Страница 28 из 62
И он встал и пошел за нею.
Гиезий пошел впереди их, и положил жезл на лицо ребенка. Но не было ни голоса, ни ответа. И вышел навстречу (Елисею) и донес ему: не пробуждается ребенок.
И вошел Елисей в дом, и вот, ребенок умерший лежит на постели его. — И вошел, и запер дверь за собою, и помолился Господу.
И поднялся и лег над ребенком, и приложил свои уста к его устам, и свои глаза к его глазам, и свои ладони к его ладоням, и согрелось тело ребенка, и открыл ребенок глаза. — И позвал он Гиезия и сказал: позови эту Сонамитянку”; когда пришла она к нему, то отдал ей сына ее. “И упала она ему в ноги, и поклонилась до земли. И взяла сына своего, и пошла”.
“Елисей же возвратился в Галгал. И был голод в земле той; и сыны пророков сидели пред ним”. Когда подали им кушать похлебку, сваренную из дикого вьющегося растения, то она оказалась ядовитою. Елисей же всыпал в нее муки, и не стало в ней ничего вредного.
Затем пришел кто-то “Из Ваалшалиши и принес человеку Божию хлебный начаток — двадцать ячменных хлебцев и сырые зерна в шелухе. И сказал Елисей: отдай людям, пусть едят. — И сказал слуга его: что тут я дам ста человекам? — И сказал он: отдай людям, пусть едят. Ибо так говорит Господь: насытятся, и останется.
Он подал им, и они насытились, и еще осталось, по слову Господню”.
И еще замечательно чудо, совершенное пророком Елисеем над военачальником Сирийского царя Нееманом, получившим от него исцеление от проказы. — Узнав о чудесах пророка Елисея от молодой пленной Израильтянки, служившей при жене его, Нееман решился отправиться в Самарию и обратиться к Елисею. Чтобы облегчить себе доступ к нему, Нееман повез письмо царя Сирийского к царю Израильскому, “в котором было сказано: вместе с письмом сим, вот, я посылаю к тебе Неемана, слугу моего, чтоб ты снял с него проказу его”.
“Царь Израильский, прочитав письмо, разодрал одежды свои и сказал: разве я — Бог, чтоб умерщвлять и оживлять, что он посылает ко мне, чтобы я снял с человека проказу его? Вот, теперь знайте и смотрите, что он ищет предлога враждовать против меня.
Когда услышал Елисей, человек Божий, что царь Израильский разодрал одежды свои, то послал сказать царю: для чего ты разодрал одежды свои? Пусть он придет ко мне и узнает, что есть пророк в Израиле.
И прибыл Нееман на конях своих и на колеснице своей, и остановился у входа в дом Елисеев.
И выслал к нему Елисей слугу сказать: пойди, омойся семь раз в Иордане, и обновится тело твое у тебя, и будешь чист”.
Разгневанный тем, что Елисей не призвал над ним лично имя Господа своего и не возложил на него руки свои, Нееман сначала пренебрег воспользоваться предложенным ему, по его мнению, ничтожным средством, но по увещанию слуг своих согласился послушаться пророка, “и пошел он, и окунулся в Иордане семь раз, по слову человека Божия, и обновилось тело его, как тело малого ребенка, и очистился.
И возвратился к человеку Божию — он и все сопровождавшие его, и пришел, и стал пред ним, и сказал: вот, я узнал, что на всей земле нет Бога, как только у Израиля; итак, прими дар от раба твоего. — И сказал (Елисей): жив Господь, пред лицом Которого стою! Не приму.
И тот принуждал его взять, но он не согласился”.
— Иди с миром! — проводил его Елисей, — и Нееман “отъехал на небольшое пространство земли. Тогда погнался за ним Гиезий, слуга Елисеев, говоря: вот, господин мой отказался взять из руки Неемана, этого Сириянина, то, что он приносил. Жив Господь! Побегу я за ним и возьму у него что-нибудь”.
Увидев его, Нееман сошел с колесницы навстречу ему и спросил: с миром ли?
— С миром, — отвечал Гиезий, — но вот господин мой послал тебе сказать, что к нему пришли два человека из пророческих сынов, поэтому дай им талант серебра и две перемены одежд… — Нееман охотно дал ему два таланта и две перемены одежд. Гиезий принял их и спрятал у себя дома, по возвращении своем… Но это не могло утаиться от проницательности человека Божия, и он сказал Гиезию: “пусть же проказа Нееманова пристанет к тебе и к потомству твоему навек”. И вышел от Елисея слуга его — белый от проказы, как снег…
Между тем царь Сирийский не отказался от своих воинственных замыслов и собирался пойти войною на Израильтян, советуясь с слугами своими и решили, на каком месте расположить свой стан.
Пророк же Елисей послал предупредить царя Израильского, чтобы он не проходил таким-то местом, где залегли Сирияне, и таким образом сберег себя царь Израильский не раз и не два…
Встревожился царь Сирийский, узнав, что пророк Елисей мешает успеху его, предупреждая царя своего, и послал своих людей окружить тот город (Дофаим), где жил Елисей, чтобы захватить его. Но Елисей, когда пришли к нему Сирияне, помолился Богу и поразил слепотою пришедших к нему. “И сказал им: это не та дорога и не тот город; идите за мною, я провожу вас к тому человеку, которого вы ищете. И привел их в Самарию”. Тогда помолился: Господи, открой им глаза, чтобы они видели. И открыл Господь их глаза, и увидели, что они в середине Самарии. — Но Елисей запретил царю Израильскому избивать их”, так как не мечом своим и не луком он пленил их. И царь “приготовил им большой обед, и они ели и пили. И отпустил их, и пошли к государю своему. И не ходили более те полчища Сирийские в землю Израильскую”.
Однако же, через несколько времени “после того собрал Венадад, царь Сирийский, все войско свое, и вступил, и осадил Самарию.
И был большой голод в Самарии, когда они осадили ее”. Дошло до того, что две женщины согласились между собой съесть вместе, по очереди, сыновей своих… Первая их них исполнила их взаимное решение, но вторая стала отказываться сдержать свое слово… Тогда обиженная пришла жаловаться на нее самому царю. “Царь, выслушав слова женщины, разодрал одежды свои, и проходил он по стене, и народ видел, что вретище на самом теле его”.
Но приписывая это бедствие Елисею, отвратившему избиение Сириян, когда они были в Самарии, царь сказал: — “пусть то и то сделает мне Бог, и еще более сделает, если останется голова Елисея, сына Сафатова, на нем сегодня…
Елисей же сидел в своем доме, и старцы сидели у него. И послал царь человека от себя. Прежде нежели пришел посланный к нему, он сказал старцам: видите ли, что этот сын убийцы пришел снять с меня голову? Смотрите, когда придет посланный, затворите дверь и прижмите его дверью. А вот и топот ног господина его за ним! — Еще говорил он с ними, и вот посланный приходит к нему и сказал: вот какое бедствие от Господа! Чего мне впредь ждать от Господа?
И сказал Елисей: выслушайте Слово Господне: так говорит Господь: завтра в это время мера муки лучшей будет по сиклю, и две меры ячменя по сиклю у ворот Самарии”. (То есть голод сменится изобилием, дорогие цены упадут).
“И отвечал сановник человеку Божию: если бы Господь и открыл окна на небе, и тогда может ли это быть?
И сказал тот: вот увидишь глазами твоими, но есть этого не будешь”.
Между тем четверо прокаженных, в ожидании неизбежной смерти от голода в Самарии, решились пойти в стан Сирийский, предполагая, что если их там не умертвят, то, может быть, они и останутся в живых… Но, подойдя к стану Сирийскому, не увидели там ни одного человека: “Господь сделал то, что стану Сирийскому послышался стук колесниц и ржание коней, шум войска большого”, и они, подумав, что идет на них царь Израильский в союзе с царями Хеттейским и Египетским, “встали, и побежали в сумерки, и оставили шатры свои” со всем, что было в в стане их, ища только того, чтобы самим спастись…
Прокаженные же, войдя в один шатер, утолили свой голод, забрали золото, серебро и одежды, возвратились в город, где сообщили радостную весть об опустении вражеского стана городским привратникам, которые передали ее в самый царский дворец.
Немедленно отправлены были посланные на разведку вслед Сирийского войска, и вот, доехали они до Иордана по дороге, устланной вещами и одеждами, “которую побросали Сирияне при торопливом побеге своем. И возвратились посланные и донесли царю.