Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 22 из 41



— Боже, этот-то откуда взялся? — Лен попытался избежать столкновения и уйти вправо, но пространства для маневра не было — оба мусоровоза упрямо тащились с прежней скоростью. Тормоза у шедшего сзади «олдсмобила» все же сработали, и микроавтобус стало заносить, несмотря на все попытки водителя удержать машину под контролем. Маркхэм, обернувшись и держа руку на спинке сиденья, с интересом стороннего наблюдателя следил за происходящим.

— Жми! — крикнул он.

Но было уже слишком поздно. Лен вдавил в пол педаль газа, трансмиссия заупрямилась, затем со стоном подчинилась, и «фольксваген» бросило вперед. В двигателе что-то заскрежетало. Они вылетели на середину шоссе, поравнявшись с первым мусоровозом, и сбросили скорость. «Олдсмобил» пронесся мимо, левее. Его водитель бросил на Лена убийственный взгляд. Сидевшая рядом с ним женщина перекрестилась, сжав в левой руке черные четки. В заднем окне застыли удивленно-восторженные лица нескольких ребятишек. Маркхэма поразили огромные глаза маленькой девочки с кружевным воротничком и сережками в ушках. Засунув в рот палец, спокойная и безмятежная, как ацтекская принцесса на пути к жертвенному камню, она бесстрастно смотрела на него немигающим взглядом.

Впереди показалось здание хранилища. До него оставалось не более километра, но, учитывая скорость, на которую был способен теперь «фольксваген», дорога до него могла занять целую вечность. Строение напоминало подсвеченный сзади монолит на фоне темнеющего неба.

— Скотина, — пробормотал Лен, когда «олдсмобил» скрылся из виду.

— Успокойся. Все в порядке. Мы целы.

— Откуда ты знаешь? Может быть, этот ублюдок помял мне бампер?

О чем он говорит? Да, возникла опасная ситуация, но никто никого не задел, в этом Дэн не сомневался. Когда они свернули за угол, он увидел, как профиль Лена скользнул по приборной доске и растворился на его колене и левом предплечье, оставив небольшое темное пятно, похожее на татуировку в виде паука, как раз посередине тыльной стороны ладони. Маркхэм почувствовал, что подача адреналина в кровь прекратилась, а пульсация в почках ослабла. И все же тень бородки Лена лежала на нем до тех пор, пока «фольксваген» не повернул еще раз и салон не погрузился в полутьму.

Дэн поднял голову и увидел пальцы Лена с побелевшими костяшками, намертво вцепившимися в руль, как будто он все еще продолжал вести бой на дороге.

— Все, Ленни. Все кончилось.

— Да?

— Ладно, если хочешь, считай, что мы зажаты между двумя мусоровозами и они сейчас сдавят нас в гармошку. — За деревьями виднелось здание хранилища. Лен сбросил скорость и, подъехав ближе, притормозил у тротуара. — Мы жертвы дорожного происшествия. «Скорая помощь» вот-вот подъедет.

— Может быть.

Они въехали на стоянку через ворота и припарковались за каким-то пикапом. Маркхэм взялся за ручку и открыл дверцу с левой стороны. Лен неловко выбрался из машины и сделал пару шагов. Его длинные ноги двигались какими-то рывками, как у кузнечика.

— Ну хватит, Лен. Война окончена.

— Да?

Они подошли к заднему входу, высокой и широкой двери, рассчитанной на то, чтобы можно было пронести пианино и негабаритную мебель. Она осталась с тех времен, когда здание использовали для хранения невостребованных грузов. Потом в просторных помещениях установили сейфы и специальные камеры, но дверь менять не стали, и она по-прежнему выполняла свою функцию. Над ней под слоем штукатурки проступала старая эмблема хранилища — красный шар и что-то еще, возможно, название какой-то торговой компании. Теперь уже никто не мог сказать, что там было подлинным, а что подделкой.

Остановившись в тени здания, Лен потер поясницу и потянулся.

— По-моему, это просто параллельный вариант.

— Что?

— Мы, конечно, живы — это одна из вероятностей, как в компьютерной игре. Берешь диск — и готово. Но куда ты попадаешь? Возможных вариантов много. Каждый — потенциальный сценарий. Проблема в том, что мы не знаем и не можем знать, что реально, а что — нет.

Они вошли внутрь. За стеклянной перегородкой, слева от двери стоял письменный стол и картотечный шкафчик. На стене висел распределительный щит с массой торчавших наружу проводов, похожих на высохшие кровеносные сосуды. За столом сидел мужчина с карандашом в правой руке. В левой он держал чизбургер. Перед ним лежала газета, раскрытая на странице с объявлениями.

— Бердуэлл, — сказал ему Маркхэм.

— Она уже здесь, — ответил мужчина.

— Знаю.

— Пришла только что.

— Пару часов назад, верно? — уточнил Лен.

— Мисс Бердуэлл?

— Мисс Маккенна.

Охранник перевернул страницу.

— Кто?

— Вот. — Маркхэм ткнул пальцем в регистрационный журнал, где стояла подпись Кэти.





— А-а-а! Маккенна. — Охранник кивнул. — Она пришла в двенадцать минут четвертого.

— Правильно, — сказал Лен.

— А вы кто такие?

— Оценщики собрания сочинений Бердуэдла, — ответил Дэн.

— Мы разговаривали с вами по телефону, — напомнил Лен. — Не забыли?

— Она уже здесь.

— Я знаю. — Лен начал терять терпение. — Мы тоже запишемся в ваш журнал. Нам нужно помочь ей. Какой номер?

— 631.

Маркхэм оглянулся и увидел цементные ступени у дальней стены. Они уходили вверх и исчезали в темноте.

— Где здесь лифт?

— Подождите там. Мне надо спустить кабину.

Они подошли к пустой, обложенной кирпичом шахте и стали ждать, пока охранник соединит нужные проводки, чтобы спустить кабину грузового лифта на первый этаж.

Черные закопченные тросы, свисавшие сверху, напоминали веревки, за которые дергает звонарь на колокольне.

— Итак, — сказал Маркхэм, — ты считаешь, что мы с тобой погибли на дороге?

— Нет, я так не считаю. Я лишь хочу сказать, что существует так много смертей, так много возможностей смерти, что мы не можем знать, которая из них реальная. Даже после того, как она случается.

— Тогда это не имеет никакого значения. — «Живые мертвецы», подумал Маркхэм. «Иногда они возвращаются». Хорошие названия. Но что-то, какая-то не вполне оформившаяся мысль, вызванная воспоминанием о старых фильмах, посеяла в нем странное беспокойство.

— Может быть, — вздохнул его друг. — Но может быть, и имеет. Никто не знает.

Тросы задрожали, и из мрака шахты опустилась деревянная платформа. Она остановилась дюймах в шести от пола.

— Как ты думаешь? — Лен рыгнул, и его лицо сразу просветлело. На нем появилось прежнее, игривое выражение. — Не написать ли мне обо всем этом в «Омни»?

— Конечно, напиши. Как только сочинишь соответствующий сюжет.

— Точно. Им всегда нужны новые сюжеты. У этих придурков явно доминирует левое полушарие. Поэтому они так любят головоломки. У них свой мир, далекий от реальности.

— Я этого не желаю знать, — сказал Маркхэм. — Фантастику я больше не читаю.

— Я тоже. Полное дерьмо. Как и я сам.

Они взошли на платформу, закрыли за собой предохранительную решетку, и Лен нажал кнопку шестого этажа. Тросы натянулись и натужно потянули их наверх, мимо коридоров с комнатами-хранилищами, мимо стальных дверей, в которых дрожал, отражаясь, свет электрических ламп. По мере того как платформа поднималась все выше, невидимый механизм работал со все возрастающим усилием. Маркхэм посмотрел вверх и заметил, что взгляд Лена устремлен в том же направлении. Основной трос, похожий на позвоночный столб какого-то древнего ископаемого животного, казалось, вот-вот порвется. Сверху сыпался какой-то сор и, словно притягиваемый магнитом, падал им прямо под ноги.

— Надеюсь, что эта штуковина не оборвется, — сказал Маркхэм.

— А может, она уже оборвалась... в другом варианте реальности. Вот только мы этого не узнаем.

— Забавно.

— Представляешь, сколько у нас параллельных возможностей? — спросил Лен и хитро подмигнул.

Маркхэм промолчал.

Наконец подъем закончился. Они открыли решетку и шагнули в лабиринт дверей шестого этажа, ничем, впрочем, не отличавшихся от дверей других этажей. Глядя на ряды металлических панелей, Маркхэм подумал о тусклых серебристых зеркалах, установленных в комнате смеха, призванных создавать иллюзию выбора. На деле же они подталкивали к единственно возможному маршруту. Некоторые из дверей едва держались на гнутых петлях, как будто их неоднократно пытались выбить изнутри. Но сейчас все было тихо, и по пустынному коридору разносилось лишь эхо их шагов.