Страница 48 из 75
— Не пускайся по опасным волнам, останься на берегу.
— Разве я свободен решать?
— Доверься мне, и я тебе помогу.
— Что бы там ни делалось, я все равно останусь один.
Слезы сбежали по щекам Исет.
— Я не принимаю подобного фатализма! Если мы объединимся, мы справимся с любыми испытаниями.
— Я не могу предать своего отца.
— Тогда хотя бы не удаляйся от меня.
Красавица Исет уже больше не осмеливалась заговорить о свадьбе; если нужно, она готова была оставаться в тени.
Сетау вертел в руках диадему регента, увенчанную уреем, внимательно разглядывая этот предмет. Рамзеса это забавляло.
— Ты боишься этой змеи?
— У меня нет никакого противоядия от ее укуса; его просто не существует.
— Что ж, ты тоже посоветуешь мне отказаться от поста регента?
— Тоже… Значит, я не единственный, кто придерживается этого мнения?
— Красавице Исет хочется более спокойного существования.
— Ее нельзя в этом упрекнуть.
— И это говоришь ты? Неужели такой любитель приключений уже задумался о тихой и размеренной жизни?
— Путь, на который ты вступаешь, довольно опасен.
— Разве мы не поклялись друг другу отыскать настоящее могущество? Ты рискуешь жизнью каждый день, почему я должен струсить?
— Я имею дело только с рептилиями, ты же столкнешься с людьми, а это гораздо более опасные противники.
— Ты согласишься быть рядом со мной?
— Регент подбирает себе окружение…
— Я доверяю Амени и тебе.
— А Моису?
— У него свой путь, но я уверен, что мне еще придется иметь с ним дело как с отличным мастером; вместе мы построим великолепные храмы.
— А Аша?
— Я с ним поговорю.
— Твое предложение делает мне честь, но я вынужден его отклонить. Я уже говорил тебе, что женюсь на Лотус? Да, знаю, не стоит слишком доверять женщинам, но эта — очень ценная помощница. Удачи тебе, Рамзес.
Меньше чем за месяц Шенар растерял только половину своих прежних друзей. Таким образом, ситуация была небезнадежна; он думал, что останется вообще один, но большое число сановников, несмотря на назначение, сделанное Сети, не верило в будущее Рамзеса. По смерти фараона, возможно, регент, растерянный и неопытный, уступит место более знающему.
Разве не был Шенар жертвой несправедливости? Его, законного преемника, грубо отстранили от трона, не дав никаких объяснений. Разве Рамзесу удалось бы уговорить отца, не возведя поклеп на своего старшего брата?
Испытывая даже известное удовлетворение, Шенар стал играть эту роль жертвы. Теперь ему предстояло терпеливо ждать возможности воспользоваться этим неожиданным преимуществом, разносить все более и более настойчивые слухи и предстать, в конце концов, неким якорем спасения от бесчинств Рамзеса. Конечно, подобная тактика требует времени, и немалого; его успех зависит от того, насколько он будет осведомлен о планах своего противника. Так что Шенар решил просить аудиенции у нового регента, расположившегося в крыле царского дворца в Мемфисе, рядом с фараоном.
Сначала ему предстояло преодолеть препятствие в лице Амени, беззаветно преданного Рамзесу. Как его подкупить? Ему не нравились ни женщины, ни вкусные яства, он целыми днями пропадал за работой в своем кабинете и, казалось, не имел другой цели в жизни, как только служить Рамзесу. И тем не менее, у каждого человека есть свое слабое место, и Шенар, в конце концов, разузнает и слабости Амени.
Он обратился к носильщику сандалий регента, с почтением и с восхищением отметил безупречный порядок, в котором все содержалось здесь, на новом месте, где в подчинении у Амени находилось два десятка младших писцов. Безразличный к лести, Амени и не подумал расточать комплименты в ответ и просто провел посетителя в приемную регента.
Сидя на ступенях, ведущих к площадке, на которой возвышался трон, Рамзес играл со своими собакой и львенком, который рос и крепнул на глазах. Оба питомца прекрасно ладили: львенок старался сдерживать свой напор, а собака — свою задиристость. Неспящий даже научил маленького хищника таскать мясо на кухне так, чтобы его не поймали, а Громила защищал желтого пса, к которому никто не мог приблизиться без его на то согласия.
Шенар был ошеломлен.
И это регент, второе лицо в государстве после фараона! Сопляк с внешностью атлета, забавляющийся со своими питомцами! Сети допустил невероятную оплошность, о которой он скоро пожалеет. Весь кипя от возмущения, Шенар все-таки сумел сдержаться.
— Досточтимый регент окажет ли мне честь выслушать меня?
— Зачем эти церемонии между нами! Иди сюда.
Желтый пес перевернулся на спину, подняв лапы и демонстрируя, таким образом, свое подчинение Громиле; Рамзесу понравился этот намек. Львенок же, вполне довольный, не замечал, что пес водит его за нос и, несомненно, заставит его плясать под свою дудку. Глядя на них, Рамзес многому учился, ведь они являли собой союз ума и силы.
Несколько нерешительно Шенар все-таки присел на ступеньку, на некотором расстоянии от своего брата. Львенок недовольно зарычал.
— Не бойся, он не нападет без моего приказа.
— Этот хищник может стать опасным. Если он поранит какого-нибудь высокого гостя…
— Можешь не волноваться. Никакого риска.
Неспящий и Громила прекратили игру и уставились на Шенара; его присутствие раздражало их.
— Я пришел, надеясь быть тебе полезным.
— Благодарю тебя.
— Какое поручение ты хочешь мне доверить?
— У меня совершенно нет опыта в том, что касается светской жизни и устройства государства. Как в этом случае могу я назначить тебя куда-нибудь, не допустив при этом грубой ошибки?
— Но ты ведь регент!
— Сети единственный властитель Египта; это он, и никто другой, принимает важные решения. Мое мнение ему совершенно без надобности.
— Но…
— Я же первый осознаю свою неопытность и не имею ни малейшего намерения играть во власть; мое поведение нисколько не изменится: служить царю и повиноваться ему — вот моя задача.
— Однако когда-нибудь тебе придется брать инициативу на себя!
— Это означало бы предать фараона; мне достаточно будет тех дел, которые он сам мне поручит, и я постараюсь выполнить их как можно лучше. Если же мне это не удастся, он сместит меня и назначит нового регента.
Шенар был обезоружен. Он ожидал встретить здесь заносчивого, вызывающего поведения хищника, а нашел услужливого и безобидного ягненка! Неужели Рамзес научился хитрить и менять маски, чтобы устранить своего противника? Был один простой способ это проверить.
— Я полагаю, ты уже ознакомился с порядком постов.
— Мне потребовалось бы на это много месяцев, если не лет, чтобы разобраться во всех этих иерархических тонкостях. Неужели это так необходимо? Благодаря трудолюбию Амени, я смогу освободиться от административной рутины и у меня будет время поиграть с моими собакой и львенком.
В голосе Рамзеса не было ни капли иронии; казалось, он был не в состоянии осмыслить меру своей власти. Амени же, хоть и ловкий и трудолюбивый, был всего лишь юным семнадцатилетним писцом; ему не удастся так быстро постичь все секреты двора. Отказавшись окружить себя придворными людьми, Рамзес ослабит свои позиции и окажется просто-напросто сорванцом среди взрослых двора.
Вместо того чтобы вступить в жестокий бой, Шенар оказался на завоеванной территории, покорно лежащей у его ног.
— Я полагал, что фараон сделал какие-нибудь распоряжения насчет меня.
— Ты прав.
Шенар напрягся: наконец, момент истины! Значит, до этой минуты его брат ломал комедию, готовясь нанести ему решительный удар, который отстранил бы его от государственной жизни.
— Чего хочет фараон?
— Чтобы его старший сын оставался на своем посту, как раньше, и исполнял обязанности главы протокольной части.
Глава протокола… Важный пост. Шенару предстояло заняться организацией официальных церемоний, следить за исполнением постановлений, постоянно находиться в курсе политики царя. Его не только не отстранили, но, напротив, предложили центральное место, даже если оно и не подразумевало всей полноты власти регента. Действуя с умом, он сумеет сплести прочную паутину.