Страница 5 из 100
Незадолго до этого на имя Долли Брэникен пришло письмо от дядюшки. Письмо это было первым письмом его к племяннице — и последним.
По содержанию своему оно в кратких и вполне определенных выражениях устанавливало следующее.
Несмотря на расстояние, отделяющее Стартера-младшего от племянницы, и то обстоятельство, что последняя совершенно была ему неизвестна, ибо ему не пришлось ни разу ее видеть, он, Стартер-младший, тем не менее памятовал о том, что у него есть племянница, родная дочь его брата. Причиной тому, что ему не пришлось видеть своей племянницы, главным образом служило расстояние, которое между Теннесси и Калифорнией превышает несколько сотен миль, и Стартеру-младшему отнюдь не угодно было совершать такой необходимый для знакомства с племянницей переезд.
Исходя, однако, из соображения, что если Стартеру-младшему такой переезд представлялся слишком утомительным, то он в равной мере должен быть утомительным и для его племянницы, дядя заканчивал свое письмо обращением к ней не беспокоиться.
В действительности человек этот был настоящим медведем; конечно, не американским гризли с пушистым мехом и страшными когтями, а человеком с обликом медведя, избегавшим всякого человеческого общения.
Обстоятельство это не должно было, однако, вызывать тревоги в Долли. Приходилось мириться с положением племянницы медведя, но медведь этот обладал тем не менее сердцем дядюшки. Он не забыл своих обязательств по отношению к Стартеру-старшему, и дочь его брата будет впоследствии единственной наследницей его состояния.
К последнему своему заявлению Стартер-младший присовокуплял, что состояние его и в настоящее время представляло достаточный интерес для того, чтобы не отказываться от него, ибо оно заключалось в сумме до пятисот тысяч долларов, и были налицо все условия к тому, чтобы оно постепенно увеличивалось в будущем, так как все дела по земельной собственности в штате Теннесси последовательно улучшались. Имея в виду, что все состояние его заключалось в земельной собственности и скоте, он выражал уверенность, что ликвидировать дело возможно будет без всяких затруднений на очень выгодных условиях, и не могло быть и речи о недостатке покупателей.
Хотя все приведенное было изложено в столь положительном и несколько грубоватом тоне, свойственном представителям старой Америки, тем не менее сказано было весьма точно и определенно, именно: все состояние Стартера-младшего перейдет целиком по наследству миссис Брэникен или ее детям в том случае, если род Стартеров будет продолжен через ее личное посредство. В случае же преждевременной кончины миссис Брэникен без прямых или иных наследников все состояние должно было перейти во владение государства.
В заключение письма обращалось внимание еще на два пункта.
Стартер-младший был холост. Таковым намеревался он оставаться и впредь.
Ту глупость, которую обычно совершают люди в возрасте от двадцати до тридцати лет, он не намеревался, конечно, совершить в шестидесятилетнем возрасте, — вот буквальная выдержка из его письма.
Стартером-младшим приложены будут все усилия к тому, чтобы обогатить племянницу свою возможно позднее.
Им приняты будут все меры к тому, чтобы отойти в лучший мир не ранее как по достижении столетнего возраста, и не следует ставить ему в вину проявляемого им настойчивого желания продолжать свое существование до крайних пределов, существующих в этом направлении. Наконец, Стартер-младший обращался к миссис Брэникеи с просьбой — даже с приказанием — не отвечать на его письмо! Надлежало не упускать из виду, что не существовало почти никаких путей сообщения между городами и той местностью, которой он владел в Теннесси. Что же касается его лично, то он предупреждал, что не будет более переписываться, и единственное письмо, которое последует от него, во всяком случае не собственноручное, будет заключать в себе уведомление о его смерти.
Таково было содержание странного послания, полученного миссис Брэникен. Не могло быть никакого сомнения в том, что она была единственной наследницей своего дядюшки. Ей предстояло в будущем владеть состоянием в пятьсот тысяч долларов.
Но так как Стартер-младший весьма определенно выражал намерение пережить столетний возраст — а настойчивость северных американцев общеизвестна, — то Джон Брэникен весьма разумно поступил, не покинув своей службы. Весьма вероятным представлялось, что благодаря личным своим дарованиям, мужеству и сильной воле ему удастся приобрести достаточное для жены и ребенка состояние гораздо раньше того времени, когда Стартеру-младшему угодно будет выразить свое согласие на переселение в лучший мир.
Таково было положение, в котором находились молодые супруги в то время, когда «Франклин» отплыл к западной части Тихого океана.
Покончив с изложением всех этих подробностей, относящихся к прошлой жизни семейства Брэникен, естественно теперь перейти к более близкому знакомству с единственными родственниками семейства Брэникен в Сан-Диего, мистером и миссис Боркер.
Последнее существенно необходимо для уяснения себе всех дальнейших происшествий, описание которых и составляет предмет настоящей повести. Лен Боркер, уроженец Америки, которому минул в то время тридцать один год, обосновался в столице Нижней Калифорнии несколько лет тому назад. Он был типичный янки, с невозмутимым выражением лица, с жесткими чертами; это был человек весьма решительный, деятельный и сосредоточенный, крепкого телосложения и неизменно замкнутый в себе. Существуют на свете такие натуры, которые по справедливости могут быть уподоблены домам, входы в которые весьма тщательно заперты и ни для кого и никогда не открываются. Не было, однако, никаких неблагоприятных слухов в Саи-Диего об этом малообщительном человеке, женитьба, которого на Джейн породнила его с Джоном Врэникеном. Неудивительно поэтому, что последний, не имея иных родственников, кроме Боркеров, поручил им Долли и ребенка. Собственно говоря, поручение это главным образом относилось к Джейн ввиду нежной дружбы, которая существовала между двоюродными сестрами.