Страница 5 из 31
Сначала Бетти минут сорок лежала на специальном столе, нежась под умелыми руками массажистки Кэрол. Та тщательно разгладила и размяла каждую мышцу ее тела, и они будто наполнились соком, ожили, задышали. В конце процедуры у Бетти возникло чувство, словно она заново родилась.
Потом ею занялась косметолог Рита. Она очистила лицо Бетти специальным молочком, согрела горячим влажным полотенцем, потом нанесла жирный крем и тоже принялась делать массаж, но более тонкий, деликатный. Покончив с ним, убрала остатки крема и наложила какую-то новомодную маску, о которой Бетти даже не слыхала – настолько отстала от жизни за минувшие два года.
Когда Рита завершила работу, Бетти взглянула в зеркало и не узнала себя – лицо у нее стало как у юной девушки.
– Вызвать визажиста? – спросила Рита.
– Нет, благодарю. Сегодня я больше никуда не собираюсь. Отсюда сразу домой.
Рита улыбнулась.
– Заходите почаще. Мы, женщины, не должны себя запускать. В отличие от мужчин нам нельзя расслабляться. Для нас это непозволительная роскошь.
В ответ Бетти оставалось лишь кивать.
Расплатившись в кассе, ободренная и словно сбросившая с плеч тяжкую ношу, она выпорхнула из стеклянных дверей салона, сбежала по ступенькам крыльца и бодро направилась к своему автомобилю.
Даже дорога домой показалась ей сегодня не такой долгой. Кроме того – о чудо! – ни разу не пришлось стоять в пробке, хотя был самый час пик.
Позже, готовя на кухне незамысловатый ужин, Бетти поймала себя на том, что напевает. Обнаружилось это примерно в середине процесса стряпни. Она вынула из холодильника покрытый инеем шницель-полуфабрикат и положила на разогретую сковородку. Затем поместила замороженное картофельное пюре в микроволновую печь и принялась искать консервный ключ, чтобы с его помощью вскрыть банку с маслинами.
Тут-то Бетти и сообразила, что фраза из известной песенки «У меня есть ты, детка» не просто вертится в ее мозгу, а она напевает эти слова!
Открытие настолько удивило ее, что она даже застыла с поднятой над ящичком кухонного стола рукой, на миг позабыв, зачем выдвинула его. Такого хорошего настроения у нее не было с незапамятных времен.
Ну и замечательно! – подумала Бетти. Уверена, Майкл порадовался бы за меня.
Задорно тряхнув головой, она продолжила рыться среди мелких кухонных приспособлений.
Вскоре консервный ключ обнаружился, и Бетти открыла маслины. Потом она перевернула шницель, чтобы поджарилась другая сторона, и вынула из холодильника большой темно-красный салатный перец. Тот показался ей таким красивым, что даже жалко было резать. Но, полюбовавшись немного аппетитным овощем, Бетти все-таки пустила его под нож. Та же участь постигла и несколько веточек петрушки.
Выложив перец на блюдце, оливки в хрустальную розетку, шницель с пюре на тарелку и посыпав блюдо петрушкой, Бетти принялась за еду.
Но сначала она сделала еще одну не совсем обычную для нее вещь – включила телевизор.
Тот находился здесь же, на кухне, однако Бетти почти никогда им не пользовалась, потому что предпочитала за едой просматривать газеты или журналы. Сейчас же у нее вдруг возникло желание посмотреть хороший фильм. Только не слезливую мелодраму – этого и в ее собственной жизни хватало, – а комедию, или боевик, или… что это? А, ну да, триллер тоже сойдет.
Ела Бетти медленно, потом поставила тарелки в посудомоечную машину и переместилась в гостиную. Там, включив большой телевизор и удобно устроившись на диване, она продолжила наблюдать за тем, как некое рогатое и крылатое чудище гоняет по подземным лабиринтам кучку ополоумевших от ужаса спелеологов.
Минут через двадцать Бетти вспомнила о своем кулинарном шедевре и вновь ненадолго удалилась на кухню. Обратно вернулась с ломтем торта «Каприз» на тарелочке. До конца фильма, отламывая понемножку ложечкой, она съела его весь до крошки. Чудовищу на экране повезло меньше, последнему спелеологу удалось от него улизнуть. Потом таинственное животное распростерло крылья, взмыло в воздух над ночным лесом и улетело куда-то…
Лежа в постели, Бетти подвергла анализу нынешний день и пришла к выводу, что в ее душе произошел какой-то сдвиг: слежавшиеся за два долгих года пласты эмоций шевельнулись. Верхние, особо мрачные и заскорузлые, чуть подались в сторону, словно готовя место для чего-то более пластичного и свежего, что поднималось изнутри.
Бетти долго прислушивалась к себе и в итоге решила, что все эти перемены ей нравятся.
Ее не покидало чувство, будто она возрождается для чего-то.
Для чего?
Этот вопрос оставался без ответа. Сколько Бетти ни искала разгадку свершающихся в ее душе метаморфоз, так ничего и не нашла. Но то, что происходило это неспроста, было для нее очевидно.
Уснула Бетти не просто легко и спокойно, но даже с улыбкой на губах.
На следующий день она позвонила Мэту из редакции и сказала, что принимает его предложение.
– Вот и замечательно, – обрадовался тот. – Молодец! Я позабочусь, чтобы к твоему приезду все подготовили. Потом завезу тебе ключи, и в путь!
Дня за три до отъезда в квартире Бетти раздался телефонный звонок.
Дело было поздним вечером, она только что приняла душ, перед тем как лечь в постель, и сейчас промокала полотенцем влажные волосы.
– Да? – произнесла Бетти в трубку.
– Здравствуй, дорогая.
Ах, чего бы только она ни отдала, чтобы эти слова были произнесены другим голосом! – К сожалению, реальность мечтам не соответствовала.
– Здравствуй, Феликс.
– Прости, если потревожил тебя.
– Ничего, я еще не сплю.
Повисла небольшая пауза, потом Феликс произнес с несколько смущенным смешком:
– Я тут подумал… Может, сходим куда-нибудь в ближайший уикенд? В театр, ресторан…
Бетти не ожидала ничего подобного, поэтому слегка растерялась.
– Я… э-э… – Она не собиралась никуда идти с Феликсом, но соображения вежливости не позволяли просто так отказать. Однако повода уклониться от ненужной встречи быстро не нашлось, поэтому Бетти произнесла первое, что напросилось на язык:
– Я бы с удовольствием сходила с тобой куда-нибудь, но, боюсь, из этого ничего не получится.
– Вот как? – В голосе Феликса прозвучало не столько разочарование, сколько досада.
Всегда чутко улавливавшая оттенки тона собеседника Бетти удивилась данному обстоятельству, но не придала особого значения. В эту минуту ей больше всего хотелось поскорее закончить разговор.
– Да. Я не смогу составить тебе компанию.
– Ты… будешь занята?
– В некотором роде.
На минутку наступила тишина.
– А на следующей неделе?
По-видимому, Феликс не собирался сдаваться.
– К сожалению, ничего не выйдет. Я уезжаю в отпуск.
– В самом деле? – Феликс заметно оживился. – И куда, если не секрет?
На миг Бетти задумалась. Ей вспомнилась беседа с Мэтом, которому показались странными звонки Феликса. Но что особенного в ее предстоящей поездке?
– Никакого секрета. Отправляюсь взглянуть на новую виллу Мэта.
– Во Флориде? – быстро произнес Феликс.
– Да, неподалеку от Уэст-Палм-Бич.
– Знаю, Мэт рассказывал. Его вилла рядом с прибрежным поселком… забыл его название.
– Роузвилл, – спокойно подсказала Бетти.
– Точно! – Выдержав небольшую паузу, Феликс спросил с нарочитой беззаботностью:
– Одна едешь?
– Да. Пора сменить обстановку, знаешь ли…
– Конечно. Тебе не помешает немного развеяться. Что ж, жаль, что ты не можешь куда-нибудь сходить со мной, но не отменять же из-за этого отпуск, верно? – Феликс хохотнул над собственной шуткой, потом сказал:
– Ладно, желаю приятно провести время. И спокойной ночи.
– Всего хорошего, Феликс.
В пятницу Мэт привез Бетти электронные ключи от виллы Гибискус.
– Вот, взгляни. Этот универсальный – от всех дверей дома, а этот – от пристройки. Миссис Рэнсом покажет тебе твою спальню. Она уведомлена о твоем приезде.
– Спасибо, Мэт. Должна признаться, теперь твоя идея насчет моего отпуска представляется мне весьма удачной.