Страница 15 из 31
Кто мог думать тогда, что настанут дни, когда так и произойдет?
В его жизни случилось столько перемен – совершенно от него не зависящих, – что он поневоле почувствовал себя другим человеком.
И со временем даже думать о себе начал именно как о Тревисе Хантере.
Нынешний день с новой силой всколыхнул в нем воспоминания. Разумеется, он и так думал о своей былой жизни, но одно дело размышлять вообще, и совсем другое – когда прежнее существование властно врывается в настоящее.
Как, например, сегодня.
Когда Тревис увидел Бетти, сидящую за столиком его собственного ресторана, он на миг замер, будто пораженный молнией.
Нет, он и раньше допускал подобную возможность. С тех пор как, больше года тому назад, Мэт Уинклесс приобрел расположенную вблизи поселка виллу Гибискус, Тревис только и мечтал, как однажды эти края посетит Бетти.
Он прекрасно понимал, что ничего не сможет ей сказать – как, впрочем, Мэту и всем остальным своим прежним знакомым, – однако сама мысль о том, что он увидит ее, безумно его будоражила.
Рано или поздно наступит момент, когда Мэт пригласит Бетти погостить на вилле, думал он.
Иначе просто быть не может.
И тогда ему останется лишь одно: не выдать себя.
Потому что еще не время. Не все обязательства выполнены, не все угрозы изжиты. К тому же он не вправе подвергать дорогих его сердцу людей опасности.
И все-таки, рассуждая подобным образом, Тревис ошибался. Он исходил из того, что, возможно, ему удастся увидеть Бетти издали, на расстоянии. При этом сама она, скорее всего, даже не заметит его. А если заметит, то не узнает.
В последнем Тревис был уверен больше всего, потому что уже прошел своеобразную проверку с Мэтом. Так уж вышло, что в прошлом году они общались довольно тесно. Тревис бывал у Мэта на вилле, они вместе рыбачили.
Словом, моментов, когда Мэт мог бы узнать Тревиса, было предостаточно.
Но этого не произошло!
Впрочем, немудрено. Порой он сам не узнавал себя, глядя в зеркало. Его внешность изменилась – отчасти из-за вмешательства пластического хирурга, но также благодаря и собственным усилиям. На носу появилась горбинка, брови приобрели немного иную форму, голос стал ниже, потому что на голосовых связках была сделана крошечная насечка. Кроме того, волосы отросли до плеч и вдобавок выгорели на солнце, мышцы окрепли и округлились.
Неизменными остались лишь рост и цвет глаз.
Специалисты рекомендовали ему использовать контактные линзы другого цвета, которые закрывали бы радужную оболочку, превращая ее из карей, например, в голубую. Однако, попробовав, Тревис отказался носить линзы: от них болели глаза. Пришлось прибегнуть к помощи солнцезащитных очков.
Кое-что также прибавилось в его внешности – в верхней части левого бедра появился шрам после пулевого ранения. Тревис понимал, что при определенных обстоятельствах эта метка может оказаться роковой, и потому всячески скрывал ее. Впрочем, после переезда в Роузвилл его никто не видел обнаженным.
И еще он полностью сменил имидж, отказавшись от дорогих деловых костюмов и перейдя на потертые джинсы, футболки и рубашки из тех, что попроще.
Порой Тревис думал, что сейчас его не узнала бы родная мать… будь она жива.
Так или иначе, Мэт не узнал его, и можно было смело надеяться, что то же самое повторится с Бетти. Благодаря чему у Тревиса появится возможность полюбоваться ею хотя бы издали.
Издали.
В этом и заключалась его ошибка. Ведь он просто обязан был учесть такую вероятность, что, подобно множеству других отдыхающих, Бетти зайдет перекусить в «Морскую выдру»!
Что и произошло.
А Тревис оказался совершенно к этому не готовым.
Он находился в кухонном блоке, составляя список необходимых для завтрашнего дня продуктов и периодически поглядывая в зал сквозь проем раздаточного окна. Посетителей все прибывало, столики быстро заполнялись. Тревис понял, что ему придется помочь официантам.
Обслуживая посетителей, он заметил за крайним справа столиком странно знакомую одинокую женскую фигуру. Красивые светлые волосы длиной до лопаток, хрупкие плечи, изящная спина…
Потом молодая женщина слегка повернула голову… и Тревис застыл изваянием.
Так и есть – Бетти!
Его сердце забилось как сумасшедшее, на несколько мгновений он даже забыл про необходимость дышать.
Как ни готовил себя Тревис к возможной встрече, она застала его врасплох. На него разом нахлынули все долго сдерживаемые и тщательно скрываемые чувства – любовь, тоска, радость…
Тревису показалось, что он стоял на месте целую вечность, хотя на самом деле это наверняка продолжалось всего минуту. Потом он увидел, как Брайан принес Бетти заказ, и ему захотелось как-то поучаствовать в этом, сделать ей что-то приятное.
Он зашел в подсобное помещение, где стоял проигрыватель компакт-дисков, обеспечивающий музыку его небольшому заведению, и быстро просмотрел свою фонотеку. Потом поставил вещь, которую Бетти когда-то очень любила, – «Вопрос доверия» Билли Джоэла.
Вернувшись в зал, он продолжил обслуживать посетителей, надеясь, что это поможет ему прийти в себя. Его взгляд то и дело устремлялся в ту сторону, где сидела Бетти.
Два с лишним года… – вертелось в голове Тревиса. Два с лишним года…
В свое время он вынужден был уйти, даже не попрощавшись. Исчезнуть, как будто его никогда и не было.
Это стоило ему немалых душевных переживаний, однако он хотя бы знал, что происходит. О том же, что перенесла Бетти, Тревис боялся даже думать.
Но и сейчас он еще не мог раскрыться перед ней. Особенно перед ней; Потому что до сих пор не кончилась игра, где ставкой является жизнь.
А как ему хотелось прикоснуться к Бетти!
Или хотя бы приблизиться…
В конце концов Тревис не выдержал и направился к столику, за которым она сидела.
Он сказал первое, что пришло ему в голову, жадно всматриваясь в ее лицо и одновременно стараясь не показать своего интереса. И тут Бетти огорошила его, назвав по имени. В первую минуту Тревис даже подумал, что ей все известно, однако быстро понял свою ошибку. Разумеется, Бетти рассказал о нем Мэт.
На этом ему бы и закончить разговор, но нет, поддавшись собственному безрассудству, он сел за столик!
Дальше больше. Видя, что Бетти даже не подозревает, с кем говорит, он успокоился настолько, что начал с ней флиртовать. И это едва не привело к осложнениям: когда Бетти упомянула, что неравнодушна к сладкому, Тревис чуть не брякнул «я знаю». Счастье, что хоть вовремя успел прикусить язык!
Это небольшое происшествие немного отрезвило его. Напомнило, по какой тонкой ниточке он ходит и как легко перечеркнуть то, ради чего он старался последние годы.
Впрочем, благоразумие торжествовало недолго. Вскоре Тревис вновь оказался опьянен радостным восторгом. Ведь Бетти находилась совсем рядом. Протяни руку – и дотронешься.
Только этого нельзя было делать. Нечто подобное часто виделось ему во сне. Будто Бетти так близко, что можно прикоснуться к ней, однако, как только Тревис пытался осуществить это, она исчезала.
Но сегодня был не сон, хотя так и хотелось крикнуть: «Ущипните меня!». Бетти – вот она, сидит напротив, улыбается, звучит ее знакомый, родной голос.
И Тревиса охватило неодолимое желание продолжить «знакомство».
В некотором роде оно действительно было знакомством, потому что за два с лишним года многое изменилось. В основном это касалось Тревиса, но также и Бетти, для которой испытания тоже не прошли бесследно.
Тревис смотрел на нее и думал о том, что сейчас они сидят за столиком, как два случайно встретившихся давних знакомых, которые тем не менее не узнают друг друга из-за наложенного временем отпечатка. Вернее, сам-то он знал, кто такая эта молодая красивая женщина, в глазах которой сквозит грусть, даже когда она смеется.
А Бетти пока не должна знать, кем на самом деле является владелец ресторанчика «Морская выдра» Тревис Хантер. Для ее же блага.