что вы лично мне очень-очень понравились.
Сперва всем почему-то казалось, что каждый будет работать дома, сейчас же эпоха Интернета, раз или два в неделю, а то и в месяц – собираться у меня, но я взял в аренду небольших размеров офис, сказал настойчиво, что все работаем здесь. А Интернет для того, чтобы и после рабочего времени можно было позаниматься любимой работой дома, а мусорные ведра пусть жена с тещей выносят.