Страница 56 из 90
Только Асадулла высказал тогда особое мнение. Он считал необходимым создать сводный отряд из представителей всех заинтересованных лиц и таким образом соблюсти завещанные предками правила.
Большинство, однако, решило не терять времени и задействовать сплоченную группу, где бойцы понимают друг друга с полуслова, где не возникнет подспудной борьбы за лидерство. Чтобы каждый не делил для себя: где важная добыча, а где нет, где моя, а где чужая.
– Ребята в России стараются, но всякие накладки возможны. Эти неверные знают, что их ждет – ад на земле прежде ада на том свете. Их можно взять ранеными или без сознания – другого варианта нет. Если получим еще один-два трупа, надо любой ценой их сфотографировать. Дать снимок в Интернете и в наших газетах, поставить правильную подпись. Что мешает написать о проведенном суде и зачитанном приговоре? Тогда Асадулла мог бы говорить народу, что он исполнил свой долг.
– Кто опустится так низко? – покачал головой человек с серебристыми искрами в щетине. – Последнее дело приписывать себе месть, которую совершить не смог.
Обладатель огненно-рыжей бороды и нежной кожи был моложе своих собеседников. Он принадлежал к другому поколению, которому казались смешными и непонятными любые принципы, усложняющие жизнь. Жить нужно во имя победы, во имя власти. Стыдиться лжи так же смешно и нелепо, как идти воевать в папахе и черкеске вместо удобного заграничного камуфляжа из ткани, способной менять свой цвет.
– Сейчас покажу, какие координаты нам передали вчера.
Вытерев жирные от мяса пальцы и губы, чернобородый принял от эмира сложенную топографическую карту. Расстелил ее, покрыв добрую половину ковра. Карта была старой, еще советских времен, но с аккуратно внесенными изменениями.
– Кто у тебя так красиво рисует тушью, эмир Халил? Нам нужен хороший мастер, знакомый с арабской и иранской школами каллиграфии. Ты же видел роспись зала на заседании Верховной Шуры. Согласись, что изречения пророка могли бы быть изображены с большим искусством.
Огненнобородый командир действительно был никем иным, как Халилом, самым дерзким и удачливым командиром нового поколения. Гражданин Турции, чеченец по отцу, он привлекал своих сверстников еще и «чистой», без примеси «совка», биографией. Никогда он не был комсопольским работником, как Радуев, не получал поощрений в рядах Советской Армии, как Басаев.
Европейски образованный, он не стал бескомпромиссным воином «джихада» под давлением обстоятельств. Он родился таким, и это было видно с первого взгляда.
В ФСБ уже имели сведения, что Халил скоро сядет третьим рядом с Масхадовым и Басаевым.
Но те, кто присутствовал на заседаниях Шуры, знали, точнее чувствовали, что Халила ожидает еще более славное будущее.
Он не несет ответственности за предыдущие ошибки и поражения. Он молод, но это не минус.
Никогда еще средний возраст рядовых боевиков не был таким молодым – мало кто из бойцов прежнего поколения остался в живых. Кумиром для них может быть только такой, как Халил.
Не только Масхадов, но даже Шамиль для них уже слишком старомоден, готов к компромиссам, растерял веру в победу.
– Младшая жена постаралась, – ответил эмир. – Она у меня во всех отношениях младшая, недавно исполнилось пятнадцать лет.
– Говорят, ты привез ее из Бахрейна.
– Целыми днями может вышивать, рисовать.
Никто не просил ее исправлять карту, сама захотела. Я мог бы, конечно, велеть ей написать для образца несколько изречений Пророка – да святится его имя во веки веков. Но тут я придерживаюсь традиции: истинная каллиграфия испокон веков была уделом мужчин. Сделанное мужской рукой может воистину стать источником силы и вдохновения. Исполненное женщиной всегда будет только красивым узором.
– Ты как всегда смотришь в корень.
– Давай о деле. Где они, здесь?
Чернобородый вкратце пересказал полученную о складах информацию.
– Что с этим типом, который морочит нам голову? У тебя есть идея, как с ним установить контакт?
– Продавец передал кое-какие детали. Стрелок, каких поискать. Не из тех, кому подавай только снайперские винтовки. Он из любого стрелкового оружия выжмет нужный результат. Любит музыку, взял с собой плейер. Деньги тоже любит – больше всего на свете.
– Это все?
– Пока все. Я не стал слишком настаивать.
Когда настаиваешь, тебе лгут. Продавец тоже понимает, что этот «пастух» решил дополнительно заработать на своем стаде.
– Пусть сам с ним разберется или поможет нам. Надо узнать фамилию, разыскать родню, – высказался третий собеседник, с серебристыми волосками в густой щетине.
– Неверный знает, чем рискует. Наверняка позаботился о родне, услал подальше. Не стоит нам распыляться, здесь нужно действовать, – эмир Халил ткнул пальцем в обозначенную на подробной карте территорию складов. – Сегодня вечером мне переправят подробный план и служебные инструкции охраны.