Страница 77 из 124
— Никогда ещё я не допускал представителей средств массовой информации на свою землю, а уж тем более в дом, — сказал он. — Я иду на это только ради тебя.
Мередит подошла к нему и, взяв за руки, легонько чмокнула в щеку.
— Я знаю, что тебе никогда этого не хотелось, — сказала она. — И прекрасно понимаю, что это интервью для тебя — лишь предлог, чтобы побыть со мной наедине.
— И ещё — чтобы обеспечить успех твоей программе, — добавил
Александр, улыбаясь.
— А также — чтобы убедить меня, что мы и в самом деле любим друг друга. — Мередит поправила выбившуюся прядь на его голове.
Александр внимательно посмотрел на нее. Его лицо было серьезно и сосредоточено.
— Сделай для меня кое-что, — попросил он.
— Все, что хочешь, — без малейшего промедления ответила Мередит.
Он обнял её и прижал к себе.
— Выйди за меня замуж, — попросил он внезапно охрипшим голосом. — В этот же уик-энд, до того, как нам придется вернуться в Манхэттен. Я не хочу больше ждать.
— Я тоже, — сказала Мередит. — Хотя, по большому счету, я не сказала бы, что мы уж очень ждем.
Съемочная группа сопровождала Александра и Мередит, когда те вышли из дома, побывали в конюшне, а потом прогуливались по саду. Оператор тщательно снимал каждый их шаг. Он заснял, как Александр показывал Мередит своих пони для игры в поло, а также объяснял, почему решил приобрести себе дом именно здесь.
— Это будет настоящая сенсация, — шепнула Мередит Александру во время перерыва. — Уж после этого интервью твой публичный облик должен кардинально измениться. Зрители увидят тебя таким, каким и представить-то не могли.
Запись самого интервью состоялась в библиотеке. Мередит убедила Александра, что ему будет выгодно рассказать, как он рос в тени своего легендарного отца, обсудить все плюсы и минусы такого положения. Она прекрасно понимала, насколько трудно человеку, ведущему столь замкнутый образ жизни, раскрыть свою душу перед камерой, но была уверена: поскольку Александр любил её и доверял ей, теперь ему будет легче говорить с ней начистоту даже в присутствии съемочной группы.
Съемки закончились уже вечером. Хотя Мередит и обожала брать интервью, прощаясь со своими коллегами, она испытала такое же облегчение, как и сам Александр. Затем, когда съемочный фургон скрылся из вида, она обернулась к Александру и, взяв его за руку, весело спросила:
— Итак, на чем мы с тобой остановились, когда нас прервали столь бессовестным и бесцеремонным образом?
— По-моему, мы обсуждали предстоящую свадьбу, — напомнил
Александр.
Мередит поцеловала его.
— Да, я как раз об этом и думала, — сказала она с расстановкой. — Как бы ты отнесся к тому, чтобы мы с тобой сыграли классическую свадьбу?
Александр метнул на неё подозрительный взгляд.
— Ну-ка объясни, — потребовал он.
— Я хочу, чтобы все было красиво и романтично. Чтобы нас окружали ближайшие друзья. Можно устроить пикник на природе, прямо здесь. Лучше всего летом. Но не позже августа…
Александр изучающе посмотрел на нее.
— Для тебя это очень важно, да?
Мередит кивнула.
— Да, такое событие случается раз в жизни, и я хочу запомнить его навсегда.
— Хорошо, будь по-твоему, — согласился Александр. С некоторой неохотой, как ей показалось. — Но только с одним условием.
— Так я и знала! — с притворной укоризной всплеснула руками Мередит. — И с каким же?
— Что мы начнем жить вместе уже сейчас, — быстро ответил он. — Сразу по возвращении в Манхэттен ты должна переехать ко мне.
Мередит звонко рассмеялась и снова поцеловала его.
— Ловлю на слове, — сказала она. — Но только попробуй от меня избавиться!
Мередит стояла у окна своего кабинета в здании Ай-Би-Эс и задумчиво смотрела вниз, на Пятьдесят вторую улицу. Она только что просмотрела отснятые с Александром материалы. На пленке все вышло даже лучше, чем она ожидала. Давший ей интервью человек разительно отличался от того Александра Киракиса, за которым в последние годы прочно утвердилась скандальная слава. Нет, мужчина на пленке был, несомненно, тот самый Александр, которого она знала, тот самый, в которого без памяти влюбилась: умный, сильный, честолюбивый, спокойно и с достоинством воспринимающий свое сказочное богатство. И вместе с тем, этот человек, несмотря на свое положение, оставался мягким и необыкновенно человечным. Мередит невольно улыбнулась. Интервью удалось на славу, Александр будет доволен.
Их любовь с Александром была настолько не похожа на тот роман, который был у неё с Ником Холлидеем, что Мередит просто не могла заставить себя поверить, что когда-то любила Ника. Если жизнь с Ником была сравнительно спокойной и размеренной, то роман с Александром с самого начала развивался не по правилам и протекал бурно и подчас необузданно. Они с Александром столкнулись, как две звезды на небосклоне. Сейчас, когда у Мередит наконец появилась возможность немного перевести дух и подумать, ей показалось, что оба они просто не сумели оказать мало-мальски серьезного сопротивления той неодолимой силе, что так властно притягивала их друг к другу. Жизнь с Александром была бурной, зажигательной и непредсказуемой. Мередит знала, что вдвоем им по плечу любая задача.
Покинув кабинет, она прошла по длинному коридору в студию, где готовили программу «Глядя из Манхэттена». Толкнув дверь погруженной в темноту студии, она взглянула на часы. Половина десятого. Она даже не заметила, что так засиделась. Не заметила и ухода Синди. Почти весь день Мередит разбирала корреспонденцию, которой из-за затянувшейся поездки в Саутгемптон была завалена буквально по уши.
Пошарив по стене, Мередит нащупала выключатель и повернула рычажок. В студии вспыхнул ослепительный свет. Перешагнув через провода, она обогнула установленные камеры и прошла к заново обставленной перед предстоящей передачей сцене. За столом ведущего красовались увеличенные до огромных размеров черно-белые фотографии: Александр, возглавляющий Совет директоров; непобедимый чемпион по игре в поло, гарцующий верхом на пони; Александр на борту яхты «Дионис» в неформальной обстановке; и наконец отец вместе с сыном, последняя фотография, сделанная незадолго до смерти Константина Киракиса в 1982 году. Мередит с гордостью разглядывала улыбающееся лицо победителя матча в поло, вспоминая события, последовавшие вскоре после него в Саутгемптоне.
Да, прав был Александр — вдвоем они куда сильнее, чем по отдельности.
Ресторан «Окна мира», вознесшийся над Манхэттеном в самое поднебесье, расположен на сто седьмом этаже Мирового Торгового Центра. Отделенные от внешнего мира лишь ослепительно сверкающим прозрачным стеклом, все его залы, гостиные и кабинки обеспечивают посетителям воистину поразительное зрелище: обзор всего Нью-Йорка с высоты птичьего полета. Сверкающее великолепие и необыкновенная пышность интерьера, раззолоченные зеркала, прекрасная кухня и белоснежная форма официантов с золотыми эполетами — вот визитная карточка этого элегантного заведения. Днем во время обеда многочисленные залы и гостиные принимают здесь лишь членов модного частного клуба, а вот по вечерам ресторан, бар и буфет открыты для любых желающих насладиться изысканной кухней и фантастическими видами.
Хотя Мередит за годы, проведенные в Нью-Йорке, не раз доводилось ужинать в «Окнах мира», поразительное зрелище всякий раз захватывало её так же, как и впервые. И вот теперь, сидя за столом в кабинке напротив Александра, она с замиранием сердца смотрела в его бездонные черные глаза. Просто поразительно, что он заставлял её чувствовать, всего лишь посмотрев ей в глаза! Мередит уже не могла представить, как когда-то могла сомневаться в его любви.
— Сегодня мы празднуем, — сказал Александр, когда официант приблизился к их столу с бутылкой «Дом Периньона» и двумя бокалами. Александр до сих поражался от того, что с каждым днем Мередит казалась ему все красивее и желаннее. Сегодня на ней было глубоко декольтированное, расшитое бисером и блестками вечернее платье и ожерелье, которое он купил ей в Риме. Волосы, как любил Александр, свободно ниспадали на плечи.