Страница 9 из 10
– Вы-то, наверное, нет.
– Когда у мужика разбит нос, он слабак. Когда я дерусь, мне нужно доконать противника. И чем жестче, тем лучше. Ты же такой шкет, а петушишься.
Наверное, ему хотелось, чтобы я отреагировал на это. Но я воздержался.
– Так, значит, Сандра хочет развестись? – спросил он.
– Насколько я понимаю, именно так и есть.
– Понимаешь, чертовски много в пользу Моргана. Это тебе в голову приходило?
– Я просто вручу повестку. А у него будет возможность защищать себя в суде.
– Черта с два, – нетерпеливо проскрипел Блеейти. – Как же он попадет в суд, когда он в бегах? Да они у него там кишки вытащат. Зачем такая спешка? Почему бы Сандре не сделать это через публикацию?
– Слишком долго, и потом алименты таким образом не получишь.
– Так она хочет получить еще и содержание? – спросил он и тут же добавил: – Вроде ты говорил, что не юрист?
– Относительно алиментов вам придется спросить у сестры или у ее адвоката. Меня наняли, чтобы предъявить бумаги.
– Они с тобой?
– Да.
– Дай посмотреть.
Я передал ему бумаги. Он чуть приподнялся и попросил:
– Помоги мне... Вот так-то лучше, а подушку туда. Наверное, думаешь, что я паршивый братец. Но у нас особых традиций в семье нет, и, вообще говоря, мне абсолютно наплевать, что ты можешь подумать.
– А мне за это не платят. Мне платят за то, чтобы я вручил повестку. А если хотите свести это на личности, то мне тоже наплевать, что вы думаете.
– Приятно слышать. Мне нравится твой задор. Сиди там и не мешай.
Он взял бумаги, рассмотрел повестку и стал читать заявление о разводе так внимательно, как читает человек, незнакомый с юридической терминологией. Закончив чтение, он вернул мне бумаги. Глаза его сузились, выдавая работу мысли.
– Значит, она хотела бы, чтобы суд дал ей права на все банковские вклады? Так?
– Я знаю только то, что там написано. Вы прочитали и теперь знаете столько же, сколько и я.
– Осторожничаешь?
– Мне платят за то, чтобы я предъявил бумаги. Почему бы вам не поговорить с сестрой, если вы хотите знать о ее намерениях?
– Не беспокойся, – отрезал он. – Как раз это я и собираюсь сделать.
– А вы знаете, где ее муж?
– Я знаю любовницу Моргана. Чертовски приятная девица.
– Миссис Беркс могла бы вызвать ее в суд, но она этого не сделала, – заметил я.
Он недобро усмехнулся.
– Ну да, – сказал Блеейти, – плохо же ты знаешь баб, если с первого взгляда не понял, что за штучка Сандра.
Я промолчал, поскольку он говорил о своей сестре.
– Если бы ты оказался с ней один на один с десяток минут, она полезла бы на тебя. И не делай вид, что шокирован.
– А я и не делаю.
– Но предупреждаю: в нашем семействе нет морали. Черт возьми, я ничего не имею против нее в этом отношении. У нее своя жизнь, у меня своя. Но она эгоистичная лиса с кошачьей моралью. Она красива и сообразительна. И часто пользуется и умом, и красотой, чтобы заполучить то, что хочет. Незачем мне с тобой говорить. Скажи ей, чтобы вошла.
Я подошел к двери, высунулся и позвал:
– Миссис Беркс, ваш брат хочет с вами поговорить. А мне уйти?
– Нет, ни в коем случае. Я хочу, чтобы ты остался. Я подошел к постели.
Вошла Сандра и спросила заботливо:
– Что тебе, Блеейти? Как себя чувствуешь? Врач оставил для тебя успокоительное...
– Прекрати свое щебетанье. Ты всегда представляешь себя заботливой, когда тебе что-то нужно. Я-то вижу тебя насквозь. Я знаю, что тебе нужно. Ты хочешь, чтобы я назвал имя любовницы Моргана. Ты хочешь, чтобы ему предъявили повестку. Ты хочешь получить развод. Ты хочешь получить возможность выйти замуж за своего теперешнего хахаля. А кто он? Этот докторишка? Что-то он мне подозрителен.
– Блеейти, не надо. – Она боязливо взглянула на меня. – Ты попал в аварию, расстроен...
– Расстроен? Какого черта расстроен! Когда тебе не удается манипулировать мужиком, говоришь: «Он расстроен, сам не свой».
Однако я тебя не виню. Так вот, Сандра, мы с тобой будем играть в открытую, выложим все карты на стол. Конечно, ты моя сестра, и я должен был бы принять твою сторону. Но Морган – мой друг. Он сейчас в нокдауне, и не надо топтать его обеими ногами.
– А кто тебе сказал, что я хочу это сделать? – Она взглянула на меня с хитринкой в глазах. – Да я ему в этом заявлении дала такую фору, а могла бы рассказать о нем такие вещи, что...
– Что тебе было бы абсолютно не на пользу, – продолжил Блеейти. – А что про тебя Морган мог бы рассказать? А как ты себя сейчас повела? Баба ты, баба Я тут лежу с разбитым носом, а ты заманила хахаля или одного из них, чтобы он практиковался на мне. У этого докторишки еще молоко на губах не обсохло. А ты его...
– Перестань, Блеейти. Арчи Холоман – замечательный парень, и Морган его знает. Он друг нашей семьи, и между нами ничегошеньки нет.
– Значит, Морган его знает? – цинично хмыкнул брат. – Значит, он друг семьи? Я-то знаю, что это значит. Он приходит сюда, здоровается с твоим мужем, выкуривает его сигары... А сколько раз ты его видишь, когда Морган отсутствует?
– Хватит тебе, – прервала Сандра, – а то я выскажусь. Ты сам не ангелочек, и мне претит твое ханжество. Если ты собираешься мазать меня грязью, то ведь и я не буду молчать.
Блеейти поднял руку.
– Не разоряйся, бэби, не разоряйся. Я просто кое-что хочу довести до твоего ума.
– Так доводи.
– Я дам тебе возможность расквитаться с Морганом. Можешь вручить повестку, можешь ускорить развод, но я хочу, чтобы Морган получил свое по справедливости.
– Что тебе нужно?
– Да вот все, что говорится о собственности. Ты сама себе зарабатывала на жизнь, когда встретилась с Морганом. С тех пор ты много приобрела. Сколько – не знаю, но порядочно. Благодаря своему щебетанью... У тебя хорошая квартирка, наверняка оплаченная надолго вперед, полный гардероб шмоток и порядочно сбережений. С такими шмотками да с твоей фигурой и уменьем превращать мужиков в воск ты можешь захомутать парочку лордов в Европе.
– Вы что, показали ему бумаги? Вы что, разрешили ему прочитать мое заявление о разводе? – спросила Сандра сердито.
– Вы ведь хотели, чтобы я с ним поговорил?
– Как это глупо! – раздраженно воскликнула Сандра и, повернувшись к брату, добавила: – Не хочу больше иметь дела ни с одним мужчиной.