Страница 33 из 47
Он вообще не наблюдал особой грусти. Конечно, все почувствовали облегчение, когда Бена не стало. И ему еще нужно узнать, почему. Возможно, они были рады не меньше, когда с дороги устранили Шора. Даже сын его Роули не слишком убивался.
Ну, а дела тем временем не двигаются. Ждать больше нечего. А материала набралось не так уж много.
Если не рискнуть, дело затянется надолго.
Последнее событие показало, что убийца запаниковал. Что его нервное напряжение достигло предела. Самым вероятным мотивом убийства Арчи Шора была самозащита. Конечно, ведь он сам утверждал, что кое-что знает, пусть даже ограничивался одними намеками.
– Разбудите прислугу, Брэйди. Скажите, чтобы принесли горячий кофе, подбросьте угля в камин. Ну-с, итак...
Он повернулся к домочадцам.
– Скоро принесут кофе. А в комнате станет теплее. Так кто же убил Шора?
Ответа не последовало. Только Гертруда постаралась стиснуть зубы, чтобы не зарыдать. Уэйт неодобрительно покосился на нее.
– Ну-с, кто-то же должен был это сделать. А кроме вас в доме никого не было. Его убили потому, что он знал кое-что насчет убийства Бенджамена Брюера, не так ли?
Все тот же результат – без комментариев. Пришлось прищуриться и взять пожестче.
– Что же, тогда я вам кое-что расскажу. Есть только два мотива этого убийства. Может быть и третий – самозащита. Первый – это выгода, второй – устранение убийцы. Полагаю, это отпадает. Впрочем, к этому мы еще вернемся.
Итак, этой ночью здесь нашли тело Арчи Шора. Он собирался навестить Брюера в надежде получить работу. Денег у него не было. По дороге Шор встретился с сыном, который отговорил отца от его затеи. Тогда он просит сына самого замолвить за него словечко и вымолить ему местечко в компании.
– Ты что же, Роули, – проревела Гертруда, – ты сам это сделал?
– Не перебивайте меня. За это Шор пообещал уйти. После того, как разговор закончился, они, как утверждают, стояли у дверей и собирались распрощаться, раздался выстрел. Поскольку шел снег, они не смогли точно определить, откуда он был слышен. Так, по крайней мере, они утверждали. Оба его квалифицировали как выстрел из мелкокалиберного оружия. Тут они решили, – если все-таки верить их словам, – что ничего особенного не произошло. Шор переоделся в женское платье, найденное в шкафу под лестницей, и удалился восвояси. Этот пункт еще не расследован в должной степени и по-прежнему вызывает сомнения. Итак, как вы все знаете, он взял такси и уехал. Роули лег спать. Как вам известно, любящий папаша вынырнул уже на следующий день. Все это я рассказываю с его слов. Эту же историю во всех подробностях повторил и Роули.
Водитель такси утверждает, что выехал отсюда точно в час. Никакого выстрела он не слышал, поскольку работал мотор, а окна закрыты. Если принять, что выстрелом, который слышали Роули с отцом, убили Бенджамена Брюера, это произошло примерно без десяти час.
Уэйт сделал паузу.
"Но ведь было-то не так, – подумала Дафна. – Бена убили почти на час раньше". Ведь она пришла в садовый домик сразу после полуночи. Но сказать об этом – значит нарваться на вопрос сыщика: "Откуда вы это знаете?"
Следовательно, получается, что у отца и сына Шоров было десять минут на разговоры, переодевание Арчи и поход по сугробам к такси. Он сказал, что хотел успеть на поезд, но не хотел, чтобы его узнали на вокзале. Не хотел – потому, что боялся, что выстрел мог означать чью-либо смерть или другие неприятности. Еще он не хотел, чтобы их с сыном допрашивали, что звучит не слишком убедительно, – сухо резюмировал Уэйт, холодно косясь на Роули. – Тем не менее в означенное время он отбыл. Мы не сразу сумели разобраться с женщиной в такси. Но Арчи Шор не стал ждать, пока мы это выясним, и вернулся сам. Дал показания, не слишком, впрочем, убедительные, и остался в доме. И это несмотря на то, что был персоной крайне нежелательной. Тогда вопрос: чего же он хотел?
Он помолчал. Молчали и другие.
Тогда чего же он хотел? Немногого, потому что прочел в газетах про убийство и хотел уверенности, что его не заподозрят. Конечно, можно было рискнуть и не возвращаться. Но он понимал, что таким образом оставляет след как возможный убийца. Правда, след небольшой, поскольку каждый из вас – и все вы вместе – тоже входили в расчет. Вы же не желали дать ему приют. И не предложили ему денег.
И он в упор взглянул Амелии в глаза.
Тут Джонни не выдержал, беспомощно закопошился и прокашлялся:
– Видишь, Амелия, я всегда говорил, что громко разговаривать не следует. Полиция все слышала.
Следователь нетерпеливо покосился на него.
– Разумеется, иначе зачем мы здесь? Итак, что же он знал? Он мог бы детально объяснить мне следующее: видел ли он убийство? Узнал ли что-нибудь после того, как услышал выстрел? Ходил ли он в садовый домик? И...
– Как, в садовый домик? – воскликнула Амелия.
– Да, именно в садовый домик, – следователь смерил ее испепеляющим взглядом. – Брюера убили именно там. Нам это уже известно. Это – и еще кое-что. Кстати, поскольку вы здесь, организуйте, пожалуйста, кофе. И велите принесите всем чашки.