Страница 56 из 80
Тот присмотрелся. Структура здесь была не как у булата – струистая или напоминающая нечто вроде древесного узора. Скорее линии на поверхности клинка напоминали человеческую фигурку, раскинувшую руки в стороны.
– Вроде на человека похоже…
– Он самый! – Храбр посмотрел на него строго. – Ну так вот – этот меч, чтоб ты знал, Олекса, стоит один – почти как весь прилавок вон того араба. И я готов позакладывать свою голову, что арабы же его и купят! Я прав? – он обернулся к молотобойце. Тот кивнул:
– Уже трое за сегодня приценивались…
Савинов обалдело покрутил головой. Получалось, что клинок стоил целое состояние, причем очень немалое.
– Чего ж тут арабы делают, если наше оружие не хуже?
– Для начала – таких кузнецов, как Богдан, очень мало. Можно перечесть по пальцам одной руки. Кто-то купит оружие попроще, кто-то предпочитает арабскую и персидскую работу – она хороша! А у иных просто нет денег на такую справу… Так что запомни этот прилавок, Олекса. Здесь вся бронь и клинки из лучшего харалуга, пусть и смотрятся проще. Однако гости заморские цену знают и платят не скупясь.
– И это все сделал ты? – Сашка вопросительно посмотрел на детинушку. Тот засмеялся, весело скаля белые, ровные зубы.
– Куда мне, косорукому! Батя говорит, что зим эдак через десять я, может, и смогу сделать что-нибудь действительно стоящее. Я вижу, ты у нас недавно, раз о кузнеце Богдане Садко не слыхал!
– Уж не тот ли Садко, что для Царя Морского на гуслях игрывал?
– Да не! Тот новогороцкий, а мы от роду болгарского, с Дунай-реки. Еще при Симеоне Старом сюда отъехали… Ну да ладно! Что хотите купить, али как?
Савинов помешкал минуту, потом решился, вытащил катану из ножен и протянул сыну кузнеца. Тот тут же ухватил где-то чистую тряпицу и только затем, через нее, бережно взялся за клинок. Долго рассматривал лезвие под разными углами, щуря один глаз, словно стрелок из лука, щелкнул по кончику ногтем, послушал долгий хрустальный звон. Удивленно пожевал губами, потом вырвал из шевелюры волос и бросил на лезвие. Тот послушно распался пополам. Глаза у парня загорелись. Он посмотрел на Сашку с сомнением и надеждой:
– Продаешь?
– Нет, – Савинов тряхнул волосами. – Дар побратима! Мне нужно что-то в этом роде под вторую руку. Можно – чуть короче.
– А-а… – протянул тот. – Жаль! Но смотри! – он вернул меч Савинову, взял свой, с «человечком» на лезвии, и тоже бросил на него волосину. Та распалась ничуть не хуже.
– Наш харалуг не уступит! А твой клинок интересный – никогда таких не видел… Послушай! Может, не откажешься к нам в дом зайти? Отец сейчас в кузне – там бы и пару обсудили. Сковать-то нетрудно! А ты бы ему меч свой показал – батьке интересно будет!
Сашка посмотрел на Храбра. Тот поднял бровь – «почему не сходить?».
– Добро! – сказал он. Парень явно обрадовался:
– Вот и ладно, хоть щас идите! Храбр-то Мстиславлевич двор наш знает!.. О! Яринка! Поесть принесла?!
Савинов и Храбр обернулись одновременно… И у Сашки перехватило дыхание. В каком-то странном столбняке он стоял и смотрел на девушку, подошедшую к ним. Нельзя сказать, что она была очень красива. Чуть вздернутый носик, резко очерченные волевые скулы, красивого четкого рисунка губы, зеленые глаза с густыми ресницами, брови чуть вразлет. Волосы рыжие, какого-то густого темно-медового оттенка, очень пышные и непокорные, сразу видать – так и лезут из косы, грозят растрепаться, вопреки атласной малиновой ленте. На девушке было надето что-то вроде сарафана под цвет ленты в волосах, – Савинов еще не выучил названий местной женской одежды. Держалась она подчеркнуто прямо, с развернутыми плечами и гордо вскинутой головой. К такой поди подступись! «А грудь-то у нее не слишком большая, просто осанка такая, да грудная клетка глубокая…» – мысль вынырнула откуда-то и тут же испуганно спряталась обратно. И в этот момент девушка улыбнулась.
Сашке почудилось, что снова утро и солнце встает, заливая все вокруг золотым светом. «Какая улыбка! И ямочки на щеках…» Сразу пропало куда-то горделивое и неприступное создание с волевым подбородком. Девушка была настолько мила, что арабы за соседним прилавком перестали ругаться и притихли. Тут к Савинову частично вернулась способность рассуждать, и он неожиданно обнаружил, что стоит с открытым ртом, как последний кретин. «А ну захлопни пасть!» – приказал он себе и тут же проделал это, правда, немного более шумно, чем хотелось. Лязг получился как от медвежьего капкана… Ну, по крайней мере, ему самому так показалось.
Она ничего не заметила, потому что вовсю уже болтала со своим медведеподобным братом. То, что он – брат, почему-то несказанно Сашку обрадовало. Он даже не успел понять – почему, – мыслительные процессы как-то сразу и безнадежно отстали от эмоций. «Яра, ее зовут Яра!» – крутилось в голове. Из ступора его вывел удар локтем в бок. Храбр промурлыкал ему на ухо: «Что выставился на девку? Гляди – дыру протрешь!» После чего он окончательно пришел в себя и, обнаружив, что меч все еще у него в руках, убрал его в ножны. «Кажется, я пропал…» – пронеслась где-то в глубинах сознания очередная призрачная мысль. Сашка еще сам не догадывался – насколько он прав.
В это время брат и сестра вспомнили наконец про покупателей, стоящих у прилавка.
– Яринка, слушай, – тебе все одно домой идти. Проводи-ка Храбра Мстиславлевича с другом к батьке. У них дело к нему.
Девушка посмотрела на побратимов с улыбкой. Сашке показалось, что он сейчас расплавится, но, сделав каменное лицо, он стал терпеть.
– Доброго дня вам, Храбр Мстиславлевич! Здорова ли ваша жена и малые детушки?
– Благодарствую, Ярина Богдановна! Все здоровы! А как ваша матушка?
– Здорова, спасибо на добром слове! А как друга вашего звать-величать?
Зеленые глаза смотрели на Сашку в упор, и хотя казалось, спрашивает серьезно – все чин чином, – однако Савинов успел разглядеть в глубине этих глаз нахально отплясывающих бесенят. «Смеется! Вот ехидная! Да ведь она мою отвешенную челюсть – как пить дать, видела!»
– Александром Медведковичем кличут, – ответил он и тоже улыбнулся одними глазами.
– А родом он из земель неведомых, – вмешался Храбр.
«Ай да друг!» – подумал Сашка, заметив в девичьем взгляде вспыхнувший интерес.
– По виду вашему и не скажешь, – девушка снова улыбнулась, и на миг возникло ощущение, что она сейчас покажет ему язык. – Вылитый рус или кривич… Пойдемте со мною, витязи, – отведу вас к батюшке.
«Ох, не проста девчонка, хоть и кажется глупой да смешливой!»
И они пошли. А ее брат кричал вслед: «Да скажи батьке, что урмане спрашивали полный доспех с наголенниками и набедренниками! Придут завтра мерку снимать!»
Глава 4
Кое что о стали, тактике боя и камнеметных машинах
…Вояка славный, Ганнибал,
Что доходил до Гималаев,
Войну забросив, вдруг украл
Жену спартанца Менелая!
– Вот гляди, княже! – Савинов придвинул поближе большой лист плотной, рисовой бумаги. Он вчера все ноги стоптал на торгу, но нашел-таки у одного араба бумагу и письменные принадлежности. У того обнаружились даже краски и кисточки для каллиграфии. Араб не хотел их продавать – вынес похвастать, но Сашка уломал его, правда денег после этого изрядно поубавилось. Он сделал купцу еще кое-какой заказ, тот поудивлялся, но принял. Однако цену заломил – страсть. Напирал на то, что путь до страны Син далекий и полон опасностей. Да и шайтан его знает, этого варяга, зачем ему праздничные шутихи, которые только в Поднебесной и делают…
На листе было изображено боевое построение, которое Сашка разработал по римским образцам.
– Вот это, – ткнул он пером в щедро разбросанные по листу кружочки, – свободное построение. Каждый кружочек – три воина. А это, – перо указало на четкие прямоугольники, – вторая линия. Четыре полка построены «стеной». Здесь – на крыльях – стрельцы. Третья линия – запасной полк. Действует там, где наметится успех у неприятеля.