Страница 18 из 35
Это и будет его месть! Он своего не упустит, не такой человек. Ничего! Калифорния – большой штат. Он мог поехать туда по тысяче разных причин. Но Тина сердцем чуяла, что упрямец Джованни не откажется от своего плана.
Она смотрела на опустевшую улицу, уверенная, что он вернется.
Несколько дней после этого Тина чувствовала себя не в своей тарелке, пугливо выглядывала в окно перед тем, как отправиться на работу, озиралась, как беглянка или преступница, все больше злясь, что она, человек ни в чем не повинный и законопослушный, не может спокойно жить в своем собственном городе.
Деду, когда он позвонил, она ничего не сказала. Он и без того расстроился, услышав, что у гаража нет ни одного потенциального покупателя. Впрочем, оставалась надежда, что они все-таки успеют продать гараж до того, как Джованни купит соседние развалины. Надежда слабая, но Тина за нее ухватилась и принялась с удвоенной энергией тормошить агента по продаже недвижимости.
В деньгах они нуждались отчаянно. Джованни разъезжает по миру, зарабатывая с легкостью необыкновенной, а порядочные люди, дед например, бьются как рыба об лед, чтобы свести концы с концами, и могут позволить себе отпуск потому только, что выпал выигрыш в лотерею.
Гордость не позволяла Дэну Мерфи рассказать родителям Тины, как обстоят дела.
– Ни за что! – рассердился он, когда с месяц назад она робко предложила написать им об этом. – Наша задача – продать гараж, купить домик с садом и подготовить его к приезду твоих отца и матери! Они трудятся на износ в этом своем Пуэрто-Рико, и я хочу, чтобы они вернулись насовсем, – только надо, чтоб им было куда возвращаться. – Он замолчал и погладил внучку по голове. – Я слишком горд, милая, чтобы просить помощи у своего сына. Дети, которые учатся в его школе, нуждаются в помощи больше, чем мы с тобой!
Тина обняла его нежно.
– Ты прав, дедушка. Мы справимся сами.
К пятнице у нее затеплилась надежда, что Джованни решил не рисковать встречей с матерью и, может, даже отменил свою сделку по покупке дома Тамблинов. Наводить справки она не решалась. Не дай Бог, скажут, что он въезжает на следующей неделе.
Нарядившись в свое самое солнечное, ярко-желтое платье, Тина вышла из дому, привычно огляделась, не болтается ли поблизости некий блондин, и села в машину. Прожит еще один день, нажита еще одна морщинка, грустно подумала она, но тут же повеселела, вспомнив, что ей удалось уговорить Этана Бертелли, члена грозной банды «терминаторов», взять почитать несколько книг из тех, что она купила на библиотечной распродаже. Этан – шпана, ничего удивительного – с такой-то семейкой! Брат бездельник, отец тоже, мать пьет. Шансов стать хорошим человеком у Этана немного, но он, кажется, все-таки что-то понял. Может, еще выправится, размышляла Тина, напевая.
Слева показалось невысокое школьное здание. Тина припарковалась и, перебрасываясь приветствиями, бодро пошла к школе.
– Доброе утро! – весело поздоровалась она, входя в офис.
– Боже, какая ты ослепительная! – неодобрительно глянул на ярко-желтое платье новый секретарь Тины, человек суровый, застегнутый на все пуговицы.
– Сейчас лето, – сообщила она. – Правила не такие строгие. Все школьники в шортах и майках. Я не учитель, я должна быть открытой для общения. Пожалуйста, пропускай ко мне всех, ладно?
Жизнерадостно распахнула дверь к себе в кабинет, довольная тем, что он у нее есть. Она долго боролась за то, чтобы в школе было место, где можно поговорить со школьниками, место домашнее, приветливое. Теперь, оглядев свой уютный хаос, она отодвинула в сторону несколько папок на столе и занялась розами и лилиями, купленными вчера после работы.
Дверь за спиной отворилась. Она оглянулась с улыбкой, надеясь увидеть кого-то из школьников.
– Тут написано «Войдите», – лениво произнес Джованни. – Я и вошел.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Тина взяла себя в руки и спокойно взглянула в насмешливое лицо Джованни.
– Ну, раз ты в настроении подчиняться приказам, сделай одолжение, подчинись моему: выйди вон! Препираться мне недосуг.
– Вот опять – в который раз! – ты делаешь поспешные выводы! – театрально вздохнул он. Тина между тем изумленно взирала на его одеяние: серебристо-серый костюм в тоненькую розовую полоску, розовая рубашка, светло-серый галстук. Никто в мире, вырядившись так нелепо, не выглядел бы так соблазнительно! – Я поговорил с директором вашей школы. Он направил меня к тебе на консультацию.
– Мне лестно его доверие. Но сладить с тобой даже мне не под силу, – иронически подняла она бровь.
– Возможно. Во всяком случае, хотелось бы так думать, – улыбнулся Джованни. – Между прочим, хоть и забавно, что твоя дверь обклеена кошками и котами, но как-то, я бы сказал, непрофессионально...
– Напротив, это говорит о том, как я дружелюбна. Впрочем, только к тем, кто этого заслуживает, – оговорилась Тина, чтобы он чего не подумал, и, уязвленная упреком в непрофессионализме, сочла нужным пояснить: – Кошки – это потому, что мой кот умер, и, чтобы меня утешить, кто-то из детей вырезал и приклеил первую картинку. А потом это покатилось, как снежный ком.
– Бывает, – со значением, недобро кивнул он. – Снежный ком растет и растет, и люди уже не помнят, кто первый и почему начал, а ком катится, и правды за ним уже не видать...
– Тебе нужна какая-нибудь консультация? – прекрасно понимая, о чем он говорит, перебила Тина. – А то мне некогда.
– Директор хорошо о тебе отзывается, – произнес Джованни, изучая стену, сплошь закрытую фотографиями выпускников, присланными Тине из всех концов света. Снял одну, прочитал надпись, снова прикнопил. – Однако сколько поклонников!
– Я люблю детей, Джо, – вскинула она подбородок. – Дети любят меня.
– Похоже на то. У тебя хорошая репутация. У людей глаза светятся, когда они слышат твое имя, – как бы вскользь заметил он.
– Да ну? – отозвалась Тина, недоумевая, с кем и почему он вздумал упоминать ее имя.
– Представь себе. Так что я на тебя очень рассчитываю.
– В каком отношении? – заволновалась она.
– У меня несколько родственников-подростков живут в разных штатах. Кое-кто учится, кое-кто стажируется в бизнесе, – сказал он, боком усаживаясь на край стола.
– Ну и что? – втайне умирая от любопытства, принялась перебирать папки Тина.
– Я хочу помочь им вникнуть в автомобильный бизнес, начиная с самых азов. Открою еще филиалы, они станут там управляющими.
– Разводишь семейственность?
– Называй как хочешь, – пожал плечами Джованни. – На Сицилии принято держаться вместе. Каждый заинтересован в успехе других. Зачем брать человека со стороны, когда в семье есть специалист той же квалификации?
– Такой взгляд для меня – новость, – сказала она, не вполне уверенная, что по этому поводу думать. – Но, наверно, это против закона?
– Бизнес у меня семейный, вот я и вовлекаю семью. Теперь к делу. Эти родственники школьного возраста, они из бедных семей...
– Да? Значит, ты им не помог? – холодно перебила Тина.
Он пригвоздил ее взглядом.
– Не вздумай еще когда-нибудь подвергнуть сомнению мою преданность семье! И запомни: на Сицилии благотворительностью не занимаются. Там живут люди чести. – Тина удержалась от комментариев – уж больно грозно он это сказал, – но понадеялась, что глаза ее выскажутся достаточно красноречиво. – Родственникам, которые ко мне обращаются, я предлагаю работу или средства на получение образования. Удовлетворена?
– Не понимаю, зачем ты мне это рассказываешь, – нахмурилась Тина, заметив, что рассеянно листает папки, которые уже просмотрела.
– Затем, что меня интересует их благополучие. Я приехал посмотреть, в какой школе им предстоит учиться, встретиться с их психологом-консультантом.
– Здесь?! В Этернита?! – Гневный взмах руки, ваза с цветами покачнулась и упала бы, не подхвати ее Джованни.
– Ближе никакой нет. Мой дом рядом, я должен за мальчиками приглядывать, – наигранно спокойно сказал Джованни, глядя между тем в край ее декольте. – Я обещал их мамашам.