Страница 83 из 103
— Тогда следует найти способ отвести обвинение, — поморщился Йен. — И если мой дедуктивный метод верен, то единственный выход — найти настоящего убийцу.
Гнетущее молчание повисло в комнате, и Майлз снова вернулся к своей теории, высказанной раньше:
— Ты не знаешь, кто мог бы выкрасть этот кинжал?
— Знаю. Джорджо нашел этого человека. Но это нам не поможет. Он украл его по заказу брата Бьянки.
— Нет, это невозможно! — Теория Майлза разбилась в одночасье.
— Не знаю, вправе ли я выступить, но не кажется ли вам, что Джованни Сальва может быть убийцей? — вмешался Джорджо, оглядев собравшихся.
— Это был не Джованни. Это не мог быть он. — Йен вскочил и стал шагать взад и вперед по комнате. — Тот, кто убил Изабеллу, убил и Энцо, ее слугу, — продолжал он в ответ на вопросительные взгляды братьев. — Джованни не мог этого сделать просто потому, что его не было в Венеции в это время. Мне подтвердил это наш агент в Триесте.
В другой ситуации они забросали бы его вопросами, чтобы утвердиться в его заключении насчет Джованни, но сейчас времени на это не было. Когда Майлз заговорил, его голос дрожал от волнения и бессилия помочь женщине в несчастье:
— Тогда мы должны начать сначала и исходить из личности предполагаемого жениха Изабеллы из высшего общества, ограничившись знанием, что этот человек враг Йена и друг Джованни Сальвы.
Остальные согласно покивали, размышляя над тем, сильно ли это обстоятельство сузит границы поиска.
— Тогда нам предстоит проверить не три сотни человек, а всего сотню, — сказал Криспин.
— Стоп! У нас не сотня подозреваемых, а всего четверо, — заявил Йен, досадуя на себя за то, что это не пришло ему в голову раньше.
— Кто они? — спросил Майлз за всех.
— В этом-то и сложность. Бьянка пригласила шестерых в дом к Туллии и заявила, что один из них убийца. Само по себе это ничего не значит, но кто-то выстрелил в нее на виду у всех. Это должен был быть человек, который опасался разоблачения. Бог знает каким образом, но Бьянке удалось свести список подозреваемых к этим шестерым. Двоих следует исключить, потому что даже если Криспин и Вальдо Вальдоне могли убить Изабеллу, их не было у Туллии и ни один из них не мог выстрелить. Хотя я и не говорил об этом с Бьянкой, я не сомневаюсь, что она включила их в список, чтобы заставить меня прийти или по крайней мере заинтересоваться этим обстоятельством. Значит, у нас остается всего четверо.
— Четверо в масках, — мрачно подметил Криспин.
— Ты не знаешь их? — спросил Майлз Йена, и тот покачал головой в ответ.
— А Туллия может знать? Ведь встреча была назначена у нее в доме. — Предположение Себастьяна вселило в них надежду.
— Возможно, она и знает, но мне не скажет, — ответил Йен. — Похоже, что из-за недостаточной заботы о Бьянке я нажил себе еще кучу врагов.
— Ладно, — заключил Криспин. — Давайте надеяться, что хотя бы половина из них не обуреваема маниакальной жаждой убийства.
— Одному из нас следует пойти к Туллии, — предложил Себастьян. — И если ее обеспокоенность судьбой Бьянки, которую все мы видели сегодня, не показная, а искренняя, то она сделает все, чтобы спасти ее.
— Есть более быстрый, хотя и не более легкий путь, — откашлявшись, вымолвил Джорджо, который все это время молча стоял у стены. — Бьянка всегда использовала племянника Марины в качестве посыльного. Может быть…
— Да! — воскликнул Йен, отчетливо вспомнив вечер четверга. — Ты абсолютно прав, Джорджо, именно ему она поручила доставить письма. Я уверен, что он вспомнит адреса. Позови его немедленно.
— Я рад, что поле поисков сузилось, но мы по-прежнему не знаем, кто убийца и каковы его мотивы, — сказал Себастьян.
— Я знаю мотив, — хрипло отозвался Йен. — Бьянка предполагала это уже давно, но я не верил ей тогда. Она считала, что Изабелла тайно выведала какую-то важную информацию и хотела использовать ее для шантажа, чтобы вынудить кого-то жениться на ней. Я сказал ей тогда, что она делает выводы из случайного стечения обстоятельств. — Йен горько усмехнулся. — Но теперь я считаю, что она была права.
— А что за информация была в распоряжении Изабеллы, по мнению Бьянки? — спросил Майлз.
— Она точно не знала. Только догадывалась, что Изабелла подслушала разговор на одном из тайных собраний, которые, по свидетельству Энцо, часто проходили в ее доме.
— И все же это обстоятельство не проливает свет на то, что именно она могла услышать, — заметил Майлз.
— Нет, но, возможно, если у нас будут имена… — Себастьяна прервал шум драки за дверью. Арборетти дружно поднялись, чтобы выяснить, в чем дело, и в любой другой момент зрелище, которое они увидели, рассмешило бы их.
Джорджо обхватил Нило обеими руками и изо всех сил старался оторвать его от пола. Когда дверь комнаты распахнулась, Нило откровенно высказывался по поводу того, почему ни за что не двинется с места:
— Я не стану говорить с ним. Он предатель. Я ненавижу его, и мне наплевать, если он об этом узнает. — Он в ярости взглянул на Арборетти, которые стали невольными свидетелями его последних слов.
— Ты действительно подкупил судей? — потребовал ответа Криспин.
— Нет! — вскричал Йен. — Вы можете считать меня равнодушным человеком, который покинул зал суда посреди слушания, но я их не подкупал.
— А сенаторов? — угрожающе подступил к нему Себастьян.
— Нет, черт побери! Я пытался убедить их освободить ее, а не осуждать.
— Несмотря на то что ты сам считал ее виновной? — недоверчиво прищурился Майлз.
— Я так не думал. Я… я не мог. Но все это ерунда, потому что виновна она или нет, но ее ждет смерть, если мы не предпримем никаких действий.
Джорджо тем временем выпустил Нило, который смотрел нa господ расширенными от ужаса глазами. Когда перебранка между ними закончилась, он поднялся и подошел к Йену.
— Что я могу сделать? — спросил юноша с достоинство словно приносил военную присягу.
Арборетти с облегчением вздохнули и вернулись в комнату, Джорджо и Нило последовали за ними.
— Нам нужно знать имена тех, кому ты доставил письма в четверг вечером. Мне известны два — Криспин и Вальдо Вальдоне.