Страница 18 из 24
Внезапно она слегка улыбнулась.
– На этом наш роман и закончился, Майк. Когда женщина видит, что ее поклонник всего-навсего облысевший трус, она порывает с ним.
Джуди схватила сигареты Хаукера. Я дал ей прикурить.
– Спасибо, – пробормотала она. – И вот тогда я впервые в жизни, так сказать, произвела инвентаризацию в своей душе. И то, что я при этом обнаружила, мне совсем не поправилось. До того момента, как убили Дэвиса, я на все смотрела, как на невинное занятие, представляющее для меня чисто спортивный интерес, к тому же, хорошо оплачиваемое… А потом я подумала, что вы, возможно, будете не в состоянии доказать свою невиновность. Витрелли, повторяю, произвел на меня очень благоприятное впечатление, но он, должно быть, холодный и жестокий тип, если его не беспокоит, что в газовую камору попадает ни в чем не повинный человек.
Она смущенно посмотрела па меня.
– Я знаю, что это смешно слышать от меня и все выглядит, как в трехгрошевом романе. Вы не считаете?
– Я вас понимаю, – уверил я.
– Во всяком случае, я не захотела участвовать в этом, – продолжала она. – И я позвонила лейтенанту Хаукеру. Сначала он неправильно меня понял, но я все говорила и говорила, и тогда он позвонил кому-то в прокуратуру…
– Брайлону, – предположил я. – С виду очень хмурый тип.
– Возможно, – сказала она, – только я слышала, как лейтенант говорил с кем-то по телефону. Потом Хаукер спросил меня, не могу ли я обождать час, после чего я буду иметь возможность навестить вас. И вот я здесь.
– Как, вы считаете, Артур отреагирует на вашу измену?
– Это меня не интересует, – холодно ответила она.
– Очень рад, – с улыбкой сказал я. – Но уж он-то вряд ли обрадуется. Тем более что теперь у него жена, которой он достоин. Она сделает все возможное, чтобы отправить его на тот свет.
– Ну, мне пора. – Она поднялась. – Лейтенант сказал, чтобы я не задерживалась.
– Вы рассказали ему, в чем заключалась ваша работа на Дэвиса?
– Да.
– И вам могут предъявить обвинения?
– Может быть. До сих пор они не сказали мне ничего определенного, но, судя по их поведению, что-нибудь они все-таки предпримут. Слишком уж официально держались.
– Сейчас нет смысла задумываться о будущем, – сказал я трезво. – Если бы мужчины и женщины не сидели в тюрьме в разных камерах, я бы спросил вас, не откажетесь ли вы стать моей женой… Тогда бы мы могли жить в одной камере. Но, к сожалению, в тюрьмах такое не разрешается.
– Все имеет свой конец, Майк, – ответила она с какой-то страстью в голосе, затем повернулась и вышла из палаты.
После ухода Джуди появился врач. Он позволил мне встать. Дежурный принес мне вещи. Как только я оделся, сразу же почувствовал себя лучше. Такое настроение продержалось у меня почти до вечера. А в предвечерний час появились двое полицейских и забрали меня.
В кабинете районного прокурора давно нужно было произвести побелку и покраску. Полицейские доставили меня туда и удалились. Брайлон сидел за своим письменным столом. Хаукер напротив него.
– Садитесь, Фаррел, – сказал Хаукер, не поворачивая головы. – Разговор будет долгим.
Я сел на стул рядом с ним и внезапно почувствовал облегчение – на письменном столе я увидел досье, вернее, его копию.
Брайлон посмотрел на меня, его пальцы нервно барабанили по бумаге.
– Что касается этого дела, Фаррел, то вы сказали правду, – начал он сухо. – Ирония судьбы! Я три года работал, собирал информацию об этом рэкете и не собрал и четверти того, что содержится в этом досье!
– Вы все еще считаете меня сумасшедшим?
– В том, что у вас с рассудком все в порядке, мы больше не сомневаемся, – буркнул Хаукер.
– Тогда разрешите мне закончить показания, которые я хотел сделать еще три дня назад.
– Пригласите стенографиста! – сухо приказал Брайлон.
Минут через двадцать протокол был готов. Когда стенографист ушел, в кабинете воцарилась тишина.
– Вы уже собрали присяжных? – наконец произнес Хаукер.
– Да, но дело терпит, – решительно ответил Брайлон. – Имея такие документы, мы можем взять их в любой момент. В первую очередь нам надо воспрепятствовать вмешательству «синдиката» в это дело и найти настоящего убийцу.
– Ваши предложения? – спросил Хаукер.
– Займемся сперва первым убийством. Поскольку Фаррел не без основания уверяет, что ни он, ни Бэби не убивали Дэвиса, вероятнее всего предположить, что убийца – один из трех ближайших помощников Дэвиса. Думаю, вы не будете возражать, если мы исключим из этого числа Джуди Холланд. Значит, остается Артур Платт и Каан.
– Мы не можем исключить и Бэби Мэнкеринг, – заметил Хаукер. – Фаррел ушел из квартиры Дэвиса до ухода Бэби, а Дэвис тогда еще был без сознания. Прежде, чем уйти из дома, Бэби имела полную возможность задушить его.
– Но для чего ей было это делать? – возразил Брайлон. – Деньги уже у них с Фаррелом, все подготовлено для побега. Она прекрасно понимала, что первая попадет под подозрение, если с Дэвисом что-то случится.
– Пока я тоже не вижу мотива, – неохотно согласился с ним Хаукер, – и, тем не менее, я считаю ее очень подозрительной.
– Что вы скажете, Фаррел? – Брайлон вопросительно посмотрел на меня. – Какую роль играет Бэби Мэнкеринг во всей этой афере?
– Она, возможно, не убивала Дэвиса. В этом я полностью с вами согласен, – сказал я. – Но, что касается Стива Лукаса, то тут я затрудняюсь сказать. Когда она позвонила мне, голос ее звучал очень убедительно, но, тем не менее, она все мне налгала, поскольку ни Витрелли не был мертв, ни она не была ранена. И если «синдикат» ее действительно захватил, то для них не составляло никакого труда заставить ее заговорить. Дьякону это сделать – раз плюнуть.
– Интересно, – тихо сказал Брайлон. – Значит, она не только заманила Фаррела в ловушку, но и косвенно виновна в смерти Лукаса. Кроме того, она дала нам показания, в которых обвиняет Фаррела в обоих убийствах. Неужели все это результат нажима на нее людей из «синдиката»?
– Не исключено, – буркнул Хаукер. – Они просто поставили ее перед альтернативой: или она будет подыгрывать им, или ей крышка. Не пора ли нам расценивать ее показания, как заведомо ложные? Почему бы не пригласить се сюда и не спросить еще раз, что к чему?
Прокурор медленно покачал головой, и лицо Хаукера покраснело от гнева.
– Вы, наверное, помните, – говорил Брайлон в пренебрежительном тоне, – ведь я с самого начала считал, что мы должны решить две проблемы: вывести из игры «синдикат» и найти убийцу. Мы еще не знаем, кто убил Дэвиса, но Стива Лукаса убил или Витрелли, или кто-то из его людей. В настоящий момент я не хочу приглашать на допрос Мэнкеринг. У меня другие планы. – Он взглянул на Хаукера. – Холланд ждет?
– Да, и один из моих людей сидит рядом с ней, – ответил лейтенант. – Вы хотите поговорить с ней?
Брайлон криво усмехнулся.
– Да, хотел бы…
Хаукер позвонил по телефону, и вскоре в кабинет вошла Джуди Холланд. Она приветливо мне улыбнулась, но, увидев Хаукера, немного нахмурилась.
– Садитесь, Джуди, – сказал он и придвинул ей стул. – Думаю, вы еще не знаете мистера Брайлона. Он работает в прокуратуре.
Нервно поздоровавшись с Брайлоном, Джуди села.
– Я хотел бы побеседовать с вами по вопросу, который касается вас и Фаррела, – деловито начал Брайлон. – А уж если говорить конкретно, я хочу сделать вам предложение. Не поймите только меня превратно. Речь идет лишь о тактическом маневре. Я лично считаю вас людьми недостойными.
Я взглянул на Джуди и увидел, что она смутилась. В этот момент я готов был разорвать Брайлона на куски.
– Черт бы вас побрал! Может быть, вы оставите ваши проповеди о морали? – набросился я на него. – Ведь мы все-таки стараемся вам помочь!
– О, да! – сухо ответил он. – Теперь, наконец, вы решили помочь…
– Что значит «наконец»? – воинственно спросил я.
– Еще недавно ваши мысли были заняты лишь тем, как бы украсть миллион и исчезнуть с малюткой Бэби Мэнкеринг за тридевять земель, – с кислой ухмылкой начал Брайлон. – И вы совсем не чувствовали никаких угрызений совести, когда нокаутировали Дэвиса и украли у него деньги. Правильно? То же самое можно сказать и о мисс Холланд. Она работала на Дэвиса, пока он платил ей большие деньги, чтобы она могла роскошно жить. Об уголовной стороне дела вы оба до самого последнего момента не думали.