Страница 43 из 75
– Слушай, сынок, – крикнул отец, – сбегай, узнай у матери, готово ли пиво!
Не дождавшись возвращения мальчика, отец пошел за ним следом. Уже издали услышал он голос сына.
– Как там пиво, – спрашивал тот у матери, – а то мужчины в лесу страшно голодны?
Войдя в дом, отец сбил мальчика с ног и с размаху ударил его.
– Ты что, одурел? – закричала жена.
– Извини, – ответил ей муж, – у меня в голове совсем помутилось, твое пиво какое-то скверное, отравился, похоже.
Вернувшись к товарищам, индеец объявил:
– Сын мой рассказал дома, будто мы здесь голодаем. Я его собираюсь убить. Если хотите, то можете его потом съесть!
В ответ мужчины разожгли огромный костер и стали поджидать мальчика.
– А костер зачем? – спросил тот, подходя.
– Видишь ли, дружок, – ответил отец, – мы тут зайца-агути из норы выволокли, сейчас его жарить станем. Иди-ка сюда, поищу у тебя в волосах, а то вши, наверное, замучили!
Слезы закапали из глаз у индейца, когда он склонился над ребенком.
– Что это капает? – спросил мальчик.
– Жарко, пот капает, – отвечал отец, – хватая сына и бросая его в огонь.
Другие индейцы тут же прижали мальчика рогатиной и стали ждать, пока он зажарится. Решив, что мясо готово, они отрезали одну руку и передали отцу. Остальные части жаркого положили на землю на широкий пальмовый лист. Вскоре от мальчика остались только дочиста обглоданные косточки.
После обеда индеец принес домой руку сына.
– Наши там зайца-агути зажарили, вот твоя доля, -сказал он жене и зашагал назад в лес.
Но мать было не обмануть! Сообразив, что случилось, она взяла мужнины лук и стрелы и побежала к подругам.
– Мужчины убили моего сына, – кричала она, – давайте в отместку пойдемте смотреть на священные флейты!
Женщины вооружились. В это время на тропе, ведущей в деревню, показались мужчины. Впереди шел отец убитого мальчика с флейтой в руке. Увидя женщин, мужчины словно окаменели. Жены перестреляли их всех без труда.
– А теперь, – объявила мать мальчика, – станем подниматься вверх по течению рек, пусть каждый выберет себе ту реку, какая ей больше понравиться!
Захватив с собой сковородки, чтобы было на чем печь лепешки, и веера раздувать огонь, женщины пустились в далекий путь.
На ночлег они всегда останавливались на речном берегу, а спать ложились, подложив под себя широкие листья. Утром такие листья превращались в речной перекат, веера в круглые камни а сковородки в длинные камни. Однажды женщины устроили большую стоянку. Брошенных листьев скопилось так много, что они совсем запрудили реку, образовав большой водопад на реке Кравари.
84. Водяные люди
Деревня тех, кто называл себя майхака, стояла на берегу речки Кайтиту. Однажды майхака устроили праздник, съели родственников мальчика по имени Яналорэ и приняли облик съеденных. Мужчины танцевали, нацепив на себя браслеты и ожерелья из хвостов броненосцев, а потом взяли священные флейты и стали играть на них.
Женщины о таких флейтах ничего знать не должны. Того, кто опишет им, как выглядят инструменты, ждет смерть.
Яналорэ надоело сидеть дома.
–Схожу к отцу, посмотрю как мои дяди на священных флейтах играют, -сказал он матери.
–Оставайся здесь! -возразила мать.
Яналорэ все же вышел. Он увидел как люди пляшут и играют на флейтах, он принял танцующих за своих родственников. Насмотревшись, Яналорэ вернулся домой.
–На чьей флейте они там играют? -спросила мать.
–На нашей, мама, на той самой, что разрисована красными и белыми узорами.
Бразильский заяц-агути, живший под крышей дома, как раз спаривался со своей женой. Услышав ответ Яналорэ, он оставил супругу и побежал жаловаться мужчинам:
–Хватит петь и играть! Яналорэ рассказал матери, как выглядят священные флейты!
Веселье сразу же прекратилось, мужчины разошлись.
На следующий день, когда мать Яналорэ пекла лепешки, муж подошел и сказал:
–Вчера наш сын совершил непростительную ошибку. Придется отдать его майхака, пусть съедят.
–Это верно,– отвечала жена, -иначе майхака нас самих сожрут. Только сохрани для меня, пожалуйста, его браслеты, сделанные из хвоста броненосца.
Отец Яналорэ принялся плести клетку из прутьев, а друзьям велел развести огонь внутри хижины, где хранились священные флейты. Потом поднялся, попросил майхака доделать клетку и позвал сына:
–Иди ко мне, сыночек, я у тебя вшей в голове поищу!
Яналорэ сел перед отцом и тот стал вынимать вшей. От жалости к мальчику он то и дело ронял слезу ему на голову.
–Что это? -спрашивал сын.
–Да так, капли пота.
–Эй, клетка и костер готовы! -объявили в этот момент майхака.
–Пойдем, сынок, попробуем, что там за клетка, -позвал сына отец.
Яналорэ забрался в клетку. Майхака закрыли ее, отнесли в дом священных флейт и поставили на костер. Как только мальчик зажарился, его тут же съели.
Рассказывают, правда, и немного иначе: будто майхака сделали в доме священных флейт каменную печь с двумя отверстиями. В одно запихали живого Яналорэ, а из другого вынули уже хорошенько прожаренного.
Украшения сына отец, как и обещал, отнес жене. Мать взяла сосудик из тыквы, положила в него браслеты и убрала подальше под крышу, где на помосте хранился разный хлам.
На следующий день все пошли на охоту добыть мясо к очередному празднику. Мальчик по имени Кьявре и девочка по имени Зареро отправились тоже. Охотничий лагерь разбили в верховьях Обезьяньей реки. Неподалеку дотуда расположено, как известно, озеро Водяных Людей. На дне его Калайтеве подошел к Куйматихоло и сказал:
–Ты знаешь, что майхака устроили праздник, а брат твой Яналорэ разболтал женщинам, как выглядят священные флейты? Яналорэ за это убили, а его браслеты мать спрятала в тыквенный сосудик и оставила на помосте под крышей. Можешь сходить посмотреть.
Куйматихоло принял облик обычной женщины и явился в дом родителей Яналорэ.
–Можно я у вас немного муки возьму -попросила женщина,– она ведь, кажется, под крышей хранится?
Забравшись на помост, женщина разыскала сосудик, забрала браслеты и отнесла Калайтеве на дно озера.