Страница 51 из 100
— Да!
— Капитан Джон, вы и один из матросов?
— Да!
— А матрос этот все еще с капитаном Джоном?
— Нет!
— Он скончался до вашего побега?
— Да!
— Давно?
— Да!
Таким образом, капитан Джон и Гарри Фельтон были единственными пережившими всех остальных, спасшихся после крушения «Франклина», а одному из них суждено было прожить еще только несколько часов.
Нелегко было получить от Гарри Фельтона разъяснения, относящиеся к капитану Джону, тем более что необходимо было получить эти разъяснения весьма определенными и ясными. Пришлось Заху Френу несколько раз прерывать допрос, а по возобновлении его миссис Брэникен заставляла снова задавать вопросы за вопросами, чтобы осветить весь девятилетний промежуток, истекший со времени, когда капитан Джон и Гарри Фельтон попали в руки дикарей-кочующего австралийского племени. Пленникам пришлось следовать за ними во время бесконечных их кочевий по земле Тасмана, ведя самое убогое и тяжкое существование. Почему их пощадили? Имелось ли в виду воспользоваться их услугами или же при случае получить за них выкуп от английских властей?
— Да! И этот последний, столь существенно важный факт удалось твердо установить через ответы Гарри Фельтона.
Весь вопрос заключался, значит, в выкупе, лишь бы удалось добраться до этих дикарей. Благодаря некоторым другим вопросам удалось также установить, что капитана Джона и Гарри Фельтона настолько бдительно охраняли, что они не имели случая бежать в продолжение девяти лет.
Наконец был найден способ бегства. Определено было заранее место, куда должны были прийти оба пленника и бежать оттуда вместе, но по неизвестным Гарри Фельтону причинам капитан Джон не прибыл на место встречи. Гарри Фельтон поджидал его несколько дней; не желая бежать один, он вернулся к становищу дикарей, но последние уже покинули прежнее место. Твердо решив направиться для отыскания своего капитана, как только удастся ему добраться до какого-нибудь поселения внутри страны, он пустился в путь, укрываясь все время, чтобы не попасть вновь в руки дикарей, изнемогая от зноя, умирая от голода и жажды.
Пробродив таким образом в продолжение шести месяцев, он упал наконец в полном изнеможении на берегу Паррю, на южной границе Квинсленда.
Как известно, он был найден там и опознан благодаря бывшим при нем бумагам. Оттуда привезли его в Сидней, где он жил еще благодаря чуду, казалось, только затем, чтобы поведать о том, что так тщетно стремились узнать в продолжение стольких лет.
Итак, один капитан Джон пережил всех своих товарищей, но он был в плену у дикарей, которые кочевали по пустыням земли Тасмана. После того как Захом Френом произнесены были названия некоторых племен дикарей, обычно посещающих эти местности, Гарри Фельтоном дан был утвердительный знак при названии индасов. Заху Френу удалось даже понять, что племя это обычно разбивало становище на зиму на берегах Фицроя, одной из рек, впадающих в залив Левек на северо-западном берегу Австралийского материка.
— Мы отправимся туда разыскивать Джона! — воскликнула миссис Брэникен.
Слова эти поняты были Гарри Фельтоном, и взгляд его на минуту заблестел, как бы от сознания, что наконец-то капитан Джон будет спасен, и спасен именно ею.
Гарри Фельтон выполнил свой долг. Миссис Брэникен знала теперь, в какой стороне Австралийского материка надо искать капитана, — и он закрыл глаза.
И вот во что обратили непосильные труды и лишения, а главное, влияние ужасного австралийского климата этого мужественного и крепкого человека! Испытав все эти ужасы, ему суждено было умереть как раз тогда, когда они закончились! Не подобная ли участь ожидала и капитана Джона, если бы он попытался бежать через пустыни Центральной Австралии? И не предстояли ли те же опасности всем, кто устремится на поиски этого племени индасов?
Подобная мысль, однако, не пришла в голову миссис Брэникен. Она обдумала и скомбинировала проект новой экспедиции еще в то время, когда «Орегон» уносил ее к Австралийскому материку; оставалось лишь привести этот проект в исполнение.
К 9 часам вечера Гарри Фельтон скончался. Еще один раз Долли назвала его по имени. И еще один раз он услышал ее. Глаза его раскрылись, и уста наконец промолвили:
— Джон… Джон!
После этого он глубоко вздохнул в последний раз, и сердце его перестало биться.
Вечером, при выходе миссис Брэникен из больницы, к ней подошел мальчик, поджидавший у двери.
Это был юнга с торгового судна «Брисбан», обслуживающего австралийские порты между Сиднеем и Аделаидой.
— Миссис Брэникен? — обратился он к ней взволнованным голосом.
— Что вы желаете, дитя мое? — отвечала Долли.
— Гарри Фельтон умер?
— Да, умер.
— А капитан Джон?
— Капитан жив! Он жив!
— Благодарю вас, миссис Брэникен, — ответил ей юнга.
Долли едва приметила черты лица мальчика, удалившегося после этого, не сказав ни своего имени, ни причин, вызвавших его вопросы.
На следующий же день прошли похороны Гарри Фельтона, на которых присутствовали все бывшие в порту матросы и часть жителей Сиднея.
Миссис Брэникен сопровождала до кладбища останки того, кто был преданным и верным другом капитана Джона. Около нее шел юнга, которого она и не заметила среди всех тех, кто пожелал отдать последний долг помощнику капитана «Франклина».