Страница 96 из 223
Мы проезжаем через ограду, ещё красивее первой, без позолоты, но с ажурными виньетками на решётках и мраморными вазами на гранитных столбах. Это уже сад, любезно поясняет Мага, и здесь тоже свои обитатели, большие любимцы хозяев. Только голоса у них не ахти какие приятные, зато внешний вид бесподобен, особенно когда хвосты распустят. Я догадываюсь, кого мы сейчас увидим. В самом деле, на лужайке перед небольшим павильоном метут песчаные дорожки хвостами несколько павлинов, но пава не показывается, и свою красоту им демонстрировать некому. На нашу девочку и это производит неизгладимое впечатление. Она просит остановиться, но Мага заверяет, что они ещё успеют всё обойти и осмотреть, до вечера уйма времени.
И, наконец, из-за очередного поворота нам открывается круглый мощёный двор с действующим фонтаном, а за ним высится собственно замок. Величественный, монументальный и одновременно изящный, отделанный розовым камнем, словно вбирающим солнечный свет. С парадного крыльца к нам спешит сам хозяин, довольный донельзя, в сопровождении…
Нора жмётся к моим ногам. Причина беспокойства уже окружает коляску и обнюхивает нас с величайшим энтузиазмом. Это четвёрка мастиффов, настоящих английских мастиффов, хотя конечно, эта порода называется здесь как-то иначе. Каждый из них в холке выше моей собачки сантиметров на двадцать, это точно, и по всем остальным пропорциям намного её обгоняет. Поспешно хватаю собакина за ошейник; бедняжка отчаянно трусит. Геля только шире открывает глаза, но не очень-то и боится, скорее всего, осторожничает.
Сэр Майкл осаживает стаю. По его команде все четверо дружно садятся. Когда он подходит ближе, псы дёргаются навстречу, но кое-как остаются на месте: дисциплина здесь поставлена на должном уровне.
— Боб, Тейлор, Лиз, Тим, сидеть, друзья… Выходите, дамы, опасаться нечего, сейчас я вас представлю. Нашим сторожам нужно с вами познакомиться.
Сторожа дружно вывешивают розовые языки, всем видом демонстрируя дружелюбье и пушистость. Кучер распахивает дверцу экипажа, сэр Майкл галантно предлагает мне руку. Колеблюсь я единственно из-за Норы, а та робко выглядывает из-за моей… гм… спины.
— Не бойтесь за неё, Иоанна, — ободряюще говорит сэр Майкл, помогая мне сойти. — Уверяю вас, они её не тронут. На то у них весьма веские основания. Прошу вас, Нора… — С преувеличенной вежливостью он подхватывает поводок и что-то шепчет на ухо собакину. Я не верю своим глазам, тем не менее, Нора успокаивается и выпрыгивает. Гелю же сэр Майкл подхватывает за талию, не давая коснуться ступенек откидной лестницы, и бережно ставит на землю.
Мага спешивается и передаёт своего жеребца в руки налетевших невесть откуда слуг; с облегчением вижу, что и Лютика уводят. В том же направлении, по дорожке, огибающей замок, направляется и опустевшее ландо: видимо, у них там конюшня.
Сэр энергично подхватывает нас с Гелей и ведёт знакомить со стаей. Нас вежливо обнюхивают, тычутся в руки, и я начинаю жалеть, что не оставила даже корочки, всё перед выездом скормила Лютику. Обнюхивают и Нору, от головы до хвоста, строго, придирчиво и ревниво, особенно старается Лиз; я слегка беспокоюсь, потому, что моя взрослая лабрадорша в их компании смотрится щенком, но, вижу, как начинают молотить пёсьи хвосты, и успокаиваюсь. Они даже пытаются давать друг другу лапы.
— Теперь вы можете быть за неё абсолютно спокойны, — сообщает сэр. — Она вольна бегать хоть во всём поместье без опасения потеряться, наши сторожа её разыщут и приведут прямо к вам. И если даже вам вздумается потеряться — вас тоже приведут.
— Прямо к вам? — не удерживаюсь я от ехидного вопроса.
— Куда прикажете, дорогая. — У него на щеке проступает знакомая ямочка. — Они хорошо понимают нашу речь, только стройте чёткие формулировки, когда с ними общаетесь. Пойдёмте, однако, нас ждут.
…Общество. Мама. Сёстры. Как-то я к этому морально не готова…
Геле хорошо: она чувствует себя как рыбка в воде, спокойно берёт сэра Майкла под руку. А я? Мне идти одной? Как ни странно, справа от меня уже вырастает Мага и сердито выговаривает вполголоса:
— Соблюдай этикет, дорогуша, здесь у каждой дамы должен быть кавалер. По-крайней мере, если таковых хватает. Терпи.
И бесцеремонно просовывает мою руку себе под локоть. Терплю. Не подводить же Наставника своим невежеством.
А вот и те, кому нас сейчас будут представлять; поджидают нас на высоком крыльце. Глаза горят от любопытства. Похоже, вся женская половина населения замка расцвела здесь в калейдоскопе парадных туалетов. Мне сердечно пожимает руки высокая женщина, моложавая, но явно за шестьдесят, и когда я вижу эти чудесные кудри всё ещё цвета потускневшего золота с еле намеченными серебряными прядями, эту ласковую улыбку, прищур серо-голубых глаз, я понимаю, от кого сэр Майкл унаследовал свою ангельскую красоту. И, судя по всему, не только это. Она заглядывает мне в глаза ласково, ненавязчиво, но меня враз отпускает напряжение, и я уже не чувствую себя сковано. Леди Аурелия Кэррол. Золотая леди, как я сразу же её мысленно называю.
А вот и леди Абигайль, — отчего-то знакомое имя! — и леди Виктория, младшие сёстры прекрасного сэра, и в отличие от золотоволосого братца — совершенно, абсолютно рыжие, до красноты, зеленоглазые, смешливые, из-за обилия веснушек кажущиеся почти девчонками. Вот и племянница, леди Абигайль-младшая — и я, наконец, вспоминаю, отчего мне знакомо это имя. Его упоминал Мага во время визита к Мишелю! Она такая же рыжая, как сестрички сэра, тоненькая, изящная, как наша Геля, из глаз так и брызжет веселье. Не сдержавшись, она подаётся к Маге, видимо, собираясь что-то сказать, но тот сурово грозит её пальцем:
— Не время, юная леди; мы ещё поговорим!
Так я и знала. Он здесь частый гость.
А мужчин, между прочим, кроме сэра Майкла не видно.
Когда мы проходим в парадный холл, меня просто оторопь берёт. Одно дело видеть подобные интерьеры в музее, другое — знать, что здесь обитают, толкутся, бегают, неспешно расхаживают… словом, живут, как в обычном доме.
Леди Аурелия организует специально для нас с Гелей краткий экскурс по первому этажу: нам позволяют сунуть нос в каждое помещение, дают немного полюбоваться и вежливо спроваживают к следующему. Через правое крыло с картинной галереей мы посещаем замковую часовню, небольшую, пронизанную светом, преломляющимся в восхитительных витражах стрельчатых окон. Боковая дверь из галереи ведёт на террасу, откуда можно спуститься, в сад и к оранжерее, а заодно и к небольшой набережной на берегу озера. Но туда нас сводят позже.
Мы возвращаемся в холл и восхищаемся гостиной, — она справа от парадной лестницы, слева же — громадная библиотека, в которой, по заверению леди Аурелии, более двадцати тысяч томов. Многоуровневая библиотека — настоящий храм для книжников: застеклённые стеллажи тянутся до пятиметрового потолка, для удобства поисков наготове лестницы-стремянки, для чтения и записей — рабочие столы. На одном из них — громадный глобус. Меня так и тянет к нему, как магнитом: наконец-то можно увидеть карту этого мира, посмотреть, чем он отличается. Но хозяйка настойчиво увлекает меня в столовую, где полным ходом идут приготовления к обеду, а смежная кухня полна гомона и восклицаний — по-видимому, там самый разгар работ. Из кухни отдельный выход к замковым службам, на ходу поясняет леди Аурелия, там же спуск в подвальные помещения и в винные погреба. Это только краткий обзор, скромно завершает она; надеюсь, дорогие мои, у вас будет ещё время ознакомиться с нашим домом более детально.
Краткий обзор… Понятно, почему здешние леди столь стройны. Представляю, сколько километров в день они отмахивают такой вот неспешной походкой только для того, чтобы пройтись с «кратким обзором» по своему мирку. Наверняка тут есть и управляющий, но истинная хозяйка, как я себе представляю, обязательно хоть раз в день, да заглянет в каждый уголок, чтобы лично всё проверить. А ведь ещё есть сад, и оранжерея!
— Сколько же у вас слуг? — интересуюсь я.